ЗАКАРПАТСКАЯ ОБЛАСТЬ

Карта будет...

Закарпатская область

Закарпатская область расположена на крайнем юго-западе Украинской ССР. Она занимает юго-западные склоны северной части Восточных Кар­пат и северо-восточную часть Среднедунайской низменности по реке Тисе и ее притокам. На северо-западе области проходит граница Советского Союза с Польской Народной Республикой, на западе — с Че­хословацкой Социалистической Республикой, а на юго-западе — с Венгерской Народной Республикой и на юге — с Социалистической Республикой Румынией. На востоке и северо-востоке Закарпатская область грани­чит с Ивано-Франковской, а на севере — со Львовской областями.

Территория области — 12,8 тыс. кв. км. Население — 1171,6 тыс. человек, в т. ч. городское — 454,4 тыс. и сель­ское — 717,2 тыс., плотность — 91,5 человек на 1 кв. км. Здесь живут украинцы — 77,6 проц., венгры — 13,7 проц., русские — 3,6 проц., румыны — 2,3 проц., словаки — 0,7 проц. и другие{Здесь и далее статистические сведения даны по состоянию на 1 января 1981 г.}.

Область создана 22 января 1946 г. В ее составе — 13 ад­министративных районов, 2 города (Ужгород и Мукачево) областного подчинения, 7 городов (Свалява, Тячев, Хуст, Чоп, Берегово, Виноградов, Рахов) районно­го подчинения, 27 поселков городского типа, 564 сель­ских населенных пункта. В области 13 районных, 9 го­родских, 27 поселковых и 258 сельских Советов. Через горные перевалы Ужокский, Верецкий, Воловецкий (или Бескидский), Торунский и Яблоницкий (или Ясинянский) Закарпатская область связана железными и шоссейными дорогами с другими областями.

Вид на Черногорский хребет.

Четыре пятых территории Закарпатья занимают горы — Украинские Карпаты. Они тянутся с северо-запада на юго-восток, образуя в границах области три цепи хреб­тов: Горганы, Полонинские горы, Вулканические Кар­паты и отдельную горную группу на юго-востоке. Горы расчленены широкими продольными или поперечными ложбинами и многочисленными долинами рек и имеют сравнительно мягкие очертания. Самые высокие из них в пределах области — Говерла (2061 м), Поп Иван (2022 м), Петрос (2020 м), полонина Боржава (1847 м), Стой (1655 м), полонина Ровная (1482 м) и др. Юго-/10/западная часть области представляет собой равнину, называемую Закарпатской или Притисянской низменностью [835, с. 11, 13, 15].

Водную сеть Закарпатья образуют более двадцати рек и множество потоков. Самая длинная река — Тиса. От юго-восточных границ области она несет свои воды к юго-западной границе (240 км) и дальше в Венгрию и Югославию, где впадает в Дунай. Ее притоки на территории области — Тересва, Теребля, Рика, Боржава. Другие значительные по величине реки — Латорица и Уж, впадающие в реку Бодрог (Словакия). Энергия рек области исчисляется в 1300 тыс. киловатт. Озер в Закарпатье немного, площадь их незначительна и имеют они местное значение. Наиболее известно высокогорное озеро Синевир (на высоте 980 м). Несколько небольших высокогорных озер есть в юго-восточной части области, на Свидовце и Черногорах.

Климат Закарпатской области умеренно континентальный, смягченный сравнительной близостью Атлантического океана. Однако на климатические процессы существенно влияют Карпатские горы. В природно-климатическом отношении территория Закарпатья резко делится на три ландшафтные зоны: низменную, предгорную и горную. Средняя температура января на низменности —2, —3°, в предгорьях —3, —4°, в горах от —5 до —9°; июля — соответственно +19, +20°; +17, +18°; от +6 до +8°. Годовое количество осадков на низменности 600—700 мм, в предгорьях — 800—1000 мм, в горах — 1000—1400 мм и более. Вегетационный период на низменности до 230 дней, в предгорьях 210—230, в горах — 90—210 дней.

Косуля в Карпатском государственном заповеднике.

Почти половина Закарпатья покрыта лесами, которые составляют богатство края. Леса здесь играют также важную климатообразующую, водоохранную и почвозащитную роль. Около 59 проц. лесного массива занимает бук, 30,6 проц.— ель, 6—7 проц.— дуб, 1,6 проц.— пихта [903, с. 23]. Среди других пород преобладают ясень, береза, липа и др. Дуб растет в основном на низменной равнине, кое-где в предгорьях. Средний лесной пояс составляют буковые и буково-грабовые породы. Еловые массивы растут на самой верхней части горных склонов, иногда на высоте более 1100 м над уровнем моря.

Над поясом лесов, на высоте 1500—2000 м над уровнем моря возвышаются полонины — субальпийские и альпийские луга, используемые как пастбища и сенокосы.

Что же касается низинной и предгорной зон, то здесь благоприятные климатические условия, как и продолжительный вегетационный период создают хорошие условия для выращивания всех сельскохозяйственных культур, для развития садоводства, виноградарства, животноводства.

Почвы Закарпатья сформировались в умеренном климате с чрезмерным или достаточным увлажнением. В горных районах преобладают глинисто-песчаные, на низменности — дерновые, оподзоленные, дерново-глеевые и дерново-среднеподзолистые почвы.

Закарпатье отличается богатой растительностью и разнообразным животным миром. Здесь, на небольшой территории, растет более 2600 видов и разновидностей растений и обитает половина представителей фауны УССР. В лесах водятся дикая свинья, медведь, лисица, волк, рысь, барсук, благородный олень, косуля, куница, выдра и т. д. Более 180 видов птиц, из них около трети оседлые. Водятся в основном глухарь, тетерев, дятел, рябчик, серая куропатка, чиж, кукушка, фазан, бекас, сокол, орел. В реках и озерах много рыбы. Наиболее ценные форель и хариус.

Проводится большая работа по сохранению и восстановлению экологического равновесия в природе края. На территории области имеется Карпатский государственный заповедник (18 544 га), в задачу которого входит охрана уникальных горных экосистем лесного, субальпийского и альпийского поясов. В этой зеленой лаборатории ведут исследования, кроме ученых заповедника, еще 15 научных учреждений. В последние годы в Закарпатской области были созданы также 23 заказника. Выделены зеленые зоны вокруг городов, курортов и санаториев. В заповедниках, заказниках и/11/ зеленых зонах запрещена сплошная рубка леса, что способствует быстрейшему восстановлению флоры и фауны Карпат. С этой же целью многие редкие и исчезающие виды животных и растений взяты под охрану, а около сотни из них занесены в Красную книгу Украинской ССР и Красную книгу СССР [804].

К памятникам природы отнесены и взяты под охрану государства: заливные леса в бассейне реки Боржавы, в урочище Остаке Мукачевского лесокомбината с преимущественно балканскими и паннонскими видами растений; резерват долины нарциссов (около 80 га) близ Хуста — единственное место в Европейской части СССР, где в естественных условиях растут узколистые нарциссы; резерват Черная Гора Виноградовского района с многими уникальными видами растений балканского, дилерского и паннонского происхождения, а также с большим разнообразием фруктово-ягодных и кустарниковых пород — лесного винограда, айвы кустарниковой, кизила кавказского, кустарниковой вишни, разносортного терна. В 1968 г. к памятникам природы Закарпатья отнесены Юлиевские холмы (около 170 га). Во всей области только здесь растет бургундский дуб среди насаждений съедобного каштана, липы войлочной и других растений балканского происхождения. Создан также резерват Косинских Холмов с разными сортами шиповника, черешни, терна и других паннонских растений. С 1976 г. памятником природы является также двухгектарный участок насаждений псевдотсуги Дугласа на территории Турье-Реметовского лесничества для генофонда лесов области. Это дерево вместе с ваймутовой сосной и тисом ягодным встречается в Раховском и Иршавском районах.

Благоприятные климатические условия Закарпатья позволяют многие редкостные растения, ценные в народнохозяйственном отношении, выращивать на заброшенных землях, использовать в борьбе против водной эрозии на склонах Карпат.

Закарпатская область богата различными полезными ископаемыми. На территории края есть природные горючие газы, железная руда, бурый уголь, руды цветных металлов, бентонитовые глины, высококачественные каолины. Последние издавна были известны далеко за пределами края. Так, из дубриничского каолина изготовлялся когда-то венский фарфор [851а, с. 20, 23]. Особенно здесь большие запасы каменной соли. Солотвинское и Александровское месторождения принадлежат к крупнейшим в Европе. О залежах каменной соли в Закарпатье люди знали уже давно и примитивно разрабатывали их еще во времена господства рабовладельческой Римской империи. Интенсивная же эксплуатация началась только с XVIII в., когда были заложены действующие и ныне шахты. Закарпатская соль вывозилась за пределы края, в страны Западной Европы. Закарпатье располагает значительными запасами строительных материалов: андезита, трахита, риолита, базальта, туфа, известняков, песчаников и так далее.

Область славится большим разнообразием минеральных источников — соляных, серных, иодистых, железистых, углекислых и др. Более 400 из них уже изучены для широкого использования Ужгородским филиалом Одесского института курортологии. В сочетании с благоприятными климатическими условиями и природой они обеспечивают достаточную базу для строительства санаториев, курортов, домов отдыха, пансионатов [783, с. 62].

Горный поток на Раховщине.

Благоприятные для жизни людей природные условия способствовали очень раннему заселению края. Исследования последних лет свидетельствуют, что его территория (главным образом низменная и предгорная части) была заселена в самое раннее время. У Королева Виноградовского района исследована одна из древнейших стоянок Украины, существовавшая 500 тыс. лет тому назад. Она, по мнению советского археолога, историка и этнографа, академика АН СССР, Героя Социалистического Труда А. П. Окладникова, будет служить опорным пунктом для изучения раннего палеолита Центрального Европейского региона [1039].

Стоянки раннего и позднего палеолита (от 150 до 10 тыс. лет до н. э.) обнаружены в Ужгороде, Мукачеве, Берегове, Хусте и во многих других местах области [1040].

Новые позднепалеолитические стоянки (Чинадиево и Обава Мукачевского района, Ганьковица и Голубиное Свалявского района) содержат важные сведения о заселении человеком горных районов Карпат около 40— 30 тыс. лет тому назад.

Средством к существованию первобытных коллективов являлись присваивающие формы хозяйствования — собирательство и коллективная охота на крупных животных.

Ужгород

На территории Ужгородского района (у сел Глубокое, Гута, Каменица) найдены остатки поселений эпохи ме-/12/

золита (10—8 тыс. лет тому назад). В то время был изобретен лук и начали приручать животных. Этим было положено начало переходу к воспроизводящим формам хозяйства — скотоводству и земледелию, осуществившемуся в эпоху неолита (VI—IV тысячелетия до н. эры).

Кроме кремневых, в эпоху неолита появились более совершенные орудия труда, изготовленные с помощью пиления, шлифовки, и высокохудожественная посуда из глины. Были приручены все виды домашних животных, началось культивирование многих злаков. Формировались племенные объединения.

На территории Закарпатской области известно более 30 памятников эпохи неолита (6—4 тыс. лет до н. э.). Все они находятся в юго-западной, предгорной части области, преимущественно в Ужгородском, Мукачев-ском, Иршавском и Свалявском районах. Наиболее древней была земледельческая культура Кереш (VI—V тысячелетие до н. э.). К ней относятся поселения у сел Дьяково Виноградовского, Дрисино Мукачевского и Заставное Береговского районов [1039].

Развитие производительных сил ускорилось в эпоху металлов — меди и бронзы (IV—III и III — начало I тысячелетия до и. э.). Теперь мастера-литейщики стали изготовлять орудия труда из меди и бронзы. В это время, особенно в эпоху поздней бронзы, в большом количестве изготовляются предметы вооружения — как наступательного (копья), так и защитного (боевые спирали) характера, укрепляются поселения. Еще сохранялся коллективный способ производства и потребления, однако уже начался активный процесс разложения родовой общины, из которой выделяется более зажиточная родоплеменная верхушка.

В середине II и начале I тысячелетия до н. э. Закарпатье становится одним из важных металлургических центров, продукция которого распространялась далеко за его пределами, в т. ч. и к северо-востоку от Карпат [827, с. 11, 20, 21]. Известно более 80 памятников эпохи меди и бронзы, около 50 из них составляют клады литейщиков. Они были сосредоточены на территории современных Мукачевского, Виноградовского, Ужгородского, Береговского и Иршавского районов.

Многие из найденных на территории области кладов бронзовых изделий являются бесспорным доказательством высокого уровня развития в эпоху бронзы художественного литья. Большинство из них свидетельствует о высокой степени зажиточности их владельцев. Так, клад, найденный у с. Великие Лучки Мукачевского района включал 41 предмет, у с. Боржавы Береговского района — 54 предмета, а клад вблизи г. Мукачева — 80 предметов. Клады, раскопанные в северо-восточной части области в Великоберезнянском (Великий Березный и Ужок) и Воловецком (Нижние Ворота, Тишев, Лазы) районах, то есть в направлении Верецкого и Ужокского перевалов, указывают пути, по которым осуществлялись экономические связи Закарпатья с северо-восточными районами Прикарпатья п с более отдаленными восточными районами. Связи с восточными районами укреплялись и в период раннего железа (IX—VIII вв. до н. о.). Среди кладов этого времени выделяется клад из Великой Бегани (Береговский район), включающий 15 бронзовых изделий. В IX—VIII вв. до н. э. на территории Закарпатья построены мощные фортификационные укрепления — городища. Наиболее крупными из них были па территории Ужгорода, Мукачева, Шелестова (Мукачевский район), Иршавы, Арданова (Иршавский район), Хуста.

Территория Закарпатской области в период раннего железа являлась составной частью Восточно-Карпатского ареала, известного по археологическим памятникам т. н. фракийского галыптата. Земледельческо-скотоводческое население, с которым связаны эти памятники, было основным компонентом в формировании местной скотоводческо-земледельческой куштановицкой археологической культуры (VI—IV вв. до н. эры).

Лучше изучены курганные могильники у сел Куштановицы (Мукачевского района), откуда название культуре, Белки (Иршавского района) и Невицкое (Ужгородского района).

О связях носителей этой культуры с племенами, населявшими территорию нынешней Лесостепной Украины и Северного Причерноморья, свидетельствуют некоторые общие черты материальной культуры тех и других, возникшие в результате их взаимовлияния. Наиболее ярко эта общность выражена в предметах вооружения, снаряжения коня, украшениях, отдельных формах посуды, а также в погребальном обряде.

В III в. до и. э. территория Закарпатской области попала в сферу влияния кельтов. В это время здесь начало развиваться земледелие. Создались условия для развития профессионального ремесла, которое приобрело большой удельный вес в хозяйственной деятельности населения. В III—I вв. до и. э. здесь существовали два центра по выработке и обработке железа. По производственной мощности и техническому уровню они относились к числу самых передовых ремесленных центров Европы [832, с. 124]. Один из них располагался у сел Нового Клинового и Дьякова (Виноградовский район), а второй, более крупный,— между с. Клячановом и Мукачевом, на горах Галиш и Ловачка.

Ряд исследователей считает, что на юго-западных склонах Карпат отдельные славянские племенные группы появились уже в первые века н. э. Это были выходцы из Волыни и Прикарпатья. Согласно общепринятому мнению, заселение славянами всей территории Закарпатья произошло во второй половине I тысячелетия н. э. Много славянских памятников VI—IX вв. засвидетельствованы главным образом в юго-западной части области (на территории нынешних Ужгородского, Мукачевского, Береговского и Виноградовского районов). Археологами исследованы могильники и поселения, расположенные у сел Червенево, Зняцево (Мукачевский район), Холмок и Комаровцы (Ужгородский район), Оросиево (Береговский район), Чепа и Федорово (Виноградовский район). Эти памятники оставлены летописным племенем белых хорватов. Экономической основой их хозяйства было пахотное земледелие и скотоводство. Большой удельный вес в хозяйстве имели железоделательное, кузнечное, деревообделочное, камнетесное, гончарное, ткацкое и ювелирное ремесла, добыча соли. Значительное место в экономике занимала торговля, что подтверждают найденные многочисленные монеты, среди которых встречаются и арабские [899, с. 17—92].

В IX—X вв. территория Закарпатской области входила в образовавшийся к этому времени восточнославянский политический союз Прикарпатья, являвшийся составной частью Киевской Руси [799, с. 50]. Доказательством этому являются следы «засечной линии» соседнего с Киевской Русью Венгерского государства, которая вплоть до середины XI в. проходила много южнее Карпат [1023, с. 28-38].

Существует предположение, что в 896 г. начался переход венгерских племен через Карпаты в Среднее Подунавье, освоение которого происходило в течение всего X в. Один из их путей проходил через Верецкий перевал на территорию современной Закарпатской области [749, с. 95, 96, 102; 1023, с. 28-38].

Летописец Нестор под 898 г. так рассказывает о событиях этого периода, связанных с образованием государства угров: «И пришедше от въстока и оустремишася чересъ горы великыя, иже прозвашася горы Оугорь-скыя, и почата воевати на ж(и)вущая ту, сЬдяху бо ту преже Словене и Волохове, переяша землю Волыньскую, шо сем же Оугре прогнаша Волохы и наслЬдиша землю ту, и сЪдоша съ Словєньми, покоривше я под ся, и от-тол-Ь прозвася земля Оугорьска» [651, с. 18].

Согласно летописной записи под 996 г. киевский князь Владимир Святославич жил в мире с соседними князьями Болеславом Лядским, Стефаном Угорским и Ондроником Чешским [651, с. 111]. Со второй половины XI в. в связи с ослаблением Киевского государства па Закарпатские земли участились нападения половцев. В 1086 г. их орды под предводительством хана Кутеска подошли к Ужгороду, но замком овладеть не смогли. Территорию Закарпатья постепенно начали захватывать венгерские короли. В XIII в. засечная линия проходила уже у подножья Карпат [988, с. 10].

Не менее важным доказательством позднего захвата Закарпатья венгерскими феодалами является и тот факт, что оно вплоть до XIII в. пользовалось некоторой автономией. Так, полномочия венгерских епископов не распространялись на Закарпатье. Только в XIII в. между великоварадинским и ягерским католическим епископствами, основанными в конце XI в., началась борьба за эту территорию. Значительно позднее, чем в самой Венгрии, здесь также были введены венгерские административно-правовые и другие порядки [988, с. 10].

В марте 1241 г. на Венгрию тремя колоннами обрушились многотысячные орды Батыя. В центре двигался отряд хана Батыя. Его путь лежал через Верецкий перевал. Завоеватели причинили большой урон краю. Население спасалось, скрываясь в лесах.

В культуре Закарпатья сохранялись многовековые восточнославянские традиции — в построении жилищ, оборонительных сооружений, в особенностях прикладного искусства. Письменность здесь начала распространяться со второй половины IX в. Изгнанные из Моравии в 80—90-х годах IX в. ученики Кирилла и Мефодия сначала нашли пристанище в Карпатской Руси. С их участием здесь были сооружены первые церкви и монастыри, ставшие очагами славянской письменности, распространения церковнославянской литературы [805, с. 31].

В XI—XII вв. из Киева, Галича и других русских городов в Закарпатье завозились церковные книги, которые затем переписывались в Мукачевском, Грушевском и других монастырях. До нас дошли лишь отдельные отрывки из евангелий и миней XII—XIV вв. на древнерусском языке, сохранившиеся среди рукописей Мукачевского и Имстичевского монастырей. Они свидетельствуют о неразрывных культурных связях Закарпатья с Русью [892, с. 68].

Наряду с письменной литературой существовало устное народное творчество (песни, сказки, загадки, предания, легенды, заклинания), уходящее своими корнями в далекие языческие времена.

После монголо-татарского нашествия в Закарпатье началось засилье венгерских феодалов. Здесь богатые имения достались родам Гунт-Пазманов (позднее Уйгели), Рейнгольцов (позднее Розгони) и др. [1028, с. 4]. Большие владения принадлежали также местным феодалам — Михайловским, Довжанским, Павловским [752, с. 73].

В последней трети XIII в. центральная власть в Венгрии постепенно пришла в упадок. Крупные феодалы создавали собственные войска, совершали нападения друг на друга, захватывали соседние земли вместе с крестьянами [805, с. 15].

Население Закарпатья боролось против венгерских захватчиков. Результатом этой борьбы было восстание в начале XIV в. Оно продолжалось несколько лет и было подавлено лишь после того, как против восставших были направлены крупные военные отряды [733, с. 801].

В 1322 г. венгерскому королю Карлу Роберту удалось нанести поражение своим противникам. Многие магнатские роды были изгнаны, лишены имений, которые вскоре были пожалованы сторонникам короля, представителям новых знатных родов. Так, Ужгородская доминия перешла во владение полководца королевских войск Другета, выходца из Франции [1028, с. 10]. В середине XV в. роду Другетов принадлежали Невицкий замок и Ужгород, села Горяны, Дравцы, Среднее, Перечни, Малый Березный и Великий Березный и ряд др

Большой частью Закарпатья владел король Венгрии Янош Хуньяди, которому принадлежало около 70 сел Бережской жупы и город Мукачево. Со временем владельцами крупных феодальных имений в Закарпатье становятся выходцы из венгерской знати Билкеи, Илошваи, королевский судья Вербеци и другие.

Стремясь закрепиться на захваченных землях, магнаты и шляхта вербовали к себе на службу венгерских шляхтичей, расселяли в своих имениях зависимых крестьян венгерского происхождения. Местное население вытеснялось в предгорные и горные районы Закарпатья.

Проникновение венгров в восточную часть Закарпатья Мараморош, малозаселенную, покрытую густыми лесами, началось лишь в конце XIII в. [988, с. 10]. ВXIV— XV, и особенно в XVI в., значительная часть сел в Украинских Карпатах и частично на равнине возникла на основании т. н. волошского права [799, с. 70]. Венгерские короли сохранили на захваченных землях существовавшие территориально-административные единицы — жупы, назвав их комитатами, и распространили на них нормы венгерского права. На территории вдоль течения реки Уж находился Ужанский комитат, восточнее его в долинах рек Латорицы и Боржавы — Бережений комитат, в средней части Закарпатья — Угочанский комитат. В начале XIV в. был создан Мара-морошский комитат. Территории комитатов не были постоянны, а их границы на юге и западе включали земли, не входящие ныне в состав Закарпатской области. Во главе комитатов стояли наджупаны или жупаны. Вначале они ведали лишь военными делами на территории комитата и являлись своего рода сборщиками налогов с населения в пользу короля, третью часть которых оставляли себе. В случае войны они возглавляли военную дружину из мужского населения данного комитата [988, с. 10]. В их компетенцию входило также судопроизводство в комитате. Но позднее, когда магнаты добились усиления своей власти, наджупаны и жупаны были лишены этого права [988, с. 20, 22].

Комитаты, в свою очередь, делились на районы (дистрикты), в каждый из которых входило по двадцать и более населенных пунктов. Центрами районов, как правило, были местечки, такие, как Великий Березный, Среднее, Косины и другие.

В XIV—XVI вв. около 65 проц. территории Закарпатья было покрыто лесом и горными пастбищами. Пригодная для сельского хозяйства почва составляла не более одной трети территории. Горное население занималось в основном скотоводством, охотой, рыболовством, бортничеством. Хлебопашество развивалось наиболее интенсивно в бассейне рек Ужа, Латорицы, Боржавы, Тисы, где применялось трехполье. В низинных районах были развиты также виноградарство и садоводство. Сельскохозяйственная продукция перерабатывалась на мельницах и виподельнях.

Из ремесел XIV — начала XVII в. в Закарпатье известны ткачество, кожевничество, портняжество, сапожничество, обработка камня. Многие ремесленники работали на строительстве замков, дворцов, добывали соль, выжигали известь, занимались изготовлением гонта, поташа, каменной, деревянной и глиняной посуды [767, с. 102].

Ко второй половине XIII в. относится признание королевской властью городов как экономических и политических институтов. К наиболее древним городам, согласно историческим документам, принадлежат Ужгород и Мукачево. В 1329 г. королевские привилегии были предоставлены Хусту, Вышкову, Тячеву и они стали называться королевскими. В письменных источниках этого времени упоминаются также Среднее, Чинадиево, Береги, Берегово, Севлюш, Вары, Косины, Белки и др. В XVI в. в Закарпатье насчитывалось свыше 20 городов. Некоторые из них (Берегово, Хуст, Севлюш) сыграли заметную роль в экономической и культурной жизни края [805, с. 16].

С развитием ремесла возникли цехи. Наиболее ранние сведения о ремесленных цехах относятся к XIV в. [871, с. 47]. Так, в Ужгороде существовали гончарный, сапожный, скорняжный, бондарный, портняжный, столярный и другие цехи. В отдельных городах появились крупные водяные мельницы, валяльни. Расширились соляные промыслы.

Углубление разделения общественного труда способствовало развитию торговли. Во всех городах проводились ярмарки.

О Венгрии того времени Карл Маркс писал, что там «магнаты были богатыми, король бедным; страной правили помещики, дворяне и прелаты…, (происходила) легкомысленная раздача государственного имущества, постоянные внутренние усобицы между магнатами, баронами и прелатами…» [4, с. 209, 210]. Это целиком и полностью относится и к Закарпатью.

С усилением экономического могущества и политической власти крупных землевладельцев основная масса сельского населения все больше попадала в зависимость. В раннефеодальный период в Закарпатье, как и в Венгрии, процесс формирования единого в хозяйственном и правовом отношении класса — феодально зависимого крестьянства закончился лишь во второй половине XIII — начале XIV в. [749, с. 116].

До середины XIII в. в Закарпатье имелись различные категории зависимых людей — замковые люди, удворпики, иобагионы, магнатские слуги. Замковые люди — категория крестьян, проживавшая в замковых имениях и владевшая собственными наделами. Удворники — крестьяне, сидевшие на землях, принадлежавших королю, которому они платили обычную дань, но не несли военной службы. Иобагионы — «лучшие люди», жившие в королевских имениях и имевшие свои наделы. Они обязаны были выполнять отработки и платить ренту, но их зависимость была менее тяжелой, чем удворников и замковых людей [749, с. 117, 118]. В процессе феодализации различия между этими категориями населения исчезли, сложился единый в экономическом и правовом отношении класс — феодально зависимое крестьянство. Законодательное оформление этого класса приходится на конец XIII в. Все крестьяне рассматривались как зависимые люди — иобагионес («народ», «люди», populus) [749, с. 152]. К тому времени повинности «народа» состояли из натуральных и денежных взносов.

Формы феодальной ренты были различны: крестьяне платили чинш, отбывали барщину, отдавали феодалу дань натурой, а также церкви — десятину. В середине XIV в. венгерский король Людовик I по требованию магнатов заменил десятину девятиной [767, с. 101]. После 1339 г. был введен налог, носивший название «доход монетного двора» — по 18 динариев с крестьянского хозяйства [749, с. 167]. Начиная с первой половины XV в. собирались и чрезвычайные налоги — на военные нужды. Крестьяне вносили государству оброк натурой, а также строили и ремонтировали дороги, засеки, укрепления. Они обязаны были выплачивать таможенные пошлины за пользование дорогами, мостами, переправами и т. п.

Феодалы ограничивали право свободного перехода крестьян от одного землевладельца к другому, требуя от королевской власти узаконения крепостничества. Королева Елизавета в грамоте от 1343 г. провозгласила, что крестьяне имеют право уйти от владельца только после получения разрешения от своего пана и уплаты соответствующих повинностей. Началось массовое закрепощение крестьян, особенно в Бережском и Угочанском комитатах.

За счет жестокой эксплуатации крепостных феодалы строили дворы-замки. На протяжении XIII—XV вв. замки были сооружены в городах Ужгороде, Мукачеве, Хусте, Севлюше, в селах Вышкове, Королеве, Невицком, Среднем, Долгом и др. Эти феодальные гнезда стали центрами жестокого экономического и политического угнетения трудового люда.

Феодалы еще в первой половине XIV в. присвоили себе право высшей юрисдикции над крестьянами. Им разрешалось иметь в своих имениях виселицы, выносить смертные приговоры и приводить их в исполнение [749, с. 168]. В истории Закарпатья того времени заметное место занимает княжение Федора Кориятовича. Последний, потеряв свои земли в Подолии в войне с литовским князем, вместе со своей дружиной переселился в Закарпатье. Здесь в 1396 г. он получил в дар от короля Венгрии крупное имение — Мукачевскую и Маковецкую доминии, в составе которых насчитывалось около 300 сел, и владел по 1414 г. В это время в Закарпатье усилилось развитие восточнославянской культуры.

В XV в. в крае насчитывалось сел — 581, их владельцев — 541. Неимоверно тяжелые бедствия и разорения причиняли крепостным крестьянам частые войны и феодальные междоусобицы, особенно характерные для раннего средневековья. Так, во время войны между королем Карлом Робертом и феодалами северо-восточной части Венгрии, длившейся более десяти лет, зависимые Ужгородского комитата вынуждены были не только нести военную повинность, но и содержать армию феодалов, в результате чего они оказались полностью разоренными [988, с. 39].

В XV—XVI вв., в связи с увеличением спроса на лесные материалы и сельскохозяйственную продукцию на западноевропейских рынках, в Закарпатье начала развиваться фольварочная система. В результате этого сокращалось крестьянское землевладение, что приводило к нарастанию протеста среди крестьян, проявлявшегося в отказе выполнять феодальные повинности, бегстве, убийстве наиболее ненавистных землевладельцев и их приказчиков, массовых выступлениях.

Крупные крестьянские восстания произошли в Закарпатье в 20—50-х годах XV в. Для их подавления венгерское правительство прибегало к военной силе [733, с. 801]. Активное участие приняли крепостные крестьяне восточной части Закарпатья в восстании волошских и венгерских крестьян, длившемся с апреля 1437 по январь — февраль 1438 г. [749, с. 173]. Одну из самых ярких страниц в историю классовых битв против угнетателей вписал трудовой люд Закарпатья во время крестьянской войны в Венгрии в 1514 г. во главе с Дьердем Дожей. В ходе борьбы было выдвинуто требование равного раздела земли, уничтожения крепостничества, национального и религиозного гнета. Эта война, охватившая всю Венгрию, нашла самый широкий отклик в Закарпатье. Несколько крестьянских отрядов, состоявших из украинцев, венгров и румын, населявших Закарпатье, в комитатах Угоча, Унг, Берег и Мараморош плечом к плечу выступили па стороне крестьянской армии Д. Дожи. Повстанцы штурмом брали шляхетские замки, громили поместья [749, с. 252]. В Мараморошском, Ужанском и Бережском комитатах вместе с крестьянами выступали мелкие торговцы и ремесленники городов. Восставшие овладели Мукачевским, Хустским и Королевским замками и расправились с ненавистными врагами. Они несколько недель контролировали всю территорию края. 15 июля 1514 г. под Темешваром повстанческое войско потерпело поражение, а сам Дожи, попав в плен, был подвергнут страшной казни — его посадили на раскаленный трон и короновали раскаленной короной [734, с. 401].

Подавив восстание в Венгрии, власти бросили войска в Закарпатье. К ним присоединились вооруженные отряды местных феодалов. Каратели перебили много людей, сожгли ряд сел. Уцелевшие повстанцы нашли приют в горах и продолжали борьбу. Ужгород, Мукачево, Берегово, Хуст, Вышково, Севлюш, Тячев, Солотвин были объявлены «бунтарскими». На протяжении двух лет крестьяне и городская беднота вынуждены были платить контрибуцию [752, с. 97]. После подавления восстания венгерский сейм утвердил акты, согласно которым, как подчеркивал Ф. Энгельс, «порабощение крестьян было снова признано законом страны» [2, с. 390]. На протяжении первой половины XVI в. власти издали законы о возвращении беглецов, которые оставили феодалов во время восстания 1514 г. [734, с. 402]. Вскоре после крестьянской войны Венгрия, обессиленная между феодальными распрями, стала объектом ограбления со стороны других, более сильных в экономическом и военном отношении стран. В 1526 г. в битве под Мохачем турки нанесли ей тяжелое поражение. Это привело к разделению страны на три части: Трансильванское княжество, северо-западные земли, оказавшиеся надолго под властью Габсбургов, и центральную часть Венгрии, оккупированную Турцией. Что же касается Закарпатья, то западная часть его попала под власть Габсбургов, а восточная отошла к Трансильванскому княжеству.

Во второй половине XVI—первой половине XVII в. расширилась фольварочная система хозяйства. Одновременно с этим возросла барщина, ставшая основной формой эксплуатации крестьян. Во многих имениях крестьяне работали по воле помещика. Так, в начале XVII в. крестьяне Мукачевской доминии отбывали барщину два дня в неделю, а в 30—50-х годах — более трех дней. Жители Рахова в 1600 г. отдавали доминии десятину от овец, 14 шкурок куниц и тысячу форелей.

В результате жестокой эксплуатации крепостных и своеволия феодалов, а также войн в XVI в. много сел пришло в упадок. Если в 1495 г. в Закарпатье в феодальных имениях насчитывалось 7966 крестьянских дворов, то во второй половине XVI в. их осталось лишь 3342. Тяжелые повинности на плечи трудящихся накладывало и феодальное государство. Кроме уплаты налогов и натуральных поборов па содержание войска, как и прежде, крестьяне и горожане выполняли ремонт старых и строительство новых укреплений, дорог, перевозку военного фуража, провианта и прочего.

XVI в. в Закарпатье характеризовался религиозной борьбой. В ходе реформации Трансильвания стала центром протестантизма. Он проник и в районы Ужгорода, Берегова, Мукачева, Севлюша, но распространился главным образом среди венгерского населения. В начале XVII в. в Закарпатье активизировались иезуиты. Население, выступая против иезуитов, не раз обращалось за помощью к Трансильвании. Поддерживая протестантов, в 1619 г. трансильванское войско вступило в Ужгород. Почти десять лет иезуиты и сторонники цесаря не решались появляться на Ужанщине. Но со временем в Ужгород прибыл с войском граф Другет и с помощью Габсбургов подавив протестантское движение. Иезуиты, располагавшиеся в 1615—1646 гг. в Гуменном, а в 1646 г. перешедшие в Ужгород, усиленно занимались обращением в католичество православных и протестантов. Окатоличиванию подверглась и часть православного духовенства. В 1642 г. мукачевский православный епископ Василий Тарасович в замке Лаксенберг (возле Вены) в присутствии австрийского императора и его семьи принял католицизм. Однако население Закарпатья не пошло за ним, и Тарасович вынужден был возвратиться в православие. Все же 24 апреля 1646 г. под давлением владелицы ужгородской латифундии Анны Другет в Ужгороде на собрании духовенства была провозглашена уния. Акт об унии подписала незначительная часть священников (63 из 650).

Подписание крупным духовенством унии вызвало всеобщий гнев и возмущение. Мукачевский епископ Тарасович вынужден был бежать из Закарпатья. На его место был поставлен православный священник Юско. В связи с этим комендант Мукачевского замка доносил князю Ракоци, что «…православное духовенство и русинское население готовы убить его (Тарасовича — прим, авт.) за его измену своей вере» [967]. После принятия унии борьба еще долго не прекращалась. Лишь в 1664 г. уния с помощью штыков была распространена на Бережений и Ужанский комитаты, а в 1713—1735 гг.— па Мараморош. Однако и после этого население продолжало борьбу против религиозного разобщения Закарпатья с основной частью украинского народа [805, с. 22].

Усиление феодального гнета явилось причиной отказа крестьян выполнять феодальные повинности, бегства из помещичьих имений, а также антифеодальных восстаний. Одним из наиболее крупных было выступление солекопов Мараморощины в 1551 г. Оно было вызвано невыносимо тяжелыми условиями труда на солеразработках. Феодалы превратили работных людей в каторжан, запретив им вообще покидать шахты ц бараки. Осенью 1631 г. взялись за оружие крестьяне Верхней Тисы. Вскоре пламя восстания охватило значительную территорию Словакии и Закарпатья [847, с. 35, 36]. Но повстанцы действовали разрозненно и потерпели поражение.

Наряду с крестьянскими выступлениями в XVI— XVII вв. в Карпатах постоянно действовали опришки. Их отряды нападали на представителей господствующей верхушки, захваченное у них добро раздавали сельской бедноте. В 1492 г. на территории Словакии и Закарпатья действовал отряд Федора Головатого. В конце XVI в. в Прикарпатье, Закарпатье и Словакии антифеодальную борьбу вел отряд опришков, руководимый Марком Гаталой. В него входили Юрча, Фабиан, Мацко и др. [871, с. 82—87]. В 1629—1630 гг. отряд опришков, в котором находились крестьяне сел Быстрого, Лютой, Волосянки, Загорба, Ставного и Ужка, совершили нападения на имение польского шляхтича Казимира Турского [805, с. 22]. В 1634 г. галицкая шляхта обратилась к Дьердю I Ракоци с жалобой на крепостных, нападавших на ее имения. Выступления крестьян достигли такого размаха, что император Фердинанд III в 1643 г. издал декрет, в котором призывал магнатов и администрацию Ужанской жупы принимать самые решительные меры для подавления крестьянских восстаний [644, с, 355].

После захвата Закарпатья венгерскими феодалами, несмотря на феодальный гнет, бедствия и лишения широких масс трудящихся, в крае продолжала развиваться культура. Как и во времена Киевской Руси, при церквах и монастырях действовали школы. В конце XIV в. в летней резиденции графа Другста была открыта школа монашеского ордена святого Павла, готовившая служителей для католической церкви.

Со второй половины XVI в. в Закарпатье школы действовали не только в городах, по и в крупных селах при церковных общинах. Они были, например, в Великих Лучках, Великой Копани, Вышкове. В налоговом списке за 1593 г. упоминается церковно-приходская школа с украинским языком обучения в с. Порач Спишского комитата. Упоминание о русском учителе МатенеМамойдовиче (1657) дает основание предположить о существовании школы с родным языком преподавания в Ужгороде. Украинские учителя были и в селах Закарпатья. В 1653 г. «Тимофей даскал Копанскый» в конце переписанной им книги сделал приписку: «Отцы честный и ви братія, читайте и справляйте…». Следовательно, Тимофей сам учительствовал в с. Копане и обращался к учителям, которые учили детей в других селах [894, с. 12, 13].

Сохранились письменные памятники тех времен, среди них «Королевское евангелие» (1401), переписанное Станиславом Граматиком. По технике исполнения эта рукопись может равняться с известным «Пересоппицким евангелием» 1556—1561 гг. Ко второй половине XIV в. относятся «Мукачевский псалтырь» и «Ужгородский полуустав». С XV в. уцелели отдельные памятники светской письменности, в частности дарственные грамоты. Ценными памятниками письменности XV—XVI вв. являются «Ужгородская праздничная минея», «Тереблянский пролог», «Торунский сборник», а также евангелия, триоды и октоихи, литургиконы и другие рукописные богословские книги [892, с. 75—78]. Одно из евангелий XVI в., обнаруженное в Ужгороде, условно называется «московским», поскольку, очевидно, завезено сюда из Москвы [892, с. 76—78].

В конце XV в. в Закарпатье появились первые печатные книги на славянском языке, изданные в Кракове Швайпольтом Фиолем («Осмогласник», «Часословец» и др.), пражские издания белорусского культурного деятеля Георгия (Франциска) Скорины («Библия русская» и др.) и книги сербских деятелей культуры Божидора и Викентия Букавичей, изданные в Венеции («Сборник», «Молитвенник» и др.). Среди закарпатцев большой популярностью пользовались издания русского первопечатника Ивана Федорова, в частности его «Острожская библия» 1581 г. В 1571 г. Яном Благослаевым была издана «Чешская грамматика», в которой помещена одна из первых записей украинской народной песни «Штефан-воевода» [805, с. 31, 32].

Рукописные и печатные книги, распространяемые в Закарпатье, отличались высокими художественными качествами оформления. Основными элементами в оформлении книг были заставки и художественные инициалы, а также окаймление растительного характера. В Ужгородском государственном краеведческом музее хранится «Евангелие» тех времен [860, с. 52]. Возникновение и рост новых городов обусловили развитие строительного дела, создание новых и усовершенствование старых типов сооружений. В конце XVI — первой половине XVII в. происходили изменения в фортификационном и гражданском строительстве. Начали строиться замки и замки-дворцы, двух- и трехэтажные жилые дома. В архитектуре получили распространение формы итальянского Возрождения, которые были использованы, в частности, при перестройке Мукачевского и Ужгородского замков [784, с. 71, 72]. В культовом строительстве встречаются центрические по композиции однонефные сооружения со строгими, без членений и украшений наружными стенами (Горянская ротопда) и дву- и трисрубные храмы с несимметричными верхами [753, с. 43]. В убранстве множества небольших церквей использовались произведения народных иконописцев, нашедшие в Закарпатье самое широкое распространение. Располагающие примитивными художественными средствами, народные мастера создавали иногда подлинные шедевры, поражающие искренним н здоровым отношением к человеку (сюжет «Адам и Ева» в церквах сел Прислоп, Подобовец, Изки) [858, с. 280, 282].

Высокого уровня развития достигло искусство резьбы по дереву. В начале XVII в. в резьбе преобладают растительные мотивы, рельеф ее по сравнению с предшествующим периодом становится более сочным и пластичным.

Наряду с местными в крае работали мастера-архитекторы и живописцы из соседних стран, что привнесло в искусство тенденции итальянской, чешской и других школ. К произведениям, выполненным в новой стилевой манере, принадлежат фрески Горянской ротонды, построенной, по-видимому, в конце XIII в. местными мастерами с использованием древнерусских традиций и расписанной в XIV—XV вв. иностранными мастерами. В фресках с большим мастерством переданы индивидуальные черты и душевное состояние человека, позы и лица наделены большой выразительностью.

Как и прежде, во второй половине XVII в. иностранное господство задерживало экономическое и политическое развитие Закарпатья. Трудовой люд страдал от феодального и национального гнета. Постоянные кровопролитные войны между Габсбургами и сторонниками князей опустошали край, ухудшали и без того тяжелое положение крестьян и мещан. Ключевые должности в комитатах занимали венгерские и местные феодалы, гражданские права сохранялись только за высшим духовенством и дворянством. Основная масса населения оставалась бесправной.

Во второй половине XVII в. возросло феодальное землевладение. Большинство земель Закарпатья, считавшихся государственными, путем пожалований перешло в руки венгерских феодалов — Драгов, Переньев, Другетов и др. Рост феодального землевладения сопровождался обезземеливанием крестьянских хозяйств, потерей ими тягловой силы. Так, в Ужгородской доминии только 2,2 проц. крестьянских хозяйств обрабатывали полные наделы, 3,6 проц.— 3/4 надела, 40 проц.— 1/2 надела, 2,3 проц.— 1/3 надела, 47,1 проц.— 1/4 надела и 4,8 проц.— 1/8 надела. В Мукачевской доминии поголовье лошадей уменьшилось в 3,7 раза (с 1645 по 1711 г.), в Чинадиевской — в 4,7 раза (с 1648 по 1699 г.) [871, с. 62, 63]. Феодальные повинности законом по существу не ограничивались. В Ужгородской казенной доминии, которая по 1691 г. принадлежала графам Другетам, существовало пять видов денежных налогов и десять разрядов натуральных поборов и барщинных повинностей. Особенно тягостными были барщинные повинности, общие для всех крепостных крестьян, включая и желлеров. В XVIII в. в Ужгородской доминии иоббадь обязан был половину рабочего времени находиться на барщине. В Мукачевской доминии в 1659 г. каждый надельный крестьянин со своим тяглом должен был отработать барщины 105 дней в году. На каждого желлера приходилось 50 дней пешей барщины.

Эксплуатация крестьян принимала особенно жестокие формы в имениях, переданных в аренду, т. к. арендаторы требовали повышенную феодальную ренту. Одновременно с усилением феодальной эксплуатации крестьян, по мере все большего вовлечения магнатских латифундий в сферу товарно-денежных отношений, теряли свои права и привилегии либертины, т. е. лично свободное население. С конца XVII в. уже и большинство шолтысов должно было отрабатывать барщину наравне с крепостными.

Крепостное крестьянство Закарпатья не было социально однородной массой. В XVII в. зажиточная прослойка среди крестьян составила свыше 3 проц., средний слой — «с плугом» и сокращенным до половины телеком — более 17 проц. и, наконец, около 80 проц. крестьянского населения — деревенская беднота.

Развитие крупного феодального землевладения, сложные политические события сказались и на общем состоянии городов, большинство которых находилось па территории латифундий феодалов и зависело от них как в экономическом, так и в политическом отношении. Количество жителей в городах было сравнительно незначительным. Главные экономические позиции занимала эксплуататорская верхушка торгово-ремесленного населения. Основная тяжесть феодальной эксплуатации ложилась на плечи ремесленников, батраков и мелких торговцев. По своему составу население городов было многонациональным. Кроме украинцев, здесь жили венгры, немцы, евреи и другие.

С развитием продуктивных сил и углублением общественного разделения труда росло значение городов как центров торговли. Увеличивалось количество местных рынков, крепли связи с Левобережной Украиной и Русским государством.

Социально-экономический гнет народных масс Закарпатья усугублялся национальными и религиозными притеснениями. Венгерские феодалы прибегали к насильственной мадьяризации и окатоличиванию украинского населения. Большую активность развернула папская курия, заинтересованная в этом. Однако народные массы оказывали сопротивление.

Крестьяне и горожане обращались к местным властям с жалобами на притеснения феодалов, совершали массовые побеги, отказывались выполнять тяжелые повинности, поджигали фольварки, убивали своих господ, поднимали восстания. Мощным толчком к антифеодальным выступлениям трудящихся Закарпатья послужила освободительная война украинского народа 1648— 1654 гг. против гнета польских и украинских феодалов. В 1648 г. в Мукачево прибыли послы Богдана Хмельницкого в сопровождении казацкого отряда для переговоров с трансильванским князем, Дьердем Ракоци о совместных действиях против Польши. От них население Закарпатья узнало о событиях на Украине. О освободительной борьбой казацко-крестьянских масс под предводительством Б. Хмельницкого оно связывало свою извечную мечту об освобождении от чужеземного и феодального гнета и воссоединении с исконной родиной. Сохранилась запись в старинном рукописном евангелии с. Великие Комяты, где говорится о победе казацких войск: «…козаки гнали шляхту от реки Днепра и славного города Киева аж до реки Вислы. Старшему козаку было имя Хмель» [805, с. 32].

Выходцы из Закарпатья шли в повстанческое войско. Это подтверждается реестром Войска Запорожского, в котором числились казаки М. Венгер, X. Ференц, Й. Венгрии, М. Угрин и другие.

В 1648—1654 гг. во время пребывания отрядов Хмельницкого в Галиции усилилась деятельность опришков. Особенно проявили себя отряды Ф. Фокоса, Й. Варги, И. Сивохопа, которые нападали на поместья Другетов [1028, с. 47].

Значительным было крестьянское восстание 1672— 1676 гг. во всей центральной и юго-восточной части Закарпатья. Центром его стал Мараморошский комитат. Одновременно вспыхнули крупные восстания в Угочанском комитате [1028, с. 49—56]. В 1678—1685 гг. Закарпатье было охвачено крупным восстанием под руководством Имре Текели [1032, с. 101]. С новой силой развернулась борьба украинских и венгерских крестьян против усиления налогового бремени. В нем приняли участие и мещане Ужгорода, Мукачева и других городов и частично венгерская и украинская мелкая шляхта.

После изгнания турков из Венгрии (конец XVII в.) на ее территории, включая и Трапсильванию, а следовательно и Закарпатье, надолго утвердилась власть Габсбургов. Это дало новый толчок выступлениям угнетенных масс. В конце XVII и в начале XVIII в. на значительной территории Закарпатья активно действовали отряды, возглавляемые И. Пинтой, Ф. Бойко, И. Пискливым, И. Бецой. В 1698 г. началось восстание крестьян Угочанокой жупы [1032, с. 102]. В то же время происходили волнения крепостных Мукачевской и других доминий. Эти восстания подготовили почву для широкого антифеодального движения в Закарпатье в период освободительной борьбы венгерского народа против габсбургских завоевателей в 1703—1711 годах. Освободительная антигабсбургская война венгерского народа, в которой активное участие приняли закарпатские крестьяне и ремесленники, началась выступлением крестьян сел Тарпа и Вары (комитат Берег) [823, с. 172]. Одними из активных организаторов его были крепостной Томаш Эсе из с. Тарпа, Альберт Киш из с. Баркасово на Мукачевщине, Михаил Пап из Мукачева, Дьердь Биге из с. Бени (Доброселье) на Береговщине, Иван Беца из Березнянщины. Восстание вначале имело ярко выраженную социальную направленность. Население края поддержало повстанцев-куруцев. Первая битва между ними и сторонниками австрийского императора— лабанцами произошла 7 июня 1703 г. возле с. Долгого на Иршавщине. Однако силы были неравными, повстанческие войска потерпели поражение. 16 июня Томаш Эсе во главе отряда, в котором было около 600 человек, на венгерско-польской границе в районе Верецкого перевала встретился с Ференцем II Ракоци, возвращавшимся из Польши. Силы объединились, и Ференц II возглавил движение. Ряды повстанческой армии были пополнены отрядом из украинских казаков, волохов и поляков (всего 800 человек), приведенных соратником Ференца II Берченьи из Польши. Русский посол в Вене Голицын сообщал правительству: «Некоторые своевольники с Подолии и Запорог к тем бунтовщикам приходили» [904, с. 48]. В июле — сентябре 1703 г. повстанцы освободили значительную территорию Закарпатья. Народная борьба приобрела массовый характер. Феодалы, боясь народного гнева, бежали в Австрию, Польшу и другие страны. Венгерский дворянин Дьердь Палоци Хорват, очевидец штурма повстанцами Ужгородской крепости, в своем дневнике записал: «Что это за божий свет настал, наши подданные преследуют нас, как псов… Толпа русинов, одетых в гуни, спустилась с гор, заняв город… Ужгородский замок верховинцы с топорами так обложили, что разве птица может туда залететь».

На всех этапах освободительного движения в Закарпатье украинские крестьяне принимали в нем самое активное участие. Ракоци в своих воспоминаниях, написанных в эмиграции после поражения, говорит об этом с большой признательностью.

В ходе войны закарпатские города имели большое значение для повстанцев. Мукачево, Ужгород, Хуст с хорошо укрепленными замками служили важными хозяйственно-промышленными и административными центрами. Так, в Мукачеве находился монетный двор Ракоци II. В Ужгороде и Мукачеве проходили совещания, встречи, переговоры с послами других государств [946, с. 54]. Из Закарпатья восстание распространилось в венгро-словацкие земли и со временем им была охвачена вся Венгрия.

Как враг габсбургской монархии, князь Ференц II Ракоци приобрел большую популярность среди широких слоев населения своими обращениями. Он понимал сложность борьбы с таким сильным противником, как Австрийская империя, поэтому искал надежного союзника в этой борьбе. За помощью он обратился к Франции и России. Россия, в свою очередь, также видела определенную выгоду союза с Венгрией. В 1707 г. между заинтересованными сторонами начались переговоры. С этой целью 12 июля того же года в Ужгород прибыл доверенный советник царя Петра I Д. И. Корбе, где он был торжественно принят Ференцем II. Торжественная и широко оглашенная встреча посла Петра I должна была продемонстрировать благожелательное отношение России к восстанию [946, с. 54]. В результате переговоров Д. И. Корбе с Ференцем И было достигнуто соглашение о подписании договора. Такой договор между представителями Петра I и Ференцем II был подписан в Варшаве 15 сентября 1707 г. В середине августа 1707 г. в Мукачево прибыл специальный представитель князь О. Щербатов, чтобы сопровождать посольство Ференца II, насчитывавшее 50 человек, до Варшавы. Дипломатические связи между Петром I и Ференцем II Ракоци продолжались и в последующие годы. Они способствовали укреплению международного веса и консолидации внутренних сил восстания, а также развитию исторических связей между народами России и Венгрии.

В 1707 г. освободительная война в Венгрии достигла кульминации. Успехи, добытые в ходе борьбы, привели к фактическому восстановлению независимости Венгрии. Однако после 1707 г. освободительная война пошла на убыль. Одной из существенных причин такого поворота событий было то, что крестьянские массы, взявшись за оружие, чтобы «больше не быть крепостными», не только не добились этой цели, но их социально-экономическое положение еще более ухудшилось. Вся тяжесть многолетней войны с ее опустошительными последствиями в первую очередь легла на их плечи. Война принесла крестьянам лишь разорение и новые бедствия. Движение, начавшееся как крестьянское, потеряло свою антифеодальную направленность и превратилось в ан-игабсбургскую освободительную войну, руководящей силой которой выступили дворяне. Они взяли решительный курс на восстановление феодального гнета, чинили расправы над крестьянами, оттесняя от командных постов людей из народа. Все это убеждало крестьян в том, что им не удастся добиться удовлетворения своих нужд. Поэтому они утратили интерес к освободительной войне. М. Берчеyьи писал в 1707 г.: «Мы потеряли любовь народа» [749, с. 439].

Сам Ференц II Ракоци, обещавший ранее освободить крестьян от крепостничества, как крупный феодал остался на стороне своих классовых сообщников, стал на путь ограничения антипомещичьих действий крестьян, начал устранять их предводителей. Это не могло не сказаться на боевом духе армии повстанцев. Войско Ференца II Ракоци начало терпеть поражения. В 1709 г. куруцы были разгромлены цесарскими войсками. В начале 1711 г. армия Ференца II Ракоци отступила к Мукачеву. Вскоре Ференц II оставил армию и направился в Россию, затем во Францию, а оттуда в Турцию. Силы восставших исчерпались. 20 апреля они подписали мир с королевской властью, а 11 мая остатки армии сложили оружие. Началась жестокая расправа над восставшими крестьянами. Были уничтожены села Ужанской жупы Загорб, Ярок, Среднее, Великие Лазы, Цыгановцы [805, с. 25].

В начале XVIII в. произошло своеобразное перераспределение феодальной собственности. Значительная часть имений феодалов (Ракоци, Берченьи, Чаки, Форгача и др.), противников Габсбургов, была конфискована. Эти земли вначале перешли в ведение короны, но со временем были розданы другим, главным образом немецким феодалам. В 1728 г. самое крупное из владений Ференца II Ракоци с центром в Мукачеве оказалось в руках майнцского архиепископа графа Лотара Шенборна, который позднее подарил его племяннику Фридриху Карлу Шенборну. Так возникла огромная Мукачевско-Чинадиевская латифундия (доминия), занимавшая три четверти Береженого комитата. За ней были закреплепы 152 села, 4 города и 15 приселков, в которых проживало 14 тыс. человек. 93 проц. этого населения составляли крепостные крестьяне [947, с. 27, 28]. Огромные имения в Мараморошском комитате принадлежали графу Телеки (около 36,8 тыс. хольдов), помещику Стойко, в Угочанском комитате — барону Переньи. в Ужанском — графам Старая, Баркоци, Вицманди и др. Кроме частных, были и казенные владения: Ужгородская, Мараморош-Сигетская и другие доминиb. На Мараморощине находились лесное, горнорудное и соляное казенные управления, ведавшие соответствующими отраслями хозяйства. Крупные земельные владения имели также церковь и монастыри.

Укрепление феодальной земельной собственности было связано с усилением эксплуатации крестьян и мещан. В результате войны 1703—1711 гг. 45—50 проц. сел Мукачевской и Ужгородской доминий обнищали, обрабатывалась только половина пахотных земель, резко уменьшилось поголовье рабочего скота. У крестьян Мукачевской доминии с 1704 по 1729 г. количество волов и свиней уменьшилось вдвое, а лошадей с 1675 по 1717 —на 83,3 проц. Возросло количество безземельных и малоземельных хозяйств. В отдельных доминиях оно составляло 85 проц. Непрерывно росла барщина, дополнявшаяся чиншем. Кроме того, собирались дополнительные натуральные поборы: желлерский грош, мельничное, серповое, домовое, воеводское и другие [768, с. 140, 265].

Все это неизбежно вело к обострению классовых противоречий, поэтому выступления народных масс не прекращались. В 1744—1745 гг. в Закарпатье из Галиции перешли отряды опришков во главе с Олексой Довбушем. Они стали лагерем в Ясинях, нагоняя страх на помещиков. После гибели Довбуша повстанцев возглавили Павел Орфешок и Василий Баюрак. В этих отрядах сражались и закарпатцы [829, с. 35].

В сложных условиях развивались города. В начале XVIII в. в результате дальнейшего развития феодально-крепостнических отношений уменьшилось количество городских жителей, пришли в упадок торговля и ремесло. Даже в комитетских центрах (Ужгород, Берегово и др.) жителей было по нескольку тысяч человек.

В цехи были объединены около 200 ремесленников 30 специальностей. Так, в Мукачеве насчитывалось 100, в Ужгороде — 38, Вышкове — 10, Хусте — 9 ремесленников. Больше всего было гончаров, сапожников, портных [768, с. 260]. В Ужгороде и Мукачеве устраивались ярмарки, куда приезжали купцы из России, Левобережной и Правобережной Украины и Западной Европы. Здесь торговали пушниной, холстом, шерстяными изделиями, вином, рабочим скотом [768, с. 262]. Мараморошские скупщики скота и скотобойцы поддерживали связи с Молдавией. На украинские и русские ярмарки из Закарпатья стали приезжать не только купцы, но и крестьяне и ремесленники [948, с. 197].

События освободительной войны 1648—1654 гг. и воссоединение Украины с Россией способствовали оживлению общественно-политической мысли в Закарпатье. Ряд прогрессивных взглядов нашел отражение в произведениях полемической литературы, направленных против католицизма и униатства. В евангелиях и различных сборниках, получивших здесь распространение, выражалось острое осуждение униатства. Деятельное участие в аптикатолической и аптиуниатской полемике принял украинский писатель-полемист М. Андрелла (1637—1710). Продолжая традиции И. Вишенского, Андрелла в своих произведениях «Логос» (1691—1692), «Оборона верному каждому человеку» (1699—1701) и других выступал против унии и Ватикана, выдвигая идею воссоединения Закарпатья с Восточной Украиной в составе России. Творческие традиции М. Анд-реллы в Закарпатье продолжали С. Бедевлянский, Г. Бандоляк, И. Вюсаник и другие писатели ([892, с. 149-217].

Во второй половине XVII—XVIII вв. культура Закарпатья развивалась в условиях национального притеснения. Обучение в большинстве школ велось на латинском языке. Осталось только несколько школ с украинским языком обучения. В начальных школах получали образование преимущественно дети зажиточных крестьян, городских ремесленников, низшего духовенства. Для детей феодальной верхушки были специальные школы (средняя протестантская школа в Сигете, Пряшевский лютеранский коллегиум, иезуитская школа в Ужгороде). Грамота распространялась также через ремесленные мастерские и цехи. Некоторые юноши из Закарпатья обучались в Киеве. В списках учеников Киевской академии есть и закарпатцы — Иван Боцневич из Бардиева, Степан Пчельский из Ужгорода. Алексей Кертис из Мукачева, Василий Штефка и Василий Иваницкий из Кривого на Марамороше. В 1769 г. подал прошение о принятии в Киевскую академию закарпатец Николай Добрянский [799, с. 162]. Много закарпатцев получило образование во Львове, в частности в т. н. Studium Ruthenum [894, с. 16, 17].

В 1777 г. для Венгрии был издан закон «Система воспитания и школьного дела в Венгерском королевстве и присоединенных к нему провинциях», предусматривавший перестройку всего школьного дела. Школы были разделены на: элементарные трех типов (сельские одноклассные с одним учителем, поселковые или местечковые трехклассные с двумя учителями и «нормальные»— четырехклассные в окружных центрах), латинские, или грамматические, гимназии, академии и университеты [894, с. 18]. Закон разрешал открывать новые школы, которые должны были содержаться за счет населения.

Проведение в жизнь школьного закона 1777 г. в Закарпатье было сопряжено с большими трудностями, т. к. крепостные не имели права без разрешения владельца посылать своих детей в школу. Кроме того, не каждая сельская община была в состоянии построить школьное помещение. Учителями могли быть только лица, владеющие, кроме украинского, еще венгерским и немецким языками. Большое количество детей школьного возраста не имело материальных возможностей посещать школу [894, с. 19].

О распространении письменности среди простого народа свидетельствуют книги, переписанные крепостными крестьянами, старинные рукописи, сохранившиеся в их хатах, надписи на различных предметах. Некоторые кирилличные книги, предназначенные для распространения в Закарпатье, в конце XVII и в XVIII в. печатались в Трнаве (Словакия). Однако основными поставщиками таких книг были Киев и Львов. Закарпатские крестьяне специально ездили в Галицию за книгами [894, с. 33]. С XVIII в. их начали привозить сюда русские купцы. Из документов середины XVIII в. известно распространение в закарпатских селах произведений писателей из Поднепровья Иоаникия Галятовского («Ключ разумѣния»), Лазаря Барановича, Антония Радивиловского, Даниила Туптало (Ростовского) [799, с. 164].

В фольклоре Закарпатья XVII—XVIII вв. бытовали исторические, социально-бытовые, лирические песни, коломыйки, баллады, легенды. Создавались песни и предания, связанные с деятельностью куруцев и участием украинского населения в освободительной борьбе против иностранного господства.

В середине XVII в. здесь были популярны стихотворные произведения духовного содержания восточноукраинских авторов. Так, широкую известность получила книга стихотворений Кирилла Ставровецкого (Трапквилиона). «Перло многоценное» (1646). Распространена была и «Пѣснь козака Плахти» (1625). Однако исторические стихотворения местных авторов сохранились только со второй половины XVII в. К первым образцам стихотворных произведений исторического содержания принадлежит запись на каменной доске в церкви Мукачевского монастыря [799, с. 169]. В 1683 г. были написаны стихотворения «ПЬснь о образь Клокочевском» и «Пѣснь о Будинѣ», содержание которых связано с борьбой восставших куруцев против габсбургского абсолютизма [799, с. 169]. Поэтическое творчество способствовало утверждению народного языка в письменности, приближало литературу к темам из народного быта. В литературе это вело к осуждению канонов духовной лирики, аскетизма и церковной морали. Наиболее известными поэтами XVII—XVIII вв. были Иван Пастелий, Арсений Коцак, Петр Лодий.

В XVII—XVIII вв. в Закарпатье были составлены Гук-ливская летопись и Солотвинская летописная записка, а также летописные записки Юрия Вусяника — памятники письменности на народном языке с незначительным количеством церковнославянизмов и мадьяризмов [799, с. 173].

Для архитектуры в Закарпатье этого времени были характерны традиционные деревянные сооружения. Сохранилось несколько образцов деревянной архитектуры XVII в. В селах Майдане, Буковце, Изках, Пилипце, Гукливом, Колочаве и сейчас стоят небольшие лемковские деревянные церкви своеобразной формы, построенные в XVIII в. В основе их композиции лежит тип бойковской трехсрубной церкви 6 квадратными двух-или трехступенчатыми шатровидными куполами над центральным и восточным срубами. Верх сооружения может быть и многоступенчатым, притом не только в церквах, но также в жилых и хозяйственных постройках. Такой архитектурный тип, в котором очень высокая соломенная крыша горизонтально расчленена на несколько ярусов, характерен для горных районов, его можно видеть, например, в Стужице [754, с. 61, 62]. В XVII—XVIII вв. в деревянную архитектуру Закарпатья начали проникать готический и барокковый стили. В этих стилях построены Михайловский храм в с. Крайникове, церкви в селах Данилове, Стеблевке, Сокиринце, Александровке и других.

На протяжении многих веков в Закарпатье было распространено искусство художественной резьбы, главным образом в юго-восточной части Карпат (в районах Рахова, Тячева, Хуста, Свалявы) [754, с. 64, 65]. Резьбой украшали культовые и жилые сооружения, утварь крестьянских изб — столы, сундуки, мисочники, полки и божницы. Орнаментика резного декора состояла из ритмически чередующихся простых геометрических мотивов.

В живописи XVII—XVIII вв. получили дальнейшее развитие тенденции, наметившиеся на грани XVI и XVII вв. Постепенно менялись традиционные формы церковной живописи, которая приобретала национальный характер. Наряду с церковной развивалась светская живопись, особенно портретная. Сдержанность и сухость канонических иконописных схем заменяли реальные, жизненные образы.

Во второй половине XVII — XVIII в. в Закарпатье жили и работали воспитанники художественной школы Судовой Вишни на Львовщине живописцы Илья Бродлакович (Мукачево), Яцко (с. Домашино возле Великого Березного), Иван и Стефан Вишенские (с. Суха). Много высокохудожественных произведений создано народными мастерами. Их живопись, несмотря на церковное назначение (иконы из церквей сел Прислона, Изок, Подобовца, Черноголовы), отличается реализмом. Особенно социально обостренными были композиции «Страшного суда», которые изображали по сути картины тяжелой жизни трудового народа.

В прикладном искусстве большое место занимала орнаментика. Орнаментами украшали книги, рукописи. Примером растительного рукописного орнамента из Закарпатья является украшение «Ирмологіона» XVIII в., хранящегося ныне во Львовской библиотеке АН УССР. Это четкие контурные, достаточно стилизованные зарисовки в разнообразных вариантах плодов винограда, листьев и цветов [860, с. 163]. Гончарные изделия (посуда, печной кафель, декоративные архитектурные вставки и др.), центрами изготовления которых были Ужгород, Хуст, Мукачево, Мирча, Драгово, Ольховка, Тячев, украшались очень простыми растительными орнаментами, нанесенными ангобами на розоватый или белый фон.

Жестокая эксплуатация крестьянских масс все больше обостряла классовые противоречия, что вело к активизации классовой борьбы против социально-экономического гнета. Ввиду этого Мария-Терезия решила урегулировать повинности крестьян. Предполагалось несколько ограничить феодальную эксплуатацию и помещичий произвол, регламентировать отношения между помещиком и крепостным. Это якобы должно было сделать крестьян платежеспособными и неизбежно привести к укреплению экономического и политического положения монархии. Такую цель преследовала урбариальная реформа Марии-Терезии, проводившаяся в Венгрии, в т. ч. и в Закарпатье, в 1767—1775 годах.

В ходе проведения реформы были взяты на учет крестьянские земли и точно установлены размеры барщины, денежных, натуральных и других повинностей. Размеры пашни, лугов и виноградников урбарий устанавливал дифференцированно для каждого комитата отдельно. При этом в зависимости от качества земля делилась на пять разрядов. Размеры полного крестьянского надела (телека) в закарпатских жупах устанавливались в 18—30 хольдов пахотной земли и 6—12 хольдов — лугов (сенокосов). Один хольд пахотной земли мог быть заменен сенокосом в размере одного «косаша» (площадь, скошенная человеком в течение одного дня). Большинство крестьянских дворов пользовалось только незначительной долей надела. Владельцев с полным телеком было мало. Так, из 2947 исследованных дворов в 263 селах Закарпатья одним наделом и более пользовались всего 146, 3/8 частями надела — 467, 1/4 частью — 1080, 1/8 частью — 1254 двора.

Большое внимание урбарий уделял регулированию повинностей крестьян. Владельцы полных наделов обязаны были отрабатывать на полях 52 дня в году с рабочим скотом или 104 дня без тягловой силы («пешая барщина»), в пропорциональном соответствии барщина устанавливалась для владельцев ½, ¼ и 1/8 частей надела. Желлеры, имевшие дома, отрабатывали 18, а бездомные — 12 «пеших» дней в году.

Землевладельцы получили право заставлять «нерадивого» крестьянина работать и больше. Кроме того, крепостные и впредь отдавали помещику девятую часть урожая, выращенного на своем наделе, десятую часть винограда, каждую десятую овцу, мед и воск из десятого улья, 2 каплуна, 2 курицы, 12 яиц, ицу топленого масла. От 30 дворов крестьяне давали теленка и другие продукты на помещичью кухню. Кроме всего, от них требовали разные «подарки» во время панской свадьбы, крестин и т. п. Крестьяне были обязаны обеспечивать пана или его управляющего деньгами во время дворянских собраний и поездок в Будапешт и Вену.

Помимо этих повинностей, крестьяне регулярно платили государственные налоги, ремонтировали дороги, перевозили своим тяглом военную амуницию, продукты, фураж, служили в войске, обеспечивали постой солдат и т. д. Только военный налог составлял более 100 тыс. форинтов в год. Большой бедой для крестьян-крепостных была рекрутчина. В середине XVIII в. военная служба в Венгрии становится пожизненной.

Втягивание феодальных хозяйств в товарно-денежные отношения и приспособление их к потребностям рынка резко ухудшили положение крестьян во второй половине XVIII в. Землевладельцы, пытаясь получить от своих имений побольше прибыли, расширяли свои запашки за счет крестьянских наделов и, вопреки введенным урбариям, произвольно увеличивали барщину и другие повинности. Так, в 1793 г. крестьяне с. Голубиного отработали в доминии графа Шенбориа па 784 дня больше против нормы, Чинадиева — на 400, Завидова — на 263, Репинного — на 386 дней [947, с. 96). Увеличение барщины, рост натуральных повинностей и налогов ухудшали положение народных масс, приводили их к голодной смерти. Во время голода 1786— 1787 гг. только в Мараморошском комитате умерли 13 348 человек [367, л. 2—6]. В одной из записей, относящихся к тому времени, говорилось: «…в Ужаиской жупе среди русинов, а особенно в Береженой, Угочанской и Мараморошской жупах была большая нужда, беднота вынуждена была печь себе хлеб из коры, кукурузных початков, опилок. От голода, а также от плохого хлеба люди пухли и многие умирали… Эта нужда продолжалась несколько лет подряд» [1035, с. 126].

В конце XVIII — первой половине XIX в. в Закарпатье усиливается разложение феодализма. Крупное землевладение Закарпатья включилось в общеевропейский процесс товарного производства. В Мукачевской и Ужгородской доминиях перерабатывались продукты сельского хозяйства, использовались полезные ископаемые Карпат, развивались издавна существовавшие соляные промыслы, росла добыча селитры, поташа, руды и т. д. Наметился переход от ремесла к мануфактуре и крупным предприятиям с применением механизмов. В Кобылецкой Поляне, в Белом Потоке и в Требушанах были построены доменные печи для выплавки чугуна. Сюда, в район металлургического производства, привезли наемных рабочих — немцев. В конце XVIII в. в Мукачевской доминии основали полотняную мануфактуру, получившую известность своими изделиями. В 1840—1848 гг. в Ужгороде выстроили суконную и спичечную фабрики, а также фабрику по очистке каолиновой глины. Росли доходы имений от продажи скота и сплава леса. В рыночные отношения втягивались также среднее и мелкопоместное дворянство, зажиточные слои крестьянства [795, с. 438].

Вместе с тем процесс накопления капитала проходил здесь медленно. Пошлинная политика властей, большие налоги, обнищание народных масс, а в связи с этим низкая покупательная способность населения, конкуренция более развитой австрийской мануфактуры — все это в значительной мере являлось препятствием на пути развития капиталистических отношений в Закарпатье.

Развитие товарного производства в помещичьих хозяйствах Закарпатья происходило не за счет интенсификации сельского хозяйства, улучшения техники и организации производства, а главным образом за счет усиления барщинной эксплуатации крестьян. Не менее 4/5 всех крепостных крестьян Закарпатья выполняли барщинные повинности. Оброчная система в денежной форме не получила здесь сколько-нибудь значительного расширения вследствие слабого развития мануфактуры, фабричной промышленности и крестьянских промыслов.

В 40-х годах XIX в. крестьяне латифундий Закарпатья выполняли более двадцати видов барщинных работ. Размеры пешей барщины за пользование наделами далеко превосходили предусмотренные реформой нормы. Так, доминия Шенборна получала ежегодно свыше 5 тыс. дополнительных рабочих дней [872, с. 13], ложившихся всей тяжестью на беднейшую часть крестьянства, в пользовании которой были 1/8 и 1/4 части надела.

Усиление барщинной эксплуатации крестьян являлось наиболее характерной чертой социально-экономических отношений, господствовавших в закарпатской деревне в первой половине XIX в. Помимо усиления барщинной эксплуатации крестьян, другим средством повышения товарности помещичьих хозяйств Закарпатья являлось расширение помещичьих земель.

Феодальная эксплуатация крестьян, развитие товарно-денежных отношений, в которые неизбежно вовлекались и крестьянские хозяйства, резкое сокращение крестьянских наделов обусловили дальнейшее разорение крестьянских хозяйств, упадок крестьянского земледелия и скотоводства и углубление имущественной и классовой дифференциации в закарпатской деревне.

Кризис феодально-крепостнического строя в Венгрии и Закарпатье достиг особой остроты в силу чрезвычайных бедствий, постигших в первой половине XIX в. многие комитаты. Неурожаи 1811—1813 гг. привели к тяжелому голоду, распространению инфекционных заболеваний, вымиранию целых деревень, лишенных медицинской помощи, к массовому падежу скота и разорению крестьянских хозяйств. В начале 1814 г. современник отмечал, что после двух неурожайных лет «все, что уродилося, подлое было». Хлеб крестьяне выпекали из прелого зерна с примесью суррогатов, и он был настолько неприятный, «горький и смердячий» на вкус, что «токмо с великою противностью и насилием» его можно было есть. Такой хлеб «здоровью больше вредит, нежеле пользует», — писал он [872, с. 41]. На протяжении 1816—1817 гг. в закарпатских комитатах, особенно на Берегонщине, свирепствовали голод и эпидемии «черленки» (дизентерия) и «дурнячки» (тиф). В «покрайней» записи с, Вербяжа под 1817 г. говорилось о «тяжком годе», когда «в угорском крае хлеб пропал», а от дизентерии «много люда померло» [872, с. 42]. После нескольких сравнительно урожайных лет опять наступили засушливые годы (1822 и 1827), когда «мелай та й овес, трава, увшитко од суши погорело».

Господство феодально-крепостнических порядков тормозило развитие городов. В конце XVIII в. в Закарпатье насчитывалось 20 городов и местечек, в 30-х годах XIX в,— 9 городов и 18 местечек, большинство которых принадлежало частным лицам и казне. Так, Ужгородом владела казенная доминия, Мукачевом и Береговом — Мукачево-Чинадиевская доминия графа Шенборна, коронными городами Тячевом, Хустом, Вышковом — ведали соляное, горнорудное и лесное казенные управления.

В конце XVIII — начале XIX в. в закарпатских городах наметилось некоторое оживление хозяйственной жизни. Так, в 1804 г. в Ужгороде действовало 10 цехов, объединявших 377 мастеров и подмастерьев. В 1837 г. ужгородские слесаря, бронники, ювелиры и часовщики отделились от столяров и создали свой цех. Новые цеха возникли в Мукачеве, Берегове, Хусте и других городах. Работали ремесленники, как правило, на внутренний рынок. Во главе цехов стояли цехмистры и присяжные мастера. В самом тяжелом положении находились ученики, с которыми мастера жестоко обращались, заставляя 14—16-летних подростков работать по 16—18 часов в сутки. В экономическом отношении цехи были слабыми. В первой половине XIX в. они все больше попадали в зависимость от скупщиков. В это время растет количество предприятий мануфактурного типа.

Крупные города Закарпатья (Ужгород, Берегово, Севлюш, Мукачево, Хуст) находились на важных торговых путях и играли роль транзитных пунктов торговли между европейскими странами. Но в экономическом отношении они играли незначительную роль. Во второй половине XVIII — начале XIX в. активизировалась торговля. Согласно неполным данным, ежегодно собиралось более 70 ярмарок (в Севлюше — 7 раз в год. Мукачеве — 6, Ужгороде — 4 раза). Товарооборот закарпатских ярмарок оставался низким. Основными товарами, которые вывозились за пределы края, являлись квасцы, поташ, бумага, железные изделия, вино, дерево, сухие и свежие фрукты, соль, орехи, пушнина, шерсть, скот и др. В Закарпатье привозились шкуры, лошади, рыба, кпиги, ткани, бисер, дорогие меха, пряности, предметы роскоши. Отрицательным фактором, влиявшим на уровень торговли, была дискриминационная политика Габсбургов. Согласно закону Иосифа II (1784), в пределах империи разрешалось торговать только австрийским купцам. Развитию внутренней торговли препятствовало также почти полное отсутствие местных путей сообщения и слабо развитый транспорт. Проезд по дорогам, связывавшим Верхнюю Венгрию с Польшей и Галицией, был чрезвычайно затруднен, особенно в области горных проходов через Карпаты.

Административно-политическое устройство края оставалось почти без изменений. Бережений, Мараморошский, Угочанский и Ужанский комитаты входили в состав Пожонского (Братиславского) наместничества. Комитаты делились на округа (районы), включавшие по 20—30, а некоторые (Мукачевский, Верховинский, Косинский и др.) — от 60 до 90 сел. Всего в Закарпатье насчитывалось 666 сел. В 30-х годах XIX в. население края составляло 412 132 человека, в т. ч. в городах и местечках жило 51267 человек, из них 17 503 украинца. Кроме украинцев, в городах жили венгры, словаки, немцы, румыны, греки, армяне, евреи [948, с. 15—17, 163].

Вся политическая власть па территории края находилась в руках венгерских и местных феодалов. Во главе городского управления стояли старосты, назначаемые помещиками или казенным управлением. Старосты возглавляли городской сенат (совет), являвшийся административным и судебным органом города. В частновладельческих селах вся власть принадлежала помещику, в монастырских — монастырю, в казенных селах — казенному управлению. Помещики имели неограниченное право над крепостными.

Тяжелейший крепостнический гнет, к которому присоединились голод и эпидемии, обусловили резкое обострение классовой борьбы. 20—30-е годы XIX в. характеризуются нарастанием антифеодальных настроений крестьянства, его социального протеста. Значительно увеличилось количество беглецов, участились открытые нападения на помещиков, создавались новые отряды опришков, действовавшие под руководством С. Товга, И. Кокоша и И. Полянича.

Активно выступали крестьяне с. Заречья Угочанской жупы (1820), Великие Лучки Бережской жупы (1833) и др. [445, л. 1—5; 228, л. 141—152]. Особенно бурными были восстания крестьян 1831 г., известные под названием «холерных» бунтов, охвативших огромные массы крепостных Галиции, Восточной Словакии и частично Закарпатья [948, с. 237—240]. В 1834 г. имперская канцелярия требовала у администрации Бережской жупы объяснения о крестьянских волнениях, имевших место в 44 селах Мукачевско-Чинадиевской доминии (Нижневеречанский ключ и др.). В начале 40-х годов отказывались давать натуральные поборы и выполнять барщину крестьяне сел Завидова, Станова, Доробратова, Загатья. Такая картина наблюдалась во всех провинциях Австрийской империи.

Культура Закарпатья этого периода развивалась в условиях острой борьбы трудящихся масс против политики латинизации и мадьяризации, проводимой господствующими классами Венгрии. В Мукачеве в XVIII в. работала богословская школа, часть выпускников которой становилась учителями. Кадры учителей готовили и монастырские школы (г. Мукачево, с. Имстичево) [805, с. 32]. Создавались в Закарпатье и начальные народные школы, находившиеся на содержании сельской общины. Обучение в них вели те же дьяки («певцоучителя»), что и в церковных школах. Детей учили читать, писать и считать. Почти во всех школах обучались по букварям, изданным в России и на Украине. Однако на протяжении первой половины XIX в. школьное дело в крае пошло на спад. Проводя колониальную политику, правительство не отпускало необходимых средств на образование, а сельские общины и обремененные налогами крестьяне не в состоянии были содержать школы. В результате этого «русские» школы сохранились лишь в больших селах: Ракошине, Долгом, Чинадиеве, Косовской Поляне, Теребле и др. Этим воспользовалась церковь и взяла дело просвещения под свой контроль, придавая ему религиозную направленность.

Еще менее доступным было для народа среднее образование. Учиться в гимназиях и семинариях могли прежде всего дети зажиточных слоев. Система обучения и воспитания подчинялась политике денационализации населения Закарпатья. Правда, некоторая часть выпускников гимназий стремилась быть полезной своему народу. Отдельным из них удалось получить и высшее образование в Эгре, Братиславе, Пеште, Кошицах, Трпаве, Львове, Вене. Несмотря на запрещение австрийских властей, немало закарпатцев ездило на учебу в высшие школы Украины [805, с. 33].

На рубеже XVIII и XIX вв. национальный гнет стал невыносимым. Отдельные представители передовой интеллигенции вынуждены были эмигрировать на Украину и в Россию. Из среды этих эмигрантов вышли выдающиеся деятели науки и культуры: М. А. Балудянский, первый ректор Петербургского университета, ученый в области политической экономии; П. Д. Ло-Дий, философ; В. Г. Кукольник, ученый агроном; И. С. Орлай (был не только организатором медицинского дела в России, но и автором ряда интересных медицинских сочинений), Ю. И. Венелин (Гуца) — ученый славист [825, с. 186; 826, с. 5—212].

Значительное влияние на развитие культуры Закарпатья имело распространение печатных изданий из России и Украины. Сюда завозились книги как церковного, так и светского характера. Только русские книготорговцы доставили в Закарпатье в 1757 г. 1146 томов, в 1770 г. — 431 том книг [1025, с. 158], изданных в Москве, Петербурге, Киеве, Львове и других городах. Сюда поступали книги также из Кракова, Праги, Вены, Венеции. Культурные связи с Украиной и Россией имели большое значение для национального возрождения закарпатских украинцев. Местная интеллигенция знакомилась с трудами ученых М. В. Ломоносова, В. Н. Татищева, М. М. Хераскова, произведениями А. В. Кольцова, И. П. Котляревского, М. Ю. Лермонтова, А. С. Пушкина, Г. С. Сковороды, Д. И. Фонвизина, Т. Г. Шевченко.

К известным писателям, общественным деятелям, ученым, труды которых вошли в сокровищницу общеукраинской культуры, принадлежат: писатель И. Пастелий, историк И. Базилович, языковед И. Фогараши, ученый и поэт В. Довгович, историк и языковед М. М. Лучкай и др. По словам И. Я. Франко, это была сравнительно небольшая часть интеллигенции, которая не порывала с народом, его языком, традициями и стремилась верно служить ему. И. Пастелий (1741—1799) в своих произведениях осуждает действия реакционного духовенства, опровергает фальсификацию венгерских историков о прошлом славянского населения Закарпатья. М. М. Лучкаю (1789—1843) принадлежат «Славянорусская грамматика» (1830 г.), «История карпаторусинов» (в 6 томах), оставшаяся в рукописном виде. В историческом исследовании ученого высказываются демократические взгляды, утверждается мнение об автохтонности закарпатцев, показаны их связи с другими славянскими народами, влияние Украины и России на политические и культурные процессы в крае [799, с. 200].

Закарпатье издавна славится богатым фольклором. Здесь собрано огромное количество народных преданий, легенд, сказок, баллад, коломыек [741; 742]. Они имеют много общего по содержанию и форме с древнерусским и фольклором других украинских земель.

В 1833 г. в Ужгороде был создан первый в Закарпатье многоголосый хор «Гармония». Знаменательно, что он был и первым полифоническим хором вообще во всей Австро-Венгрии. Его организатором стал уроженец Приднепровской Украины, музыкальный деятель, политический эмигрант Константин Матезонский (1794— 1858). Матезонский воспитал плеяду учеников и последователей в Закарпатье — таких как М. Лихварчик, Е. Талапкович, И. А. Сильвай, И. И. Бокшай и др. Пропаганда Матезонским творчества Д. С. Бортнянского, А. Н. Верстовского и других композиторов, русской II украинской народной песни способствовала усилению национального самосознания украинского населения Закарпатья. Этим определяется вклад Матезонского в укрепление культурных связей края с Россией и Украиной [946, с. 164].

В этот период на смену замковому строительству пришло дворцовое. Сооруженные иностранными зодчими дворцы носили черты различных европейских стилей. В деревянном храмовом строительстве сохранились традиции местной народной архитектуры. В горной местности строили шатровые трехсрубные многоярусные церкви, сохранившие старинный архитектурный стиль. Древние деревянные постройки XVIII в. еще есть в селах Верхнем Студеном Межгорского района и Перекрестном Воловецкого района, Сухой, Кострине, Ужке и Вышке Великоберезнянского района. Иногда в архитектурном облике церкви сочетались разные стили. Образцом объединения шатрового и бароккового стилей является церковь в с. Шелестово, построенная в 1777 г. без единого гвоздя. Такие чудесные творения народного искусства встречаются часто [884, с. 21]. Застройка закарпатского села имела свои особенности. В равнинных и предгорных районах Закарпатья доминировали гребенчатый вариант уличного планирования и двухрядная система застройки усадьбы. Здесь наиболее распространенным был трехкамерный тип жилища (хата, сени и кладовая). Для народной архитектуры закарпатских бойков и лемков присуща однорядная система застройки усадьбы. В XVIII в. крестьянская хата была двухкамерным (хата и сени), а в XIX в.— трехкамерным (хата, сени и кладовая) курным жильем — дым из печи или даже открытого очага выходил в жилую комнату, а из нее через дверь или отверстие в потолке на чердак. Позже к печи начали пристраивать дымоход — киш, который выводил дым в сени. Центром хозяйственной и бытовой жизни мелкого крестьянина был двор. Для гуцульской архитектуры XVII—XVIII вв. характерна гражда — замкнутый двор. Гражда объединяла в одно целое жилые помещения с хозяйственными строениями для скота, дров, различного инвентаря. Они располагались в два ряда и были обнесены высоким глухим забором.

В конце XVIII—начале XIX в. получили дальнейшее развитие реалистические традиции в живописи. В это время здесь работали художники И. Югасевич и И. Змей-Микловский [755, с. 98, 99]. Последний, помимо церковных росписей, выполнил ряд портретов, пейзажей и картин из жизни закарпатских и восточно-словацких украинцев и вошел в историю как основоположник светской живописи в Закарпатье.

Шатровые, барокковые и готические храмы Закарпатья были украшены резьбой. Верховинское население украшало резьбой не только храмы, но и жилища. До наших дней сохранились древние хаты и предметы домашнего обихода, поражающие утонченностью и мастерством изготовления. Это декоративные столпы на крицах, косяки, матицы, столы, стулья, сундуки, мисники, палки, ложки. На них изображены древнеславянские орнаменты в виде разноцветных пятнышек, волнообразных, зазубринных и прямых линий.

Одежда украинского населения Закарпатья отличалась своеобразием. Женщины носили вышитые сорочки из белого холста, плахту (панёву), юбку, подпоясывались плетеными цветными поясами. На ногах, как и у мужчин, были шерстяные чулки и постолы из кожи. Мужчины также носили белые холщевые сорочки-вышиванки, узкие холщевые брюки, а зимой — шерстяные из домотканого сукна. Зимней одеждой служили гуня и сермяга, будничные и праздничные кептари, которые старательно разукрашивались. Закарпатская вышивка имела много общего с вышивкой Покутья, Подолии, Волыни, Полесья и Приднепровья, и все же почти каждое село имело свои особенности в этом искусстве. Фабричная одежда употреблялась в горах очень редко [801, с. XXXII—XXXV].

В Закарпатье было развито ткачество, особенно декоративное. Ткали длинные узкие полотенца, дерюги-вереты, покрывала, запаски, бесаги и ковры. Значительным центром изготовления тканей с ткаными и вышитыми орнаментами были Ганичи. Широко развитой отраслью художественного промысла оставалось также гончарство (Ужгород, Мукачево, Хуст).

Острые классовые противоречия, обусловленные несоответствием производственных отношений характеру производительных сил, будучи источником антифеодальных движений, привели к буржуазной революции в ряде европейских стран, в т. ч. в Австрии. 13 марта 1848 г. на улицах Вены появились баррикады. В результате восстания народных масс реакционное правительство Меттерниха было свергнуто. Мартовское восстание 1848 г. в Вене послужило толчком к революционному и освободительному движению во всех провинциях многонациональной Австрийской империи.

Спустя два дня после венских событий произошло народное восстание в Пеште — 15 марта 1848 г. перед многотысячной толпой деятели «Молодой Венгрии» Ш. Петефи, П. Вашвари, М. Иокаи огласили 12 пунктов — программу-минимум венгерской революции, предусматривающую важные социальные и политические преобразования в Венгрии. Слова «Национальной песни» Петефи — «поклянемся навсегда, никогда не быть рабами, никогда» — были подхвачены демократами с огромным воодушевлением [750, с. 128]. Одним из организаторов революционной борьбы стал Лайога Кошут. Через два дня было образовано первое самостоятельное венгерское правительство.

Пештские события 15 марта 1848 г. встретили восторженный отклик в городах и селах Закарпатья. Программа 12 пунктов стала известной в Ужгороде и Мукачеве уже 18—19 марта. А 21 марта Ужгород в праздничном убранстве отмечал провозглашение свободы [1043, с. 252]. Трудящиеся Закарпатья на призыв венгерского правительства добровольно вступили в «ре-берию» — революционную армию Кошута и самоотверженно боролись против австрийских правительственных войск. Были созданы национальные гвардии в Мукачеве, Берегове, Ужгороде [851, с. 162]. Среди добровольцев было много ужгородских ремесленников, учащейся молодежи, крестьян. В их списках значились имена семинаристов Далоша, Ивана Чипле, Андрея Чельского, Георгия Негребецкого, студента Альберта Ласлова, ремесленного подмастерья Грабаря, каменщика Чеснова, сапожника Андрея Угольского, седельщика Поливки и многих других.

Для записи в национальную гвардию в Ужгород прибывали крестьяне-добровольцы из сел Доманинцы, Буковец, Черноголова, Турьи Реметы, Симер, Великий Бо-резный, Турьи Быстрой и многих других [794, с. 440]. По настоянию народных масс в мае 1848 г. австрийские власти вынуждены были освободить из казематов Мукачевского замка политических заключенных — членов разгромленной в 1840 г. в Галиции антигабсбургской организации с участием военных. Освобожденных узников (солдат и офицеров), среди которых были поляки, украинцы, немцы, чехи, итальянцы, сербы и хорваты, жители Мукачева тепло провожали до города, устроив затем их в частных домах.

В благодарственном письме бывшие политические заключенные Иосиф Фавини, Феликс Шкибанский, Карл Зельденхоффер, Иосиф Суходольский и другие выразили мукачевцам глубокую признательность за внимание [975, с. 17, 168].

Важнейшим актом венгерской революции 1848 г. было уничтожение крепостничества. Закон об урбариальных повинностях от 18 марта 1848 г. упразднял барщину, десятину, внутренние денежные платежи, а также помещичий суд. Отменялись церковная десятина, право неотчуждаемости дворянской собственности. Помещикам была обещана компенсация в размере 20-кратной стоимости общей суммы годовых повинностей [750]. Крестьяне с удовлетворением встретили известие 00 отмене крепостничества. Но помещики не хотели уступать народным массам. Это привело к массовым волнениям. В 1848 г. выступили крестьяне, принадлежавшие Мукачевскому униатскому монастырю (с. Бобовище, Лавки, Клячаново). В ответ на репрессии властей весной и летом 1849 г. прокатилась новая волна крестьянских выступлений в Верхнем Студеном. Келечине, Пилипце, Торуне, Голятине и других селах Мараморошского комитата, прилегающих к Галипии. Униатский священник С. Устянович просил епископа выслать целую армию, чтобы подавить народное сопротивление, ибо, но его словам, «вся Верховипа перешла в руки революционеров» [219, л. 2; 386, л. 4].

Угнетенные массы и передовая часть интеллигенции края добивались открытия школ с обучением на родном языке, высших учебных заведений, допуска украинцев в государственные органы, командный состав армии. Революция 1848—1849 гг. в Венгрии напугала все реакционные силы страны во главе с императором Францем-Иосифом. 21 апреля император обратился к царю Николаю I с просьбой о помощи. Опасаясь, что революция может распространиться и на Россию, Николай I в мае 1849 г. для подавления восставших народных масс послал армию под командованием генерала И. Ф. Паскевича [795, с. 191].

Хотя русская армия выполняла функцию душителя революции, трудовое украинское население Закарпатья приветствовало ее, надеясь, что русские солдаты освободят его от иностранного гнета. Закарпатский писатель И. А. Сильвай — очевидец тех событий — в своих воспоминаниях подчеркивал, что между солдатами России и населением Закарпатья быстро установились дружеские отношения [829, с. 50; 913, с. 102, 103].

В свою очередь, в рядах русской армии были демократически настроенные офицеры и солдаты, которые с большой симпатией относились к революционным бойцам — венграм, украинцам, словакам и др. Современники писали, что русские офицеры «относились с братским сочувствием к венгерским делам, народным героям и их патриотизм превозносили до пебес» [829, с. 49, 50; 752, с. 427]. На сторону венгерской революции перешли многие русские солдаты, а также офицеры А. Гусев, М. Рембовский, Ф. Вардинский и другие [932, с. 60]. Несмотря на то, что буржуазная революция 1848— 1849 гг. в Венгрии была жестоко подавлена, она имела большое политическое значение. Отмена крепостного права способствовала дальнейшему развитию более прогрессивных капиталистических отношений. Однако закон от 18 марта 1848 г. радикально не разрешил крестьянского вопроса. Собственниками полных наделов стало ничтожное меньшинство, а подавляющее большинство получило половину, четверть или даже одну восьмую часть надела. Так, в 1851 г. около 70 проц. крестьян в Ужанском и 86 проц. в Угочанском комитатах имели менее половины дореформенного надела земли [752, с. 427]. Помещики использовали недостаточную ясность в формулировке закона в своих интересах. Они стремились присоединить крестьянские участки к своим владениям. Крестьяне же явочным порядком устанавливали собственность па наделы. Закон касался только надельных (барщинных, урбариальных) крестьян. Но оп обходил договорников-поселенцев, желлеров, батраков и слуг, которые далее оставались под помещичьим гнетом: за пользование наделом отбывали барщину или выплачивали ренту. После отмены крепостничества помещики Закарпатья получили компенсацию в сумме 4,4 млн. форинтов [752, с. 427], в т. ч. австрийскому графу Шенбориу досталось около 690 тыс. Выплата компенсации была переложена на крестьян в форме дополнительного поземельного налога, который собирало государство.

Крестьянское движение конца 40-х — начала 50-х годов вынудило правителей империи издать закон (патент) 2 марта 1853 г. и этим окончательно признать важнейшие социально-экономические завоевания революции 1848—1849 гг. Патент 1853 г. признал барщинными лишь те земли крепостных, которые были оформлены таковыми во время проведения реформы Марии-Терезии.

После поражения Австрии в австро-прусской войне 1866 г. Габсбурги пошли на соглашение с венгерским дворянством и буржуазной верхушкой, на основании которого в 1867 г. было создано двуединое государство Австро-Венгрия. В состав венгерского королевства, получившего право иметь свое правительство, было включено и Закарпатье.

Венгерское правительство осуществляло аграрную политику в интересах крупных землевладельцев. На основе урбариального патента от 2 марта 1853 г., законов 1868, 1871 и 1908 гг. было проведено отмежевание крестьянских лесов и пастбищ от помещичьих (сегрегация) и сведение в один массив пахотных земель крестьянских хозяйств (комасация). Это «землеустройство» проводилось таким образом, что лучшие участки доставались помещикам, а сельские труженики вытеснялись на холмистые и неурожайные земли, теряли много угодий. Недаром крестьяне жаловались на грабительский характер комасации. Об этом, в частности, говорилось в меморандуме, поданном в 1866 г. королю жителями 16 сел Ужанской жупы (Великий Березный, Волосянка, Люта и др.) [233, л. 15—17].

Одновременно с комасацией проводилось выявление «лишних» земель. По сути это были угодья, освоенные крестьянами еще до 1848 г. Тогда за них они отбывали барщину. Теперь же часть «лишних» земель переходила в собственность помещика, другая оставалась у крестьян. Последним давалась возможность выкупить эти угодья. Так, крестьяне Береженого комитата должны были заплатить за них доминии Шенборна 300 тыс. форинтов, а жители 15 сел Раховщипы — Мараморош-Сигетской казенной доминии около 200 тыс. форинтов [862. с. 21, 23].

Как видим, закарпатские крестьяне были ограблены не только во время «освобождения» от крепостничества, но и в результате несправедливого землеустройства. Не случайно судебные процессы между помещиками и крестьянами но поводу урегулирования взаимоотношений велись в Закарпатье до распада Австро-Венгерской монархии. В 60—70-х годах XIX в. проведение комасаций вызвало волнения крестьян в ряде сел Закарпатья (Квасово, Черный Поток, Лалово, Пацканево, Турья Пасека, Керецки и др.). Крестьяне в своих жалобах требовали справедливого землеустройства [752, с. 445]. Ограбление крестьян в период буржуазной революции 1848 г. и в ходе урбариального землеустройства привело к тому, что в начале XX в. в руках немецких, венгерских, румынских и украинских помещиков, а также казны и церкви были сосредоточены пемалые земельные владения. В конце XIX в. в Закарпатье было 128 хозяйств (0,3 проц. их общего числа) с площадью свыше 1000 кадастральных хольдов каждое. Им принадлежало полмиллиона кадастральных хольдов, т. е. свыше 30 проц. всех земель, или в пять раз больше земельной площади «парцелльных» хозяйств (до 5 кадастральных хольдов), составлявших 51 проц. всех хозяйств [685, с. 47, 48]. В Закарпатье, как и в Венгрии, земля сконцентрировалась в руках магнатов. В. И. Ленин писал: «Венгрия, как известно, всего ближе к России не только географически, по и по всесилию помещиков-реакционеров, сохранивших от средневековья гигантские количества земли» [7, с. 378].

Развитие капитализма в сельском хозяйстве Закарпатья шло прусским путем. Наличие крупного помещичьего землевладения было экономической основой многочисленных остатков крепостничества. Сюда принадлежит и система разнообразных отработок: за надел, жилище, пастбище, разные «услуги» и т. д. Довольно широко практиковались отработки за часть урожая, т. е. издольщина. По переписи 1910 г. в Закарпатье насчитывалось 972 издольщика [707, с. 419—430]. Издольщина тяжелым бременем ложилась на плечи беднейшего крестьянства, была формой жестокой эксплуатации. Так, крестьяне Червенева, Кайданова и других сел отдавали главному арендатору две трети урожая кукурузы и бесплатно отрабатывали по 10 дней от хольда. «Мы так прижаты,— писали кайдановцы,— как железо, в тисках» [476, л. 4]. Феодальные повинности задерживали развитие новых социально-экономических отношений па селе.

Во второй половине XIX в. в сельском хозяйстве Закарпатья машин использовалось мало — только 30 паровых молотилок, остальная же «техника» была ручной и конной. Отставала и система обработки земли. В низинных районах преобладало трехполье, а в горных — двуполье. Все это обусловило низкие валовые урожаи хлеба. В 70-х годах XIX в. в Бережском комитате населению для питания не хватало 294 тыс. пожонских мер зерна, в Мараморошском — 300 тысяч [976, с. 279;. 991, с. 470].

Однако капитализм неуклонно прокладывал себе путь, создавая условия для земледельческого прогресса. В 1869—1905 гг., благодаря осушению болот, вырубке лесов и выкорчевыванию пней и кустарников, площадь земельных угодий значительно расширилась. В 1905 г. пашня, сенокосы, пастбища и т. п. составляли 1550 тыс. кадастральных хольдов. В 1869—1913 гг. посевные площади увеличились на 77 проц. Ведущее место в земледелии занимали зерновые культуры (кукуруза, пшеница и т. д.), а также картофель. Помещичьи и кулацкие хозяйства все больше включались в торговый оборот, приспосабливаясь к потребностям внутреннего и внешнего рынков.

Развивалось промышленное садоводство и виноградарство. Закарпатский виноград и вина сбывались не только па местном рынке, но и вывозились во Львов, Вену и другие города, а фрукты — в Германию (Бреслау, Берлин и др.). Развитие сельскохозяйственного производства на товарно-капиталистической основе приводило к усилению эксплуатации наемных рабочих. Малопродуктивным было и животноводство, хотя экспозитура горных районов Министерства земледелия Венгрии и старалась его интенсифицировать. В частности, она ввозила племенной скот из Баварии, Тироли и распределяла среди помещиков и кулаков. Немалые прибыли получали помещики не только от реализации хлеба, продуктов животноводства, но и от промышленного производства. Росли торговые связи между Закарпатьем, Галицией и Буковиной. Через Закарпатье ввозились разные промышленные изделия, сельскохозяйственные продукты, сырье — из России в Венгрию и наоборот. Некоторая часть экспортированной Венгрией продукции — лес, кустарные изделия, сельскохозяйственные продукты и т. д.— поступали из Закарпатья.

В конце XIX — начале XX в. значительно возрос и удельный вес тех земель, которые перешли в руки буржуазии и банков от дворян через продажу и долги. Получила дальнейшее развитие арендная система. В конце XIX в. в Закарпатье насчитывалось 3070 арендаторов, во временном пользовании которых находилось около 84,5 тыс. кадастральных хольдов земли [685]. Основная часть арендной земли была сосредоточена у небольшой группы ростовщиков. Одни из них, имея много скота, вели, как и помещики, кулаки, самостоятельное предпринимательское хозяйство, другие становились посредниками и сдавали землю в субаренду за двойную-тройную плату или за часть урожая, жестоко эксплуатируя сельский люд. Арендная плата была высокой, и задолженность арендаторов из года в год увеличивалась.

Меры экспозитуры горных районов по улучшению земледелия, животноводства, развитию кредитных союзов па селе только укрепляли экономические позиции кулачества, основная же масса крестьян продолжала страдать от малоземелья и безземелья. Во второй половине XIX — начале XX в. помещики и зажиточные крестьяне, перестраивая свои хозяйства на капиталистической основе, все более нуждались в кредите. Основная масса крестьян также ощущала потребность в деньгах для оплаты долгов, налогов и многих других платежей.

Кредитные учреждения стали возникать в конце 60— начале 70-х годов XIX в., но значительный их рост наблюдается в конце XIX — начале XX в. Так, если в 1870 г. было 4 таких учреждения (один банк и три сберегательные кассы), то в 1900 г.— 88 (15 банков, 16 сберегательных касс и 57 кредитных обществ). Банки, сберегательные кассы и ссудо-сберегательные товарищества в Закарпатье представляли собой мелкие учреждения с ограниченными основным капиталом и масштабами финансовых операций. Они находились в полной зависимости от крупных австро-венгерских банков [874, с. 129, 130]. В 1909 г. при содействии правительства действовало уже 58 банков, сберкасс и 166 кредитных коопераций [807].

Крупные операции по кредитованию сельского населения проводила фундаментальная касса Мукачевской греко-католической епархии. В 1901 г. ей принадлежал капитал 27 фопдов епархии, основанных в разное время, на сумму свыше 1637 тыс. крон [368, л. 1; 379, л. 8; 380, л. 43]. Вексельный и ипотечпый кредит (чаще с 8 проц. годовых) выдавался епархией на общих для всей клиентуры условиях. Общая сумма ипотечной задолженности населения Закарпатья кредитным учреждениям в начале XX в. превышала 30 млн. крон. Как правило, крестьянам организованный кредит обходился значительно дороже, чем крупным хозяйствам. Ипотечная задолженность крестьян приводила к полному упадку парцеллярной собственности, к разорению должников, превращению их в батраков.

В условиях постепенного развития капитализма продолжалось разорение и обнищание основной массы крестьян. Используя их безвыходное положение, особенно в неурожайные годы, ростовщики давали крестьянам деньги под большие проценты. Самый низкий ростовщический процепт в Закарпатье составлял 16—20 процентов годовых, «нормальный» — 30—50, а нередко 100—200 и больше. Почти не было села, где бы часть земли бедняков не перешла в руки ростовщиков. Своеобразной формой ростовщичества было выращивание беднотой скота с половины, что давало большие выгоды сельским мироедам. По неполным данным, в 1906 г. такого скота у крестьян было более 7 тыс. голов. Во многих селах его было значительно больше, чем собственного [862, с. 114].

Разорению крестьянства способствовали и слишком высокие налоги. В конце XIX — начале XX в. государство собирало с населения 13 видов налогов (поземельный, военный, подушный, на содержание учителя, нотара и т. д.). За несвоевременную уплату налогов и долгов только в 1899 г. в четырех закарпатских комитатах было продано с торгов 13 тыс. крестьянских хозяйств [862, с. 107]. Во время экзекуций чиновники отбирали у населения скот, одежду, постельное белье — все, что попадалось на глаза. Кроме уплаты государственных налогов, крестьяне ежегодно отбывали трудовую повинность, работая бесплатно 4 дня в год на строительстве и ремонте дороги и мостов [862, с. 104, 105].

Тяжелым бременем ложился на крестьян и церковный налог. Крестьяне бесплатно работали один—два дня на приходских землях, давали священнику коблину — 2 века зерна. Духовенство редко придерживалось существующего положения о взимании церковных поборов с крестьян. Пренебрегая какими-либо нормами, оно самовольно заставляло выполнять повинности. За неуплату долгов у крестьян описывали хозяйства. Путем экзекуций церковники отбирали у них последний кусок хлеба [657, с. 23—25; 737, с. 79—100].

Венгерский, как и австрийский финансовый капитал, не имея внешних колоний, беспощадно эксплуатировал внутренние территории, входившие в состав габсбургской империи. Особенно интенсивно эксплуатировались слаборазвитые земли «венгерской короны», богатые сырьем и дешевой рабочей силой, а среди них и Закарпатье.

Лишенное экономической и политической самостоятельности, Закарпатье находилось на положении внутренней колонии. Здесь действовала целая система способов колониального угнетения. Венгерское правительство проводило политику торможения экономического прогресса.

Значительно отставала промышленность края. Ее развитие определялось не интересами местного населения, экономическими возможностями, а интересами финансового капитала, потребностями австрийского рынка. Промышленность развивалась односторонне, в ней преобладали кустарные предприятия — мастерские. Так, по переписи 1910 г. только на 65 предприятиях работало свыше 20 человек [719, с. 50, 51].

Среди отраслей добывающей промышленности выделялась горнорудная (добыча железной руды, лигнита и др.). В конце XIX в. на ее базе работали 13 металлургических и металлообрабатывающих заводов (Мукачево, Загатье, Долгое и др.), принадлежавшие казне и частным лицам [874, с. 29]. Продукция предприятий (предметы домашнего обихода, некоторые сельскохозяйственные орудия и скобяные изделия) сбывалась в основном на местном рынке, а Кобылецкополянского, Фридешевского — частично экспортировалась на рынки Европы. В 1910 г. также Должакский металлообрабатывающий завод значительную часть своих изделий вывез в Галицию [718, с. 117].

Однако техническое оборудование большинства заводов оставалось примитивным. Часто на месте не хватало сырья. Во время экономического кризиса, начавшегося в 1873 г., не все заводы выдержали конкуренцию. В 70-х годах были закрыты предприятия в Турьих Реметах, Анталовцах и других местах.

Дальнейшее развитие получила соляная промышленность, сосредоточенная в основном в Мараморошском комитате. Во второй половине XIX в. началась разработка и нерудных ископаемых: гранита, каолина, мрамора, известняка, андезита и др. На базе использования местного сырья возникло несколько небольших кирпично-черепичных заводов (в 1912 г. их было 16), предприятий по производству квасцов и соды, стекольных заводов [874, с. 35, 36].

В связи со спросом на внутреннем и внешнем рынке интенсивно развивалась лесозаготовительная и деревообрабатывающая промышленность. В результате хищнической эксплуатации лесов в Закарпатье местными и иностранными предпринимателями, акционерными обществами лесные массивы в 1870—1914 гг. сократились на 138 тыс. га, или на 15 проц. их общей площади [805, с. 53].

В 1910 г. в Закарпатье действовало свыше 20 государственных и частных лесопилен (в Буштыне, Драгове, Страбичове, Черноголове и др.). Наиболее крупным деревообрабатывающим предприятием была Ужгородская мебельная фабрика синдиката «Мундус», построенная в 1882 г. Небольшие мебельные фабрики действовали в Хусте, Перечине [496, л. 13; 497, л. 24].

В экономике края значительное место занимал иностранный капитал. В 1868 г. фирма «Клотильда» при участии австрийского, швейцарского и французского капиталов построила в Великом Бычкове первый в Закарпатье лесохимический завод. С 1873 по 1914 г. его продукция увеличилась в семь раз и достигла 4336 тыс. крон. Лесохимзаводы фирмы «Бантлин» в Перечине (1893) и «Сольва» в Сваляве (1911) также являлись собственностью иностранных капиталистов [862, с. 15].

В 90-х годах среди предприятий пищевой промышленности выделялись винокуренные заводы, которых насчитывалось около 40. Кроме того, было несколько пивоваренных, маслобойных и 9 уксусных заводов. Действовало 5 крупных паровых мельниц, 54 мелких, 712 водяных. В конце XIX в. в Мукачеве построена государственная табачная фабрика, на которой в 1900 г. работало 230 рабочих [874, с. 51].

В начале XX в. в Закарпатье насчитывалось 10 акционерных обществ (с капиталом 10 млн. крон), которым принадлежало 11 крупных предприятий. Акционерные общества были тесно связаны с банковскими монополиями не только в Венгрии, но и в Австрии, Франции и других странах. Иностранные капиталы, как правило, вкладывались в те отрасли, которые гарантировали получение сверхприбылей. В погоне за высокими дивидендами принимали участие и местные украинские капиталисты.

Экономическая и политическая зависимость Закарпатья от Венгрии тормозила рост и формирование рабочего класса. Наряду с фабриками и заводами, которых в начале XX в. насчитывалось немного, в крае существовали десятки мелких мастерских кустарно-ремесленного типа.

Большое значение для развития промышленности и внутреннего рынка в Закарпатье имело строительство железных дорог, которое началось в 60—70-е годы XIX в. В 1872 г. была проведена первая железная дорога от Чопа до Ужгорода, в 1878 г.— до Мукачева, в 1894 г.— до Рахова, открылся участок железной дороги Ужгород — Великий Березный, а в начале XX в.— сообщение по линии Ужгород — Ужок. В конце XIX в. протяженность железных дорог в крае составляла 500 километров [874, с. 106].

Одновременно со строительством железных дорог расширялась сеть шоссейных и улучшенных грунтовых дорог, а также развивалась почтово-телеграфная связь. Длина государственных шоссейных дорог в конце XIX в. достигла здесь 726 километров [874, с. 107].

Основной формой торгово-рыночных связей по-прежнему оставались сельские и городские ярмарки и базары. Важнейшими пунктами местной рыночной торговли были Мукачево, Ужгород, Берегово, Хуст, Севлюш, Среднее, Великий Березный, Долгое, Добра, Белки, Капушаны, Свалява, Верецки, Воловое и другие местечки и села. Главное место в торговом обороте занимали продукты земледелия и животноводства. Купля-продажа других продуктов сельского хозяйства была ограниченной. Большим спросом на рынке пользовались такие товары, как кровельное железо, гвозди, сельскохозяйственные орудия, мелкие металлические изделия и металлические предметы домашнего обихода. Доля закарпатских комитатов во внешней торговле Венгрии не превышала 5—6 млн. форинтов, т. е. 1—1,5 проц. всего внешнеторгового оборота [874, с. 109, 116, 117, 127]. Несмотря на значительное увеличение числа наемных рабочих и сравнительно быстрый рост неземледельческого городского населения в Закарпатье, удельный вес его во второй половине XIX в. продолжал оставаться небольшим. Так, население трех городов Закарпатья (Ужгорода, Мукачева и Берегова) на протяжении 50 лет (с 1850 по 1900) возросло с 15,9 тыс. до 46,7 тыс. человек. Закарпатские города оставались мелкими населенными пунктами городского типа — административными центрами с ограниченным бюджетом н с преобладанием среди населения не фабрично-заводских рабочих (которые были сосредоточены преимущественно в местечках и селах, где находились предприятия химической, деревообрабатывающей и пищевой промышленности), а мелких промышленников, наемных рабочих ремесленно-кустарных заведений, торговцев, служащих и мещан, связанных еще с сельским хозяйством [874, с. 105].

В конце XIX в. четко определилась классовая структура закарпатского села. Здесь было 73 проц. бедняков, 17 проц. середняков, 10 проц. кулаков. В начале XX в. процесс классового расслоения еще больше усилился. Малоземельные и безземельные крестьяне работали батраками, поденщиками. Условия их работы у помещиков и кулаков устанавливались «домашними законами» каждого землевладельца. В одном из них (1891 г.) говорилось, что батраки не могут возражать против качества хлеба, который выдавался им в счет натурплаты, что они должны по очереди охранять поместье, без разрешения хозяина не имеют права отлучаться даже в выходные и праздничные дни [1055, с. 48]. Заработной платы батракам едва хватало на содержание своих семей. В 1895 г. в Бережском комитате средняя плата поденщика составляла 28—31 крейцер в день, а для женщин и детей — намного меньше. За такую плату сезонный рабочий мог купить 2 кг ржи или около 3 кг кукурузной муки.

Многие крестьяне занимались домашними промыслами. В начале XX в. довольно распространенным было изготовление корзин (Иза, Белки, Загатье, Ильница, Покосов, Терновое, Чернотисов, Петрово и др.), ковров (Ганичи, Широкий Луг, Вышково, Нанково), изделий из камыша (Дравцы, Перечни), рогожи и т. д. [807, с. 89—98, 100—115]. Искусственные цветы, изготовляемые в Нижних Реметах и Берегове, пользовались известностью на рынках Брно, Кракова, Черновцов, Триеста, Вены, а мараморошские ковры в 1904 г. на всемирной выставке в Сен-Луи (Франция) были награждены дипломом и золотой медалью. Изделия домашних промыслов экспонировались также в Лондоне, Бухаресте, Турине [862, с. 60]. Во многих селах существовал гончарный промысел (Драгово, Ольховка, Мирча).

Из-за экономической отсталости края только небольшая часть разоренных крестьян могла найти применение своим рабочим рукам. Поэтому массы крестьян-бедняков уходили па Венгерскую равнину для работы в помещичьих и казенных хозяйствах. В 1903— 1910 гг. экспозитура горных районов ежегодно отправляла в Венгрию (в основном на жатву) от 1,5 до 11,5 тыс. отходников [862, с. 80]. Несколько сотен человек выезжали на заработки и строительство дорог в Галицию, Буковину, Трансильванию, Боснию. В 1904 г. в этих местах только из Мараморошского комитата работало 800, а в 1905 г.—600 человек [482, л. 47; 484, л. 30]. Многие за низкую плату трудились в шахтах или на металлургических заводах в Венгрии. Здесь отходники украинцы общались с трудящимися других национальностей, учились у них классовой борьбе.

В этих условиях росло классовое сознание закарпатских сельскохозяйственных рабочих, крепла их сплоченность в общих действиях, боевых выступлениях. Так, в 1905 г. словацкие и украинские отходники отказались ехать работать на место забастовки, куда их намеревались отправить власти, заявив, что они «не хотят портить дело венгерских рабочих» [857, с. 52].

В поисках заработков трудящееся крестьянство выезжало и за границу. В 1899—1913 гг. число эмигрантов составило 92 421 человек [709, с. 2, 3, 68]. Если же учесть и выехавших без паспортов, нелегально, эта цифра увеличится до 120 000. Венгерский чиновник Э. Эган в 1849 г. писал: «Отчаяние берет человека при взгляде на этот вымирающий народ. Уже сегодня можно предвидеть день, когда последний русин сбежит со своей земли» [857, с. 52]. Всего с 1870 по 1920 г. из Закарпатья эмигрировало 420 тыс. чел. Процесс обезлюдения приобрел в Закарпатье кое-где катастрофический характер и пагубно отразился на положении закарпатского села [945, с. 33, 39]. Как свидетельствуют письма и воспоминания иммигрантов, за границей, особенно в США, они подвергались жесточайшей эксплуатации. Предприниматели и надзиратели чинили полнейший произвол: иммигрантов ставили на самые тяжелые участки, обманывали при нормировании и проверке работы. Охраны труда не было. Количество несчастных случаев на производстве достигло огромной цифры [945, с. 46—80, 109—131].

Рабочий класс Закарпатья складывался преимущественно из разоренных крестьян и ремесленников разных национальностей: украинцев, венгров, словаков, румын, немцев и др. По данным 1910 г., здесь насчитывалось около 7 тыс. промышленных рабочих, 22 тыс. были заняты в мелкой кустарной промышленности. Большой отряд сезонных рабочих (около 30 тыс.) трудился на заготовке и сплаве леса, строительстве шоссейных и железных дорог. Более 76 тыс. человек, в основном украинцев, были заняты наемным трудом в сельском хозяйстве.

Положение рабочих в конце XIX — начале XX в. было очень тяжелым. Подавляющее большинство их работало по 13—15 часов, а в горной и металлургической промышленности— по 16 часов в сутки [189, л. 16—31]. Мизерной платы не хватало даже на пропитание. Рабочие жили в бараках, в антисанитарных условиях, что приводило к массовым заболеваниям сыпным тифом и туберкулезом. К тому же фабриканты заставляли рабочих покупать продукты в заводских лавках по завышенным ценам. Все это не могло не вызвать возмущения пролетариев, которые поднимались на классовую борьбу, объявляли забастовки.

В 1910 г. удельный вес торгово-промышленного населения по сравнению с занятым в сельском хозяйстве оставался незначительным. В сельском хозяйстве было занято свыше 70 проц. населения (в Венгрии 62,4 проц.), а в промышленности — 9—13 проц. [707, с. 22—27]. Такая диспропорция в структуре занятости трудящихся свидетельствует о колониальном положении Закарпатья в начале XX века.

Трудящиеся Закарпатья страдали также от политического бесправия. По избирательным законам 1874— 1899 гг., они были лишены свободы слова, печати, собраний, демонстраций. Большие притеснения испытывало крестьянство. Вся администрация на местах была венгерской. В селах право голоса имели лишь владельцы 10 и более кадастральных хольдов земли, знавшие венгерский язык.

Из-за этих ограничений в выборах не принимала участия основная масса сельского населения. Так, в 1914 г. в с. Быстром (сейчас Верхний Быстрый) правом голоса пользовались учитель, 2 торговца и 8 хозяев (зажиточных крестьян), в Подполозье — священник, учитель и 13 хозяев [201, л. 1]. А в целом в селах Закарпатья в 1914 г. принимали участие в выборах 8—13 проц. населения, из них больше половины — венгры и немцы [155, л. 4]. «Голосование» проводилось открыто — путем записи кандидата в списки. Тех, кто голосовал за кандидата оппозиции, подвергали дискриминации, лишали работы. На этой почве во время выборов произошли, в частности, кровавые столкновения в Севлюше (1865 г.), Белках (1906 г.) и других селах.

В 90-х годах XIX в. в различных отраслях промышленности Закарпатья произошло 10 стачек и 5 выступлений рабочих. С созданием в 1890 г. Венгерской социал-демократической партии революционная борьба стала более организованной. В конце XIX в. возникли социал-демократические организации среди рабочих Ужгорода, Мукачева [805, с. 58].

1 мая 1894 г. вышли на улицы с красными знаменами рабочие Берегова, они пели «Марсельезу» [1263]. В 1899 г. в маевке приняли участие ужгородцы. Рабочие Ужгородской мебельной фабрики «Мундус» требовали повышения заработной платы и сокращения рабочего дня [874, с. 350, 351]. Многолюдный митинг трудящихся Ужгорода и окрестных сел состоялся 20 апреля 1902 г. В нем участвовало около 1000 рабочих и крестьян [188, л. 19]. В 1903 г. бастовали рабочие-строители и мебельщики Мукачева, требуя повышения заработной платы и сокращения рабочего дня. 25 апреля 1904 г. приостановили работу 8 тыс. рабочих на строительстве железной дороги Великий Березный — Ужокский перевал. Жандармерия, полиция и солдаты подавили стачку строителей [848, с. 26].

В конце XIX в. почти десять лет Венгрия была охвачена движением сельской бедноты, известным под названием «аграрный социализм». Осенью 1897 — весной 1898 г. это движение нашло отзвук в селах Ужанского комитата (Шоломонове, Чопе, Теглаше (ныне Цегловка), Ашвани (ныне Минеральное) [153, л. 9; 154, л. 1, 9]. Движение крестьян за раздел земли распространилось и на горные округа (Великоберезнянский) [1265]. В Береженом комитате движением были охвачены села Тисагатского, Косинского и Мукачевского округов.

В конце XIX — начале XX в. участились случаи потрав и рубок помещичьих лесов, выступления крестьян за возвращение своих угодий. Так, в 1901 г. выступили против комасации крестьяне Квасова Бережского комитата, а в 1904 г.— Нижней Апши Мараморошского комитата [862, с. 141]. Крестьяне прибегали и к физической расправе с эксплуататорами, жгли господские усадьбы.

Январские события 1905 г. в Петербурге нашли широкий отзвук в странах Европы и Азии. 5 февраля 1905 г. в Будапеште состоялся большой митинг солидарности рабочих и прогрессивной интеллигенции, на котором звучали лозунги: «Да здравствует русская революция!», «Да здравствует русский пролетариат!» [985, с. 28].

За событиями в России, о которых сообщалось в газете социал-демократической партии Венгрии «Непсава» («Народное слово») и местной печати, внимательно следили и трудящиеся Закарпатья. В газете «Унгварн кезлень» («Ужгородские известия») от 16 марта 1905 г. была напечатана статья «Беседы о русской революции [862, с. 143].

В 1905 г. под влиянием первой русской революции состоялся ряд забастовок и в Закарпатье, которыми руководили местные социал-демократические группы. В марте 1905 г. в Ужгороде забастовали портные. Забастовка прекратилась лишь после того, как рабочие добились удовлетворения своих требований [1211]. 26 апреля не вышли на работу каменщики. В тот же день на собрании, состоявшемся на площади Кошута (ныне площадь Воссоединения), объявили забастовку столяры и плотники города. Забастовка заставила часть подрядчиков пойти на уступки. Успешной была и забастовка рабочих стеклозавода в Сваляве, продолжавшаяся несколько дней [805, с. 63].

1 мая 1905 г. состоялись митинги и демонстрации в Берегове, Ужгороде и других городах [918, с. 119]. В декабре под руководством профсоюза бастовали каменщики Мукачева. Они требовали сокращения рабочего дня до 10 часов и повышения зарплаты. Предприниматели вынуждены были удовлетворить их требования [805, с. 63]. Вопреки запрету властей, успешно прошла демонстрация рабочих 1 мая 1906 г. в Ужгороде, Берегове, Мукачеве [862, с. 143, 144].

Несмотря на репрессии правительства, борьба рабочих края продолжалась и в последующие годы. В 1908 г. произошла стачка среди рабочих кирпичных заводов Берегова; приостановили работу около 200 рабочих на строительстве шоссейной дороги между селами Люта, Вышка и Кострино [731, с. 101, 102]. В 1909 г. вспыхнула забастовка в Ужанском комитате. Борьба не прекращалась и в 1910—1911 гг., хотя масштабы ее были сравнительно небольшими.

Весной 1912 г. в Венгрии в результате углубления общего кризиса начался новый революционный подъем, охвативший и Закарпатье. В этот период бастовавшие промышленные и сельскохозяйственные рабочие сочетали экономические требования с политическими, в частности добивались всеобщего избирательного права. Под влиянием первой русской революции усилилась борьба закарпатских крестьян за землю. Они повсюду отстаивали свои права на пользование урбариальными землями. В 1909 г. на защиту общинных земель поднялись крестьяне Хуста. К судебной ответственности власти привлекли 219 участников волнений, 160 из них заключили в тюрьму на 14—30 дней [1213].

Борьба крестьян за землю была тесно связана с выступлениями против произвола чиновников, ростовщиков, униатского духовенства. В 1909—1913 гг. за выступления против органов власти только Береговский краевой королевский суд арестовал 366 и оштрафовал более 800 человек [706, с. 129—137].

Важной политической формой борьбы крестьян под влиянием рабочих были выступления во время выборов в венгерский парламент и органы местной власти. Крестьяне саботировали выборы старост — ставленников властей и в противовес им выдвигали своих кандидатов. Это приводило иногда к кровавым столкновениям обеих сторон, как, например, в с. Белках. 15 января 1906 г. там проходили выборы сельского старосты. Крестьяне выступили против выдвинутой кандидатуры. Жандармы обрушились на них с оружием, в результате чего 13 крестьян было убито, 40 ранено. Из 13 обвиняемых 9 осудили на разные сроки тюремного заключения [378, л. 1, 2].

В эти годы население нередко выступало против униатской церкви — верного слуги венгерских властей, против жестокости и произвола церковников. В 1904— 1906 гг. состоялся первый мараморошсигетский процесс над жителями с. Изы. Власти обвиняли крестьян в подстрекательстве против униатской церкви, в государственном преступлении. 7 человек были осуждены к 5 годам заключения и к 2180 кронам штрафа [959, с. 12]. Большой отзвук получили события 1908—1909 гг. в Хмельнике, Богаревице на Иршавщине, связанные с выступлением крестьян против произвола местного священника [862, с. 151].

Перед первой мировой войной дальнейшее развитие получило так называемое православное движение, социальный характер которого признавали и сами церковные власти и чиновники. В 1912 г. им было охвачено 30—35 тыс. закарпатских украинцев в 28 селах. Это было народное движение, направленное против униатской церкви и мадьяризации украинского населения. В декабре 1912 г. начальник Великоберезнянского окружного управления сообщал, что украинское население хочет объединиться с русскими и выступить против панов [156, л. 19, 25]. В с. Изках распространялись слухи о том, что «когда приедут русские», крестьяне будут освобождены от государственных налогов, церковных поборов, военной службы и получат землю.

Венгерское правительство было очень обеспокоено этим движением и симпатией закарпатских украинцев к славянским народам России. В 1913 г. оно организовало второй мараморош-сигетский процесс — судебную расправу над 94 крестьянами из Изы, Линчи, Ясиней, Великих Лучек, которых обвиняли в «государственном преступлении», «связях с Россией» [1028, с. 123—134]. Еще в 1855 г. в статье «Германия и панславизм» Ф. Энгельс писал: «Вторая группа австрийских славян состоит из осколков различных народностей, которые отделились в ходе истории от основной массы своей нации и главный центр которых находится поэтому вне границ Австрии. Так, австрийские поляки тяготеют к русской Польше, как к своему естественному центру, русины — к другим объединившимся с Россией мало-русским областям…» [3, с. 203, 204].

Медицинская помощь, как и прежде, была малодоступна подавляющему большинству населения. В 1900 г. в Бережском комитате из 246 сел больницы были только в двух, в Ужанском из 209 сел — только в одном, в Мараморошском комитате из 158 сел — в шести, в Угочанском комитате из 70 — в двух. В последующие годы положение не улучшилось, а во время войны, в результате призыва на военную службу, еще ухудшилось [802, с. 224, 225].

Вторая половина XIX — начало XX в. характеризуются усилением национального гнета в Закарпатье. Чтобы добиться ассимиляции невенгерских народов, венгерское правительство проводило политику ликвидации национальных школ, мадьяризации имен, местных географических названий. Так, украинское с. Люта было переименовано в венгерское Гавашкез, с Копашнево — Герньеш, Кушница — Ковачрет [862, с. 133]. За короткое время изменены названия 76 сел. Делались попытки даже ликвидировать славянскую письменность.

Хотя в результате революции 1848—1849 гг. было разрешено создавать украинские школы (в 1868 г. их было 285), денационализация продолжалась [805, с. 147]. После создания в 1867 г. Австро-Венгерской империи в школах насаждался венгерский язык, украинские школы закрывались. Согласно отчету школьного инспектора Бережского комитата за 1870 г., 71 из 283 общин не имела школы. В 1907 г. министр просвещения, ярый реакционер граф Аппони издал закон, устанавливавший контроль за всеми школами и приведший к ликвидации многих украинских школ. К 1917 г. их осталось 34. Там, где школы еще были, дети из-за материальных недостатков посещали их плохо. Так, в 1904 г. в Ужанском комитате школу посещало 65 проц. детей [1210]. Школы крайне плохо были обеспечены учительскими кадрами. В 1906 г. в Бережском комитате в среднем один учитель приходился на 220 учеников. За успехи в насаждении венгерского языка в школах власти премировали «учителей-патриотов», «пассивных» же, как правило, штрафовали или увольняли с работы [370, л. 3; 461, л. 23]. По официальным данным, в 1910 г. в закарпатских комитатах грамотных было 22—47 проц. Наименьше их было среди украинского населения Мараморощины. Все меньше украинцев принимали в средние учебные заведения.

В 1896 г. прогрессивные деятели Западной Украины И. Я. Франко, М. И. Павлик и другие выступили в защиту закарпатских украинцев. Они опубликовали «Протест галицьких русинів проти мадярського тисячоліття», в котором гневно обличались притеснения и эксплуатация трудящихся, их политическое бесправие [1054].

В борьбе против социального и национального угнетения закарпатцы опирались на поддержку венгерских трудящихся. Что касается венгерской социал-демократии, то она игнорировала национальный вопрос, отрицала марксистско-ленинское положение о праве наций на самоопределение.

Закарпатские трудящиеся украинцы свято хранили свой язык, обычаи, культуру, всегда поддерживали связи с единокровными народами по ту сторону Карпат. В начале XX в. здесь распространялись произведения русских и украинских классиков, церковные книги, завезенные из России и Преднепровской Украины [374, л. 8].

Передовая общественность России с симпатией относилась к закарпатским украинцам, интересовалась их жизнью, культурным развитием. В 1907 г. в Москве был открыт необычный в условиях тогдашней России литературный музей — «Карпаторусский музей», организованный известным русским ученым А. Ф. Аристовым. Растущие связи закарпатцев с восточными собратьями вызывали тревогу у венгерских правящих кругов. Была усилена пограничная охрана, чтобы не допускать проникновения в Закарпатье печатных изданий из России. Венгерские власти запретили распространение в Закарпатье не только русских газет и журналов («Славянские известия», «Славянский век»), но даже тех, которые издавались в самой империи («Діло», «Буковина», «Галичина» и др.) [481, л. 1—15]. Были запрещены украинские и русские книги, песни. Как отмечал один из современников, в Австро-Венгрии «в каждой русской букве видят что-то наподобие взрывчатки, которая может пошатнуть основы государства» [1074, с. 318]. Подписчики русских и украинских газет объявлялись панславистами, жестоко преследовались. За каждым, прибывшим в Закарпатье из Галиции и России (независимо от цели приезда), устанавливалась полицейская слежка.

В защиту интересов трудящихся становились литературные и общественные деятели А. В. Духнович, А. И. Павлович, И. А. Сильвай, В. Ф. Кимак, И. И. Раковский и др. Они расширяли контакты с передовыми писателями Венгрии, Словакии и Чехии, издавали книги, альманахи, составляли учебники для народных школ, выступали против мадьяризации украинского населения. В то же время они игнорировали живой народный язык, большинство из них писало «язычием» — смесью церковнославянского, русского и украинского языков [758, с. 275—278, 381, 387, 388, 499].

Борьба против ассимиляции, идеи славянского единства широко отражались в поэзии А. И. Павловича, Ю. И. Ставроского-Попрадова, в рассказах А. Ф. Кра-лицкого, в стихотворениях и повестях И. А. Сильвая, Е. А. Фенцика и др. Писатели в своих произведениях освещали социальные и национальные проблемы, воспевали любовь к родному краю, трудовому народу, клеймили позором измену, продажность части интеллигенции и ее преклонение перед угнетателями. Обращая свой взор на восток, они пропагандировали идею объединения закарпатцев со всем украинским и русским народами, высоко ценили А. С. Пушкина, А. В. Кольцова, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя.

А. В. Духнович написал и издал серию учебников для народных школ. Он же — автор первого на Украине учебника по педагогике — «Народная педагогика в пользу училищ и учителей» [782, с. 67; 890, с. 43—66, 125—131, 176—186]. К культурно-просветительской работе Духнович привлекал не только творческие силы Закарпатья, но и чешских и словацких писателей из Восточно-Словацкого края. Среди них были Я. Моравчик, Б. Носак, Б. Т. Носак-Незбудов, Я. Седлачек, В. Сне-тина, П. Томасенков и др. Они переводили произведения Духновича на словацкий язык, способствуя таким образом укреплению украинско-словацких связей.

В 1867 г. в Закарпатье начала выходить еженедельная газета «Свѣт» [759, с. 120]. Но униатское духовенство, занимавшее господствующее положение в Закарпатье, через четыре года добилось ее запрещения. Значительную роль в борьбе с реакционным духовенством и светской властью сыграла сатирическая газета «Сова», которую в 1871 г. издавал журналист В. Ф. Кbмак. После пяти номеров и она была запрещена, а В. Ф. Кимак вынужден был эмигрировать в Россию [890, с. 12]. Определенное место в журналистике Закарпатья XIX в. занимал духовно-литературный орган «Листок», который в 1885—1903 гг. редактировал и издавал Е. Фенцик.

Часть интеллигенции стояла на откровенно реакционных позициях. Ее возглавлял А. И. Добрянский. Группа Добрянского действовала в интересах господствующих классов. Их преклонение перед австро-венгерской монархией высмеял чешский прогрессивный деятель Ф. Глаеачек, который по совету И. Я. Франко и В. М. Гнатюка в 1896 г. посетил Закарпатье и встретился с апологетами буржуазного строя [1053, с. 57, 58]. Эта группа буржуазной интеллигенции имела свои печатные органы. В 1871—1872 гг. она издавала газету «Новый свѣт». С 1873 г. и до конца века выходила газета «Карпат» («Карпаты»), печатавшаяся наполовину на венгерском, наполовину на «рутенском» языках. В конце XIX в. появилось еще два издания реакционного направления, предназначенные для Закарпатья и Галиции: в Ужгороде — «Наука» (с 1894 г.), а в Будапеште— «Недъля» (с 1898 г.). В Закарпатье издавались и газеты на венгерском языке: «Келет» («Восток»), «Герег-католикуш семле» («Греко-католический обзор»), «Герег-католикуш ноптар» («Греко-католический календарь»). Все они были орудием господствующих классов для мадьяризации украинского населения.

Во второй половине XIX в. начинается собирание и публикация устно-поэтического творчества Закарпатья. Значительную роль в этом сыграл Я. Ф. Головацкий, опубликовавший часть фольклорных материалов в известном четырехтомном сборнике «Народные песни Галицкой и Угорской Руси» (1873). Перед этим фольклорист М. Нодь в 1851 г. в Вене издал сборник песен под названием «Русский соловей». В 1890 г. учитель М. А. Врабель напечатал сборник народных песен «На разных венгро-русских наречиях». Здесь были помещены и лучшие сочинения некоторых закарпатских поэтов. Немало образцов разных жанров закарпато-украинского народно-эпического творчества опубликовали закарпатские деятели культуры А. Кралицкий, Ю. Ставроский-Попрадов, Е. А. Фенцик, Ю. Жаткович, а также М. П. Драгоманов и особенно И. Я. Франко и В. М. Гнатюк. Великий Каменяр несколько раз побывал в Закарпатье, интересовался его литературой и культурой. Прогрессивные деятели Украины оказывали большую помощь писателям и ученым Закарпатья, способствовали укреплению их связей с Россией. В 80-е годы здесь собирал образцы народного творчества чешский фольклорист и этнограф Людвиг Куба [1059, с. 49].

В Закарпатье все чаще распространялись русские и украинские издания, несмотря на препятствия со стороны правительства, местных властей и униатского духовенства. Многие из этих книг сохранились и имеются в музеях области. Для популяризации русской и украинской литературы немало сделали, в частности, М. П. Драгоманов и В. М. Гнатюк. М. П. Драгоманов писал, что он в Закарпатье «раздавал» книги А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, И. С. Тургенева, Н. А. Некрасова, Т. Г. Шевченко, Марко Вовчок, Ю. А. Федьковича [1209].

Закарпатские украинцы поддерживали культурные связи также с венгерскими, чешскими, словацкими прогрессивными деятелями. В то же время они знакомили русский и украинский народы с достижениями венгерской культуры. Уроженец с. Дешковиц А. Дешко, окончивший Киевский университет, в 1855 г. издал первую венгерскую грамматику па русском языке. Когда вышла из печати «Венгерская грамматика», А. Дешко жил в Пскове, где преподавал в гимназии [946, с. 112]. А другой закарпатец — П. Феерчак в 1870 г. опубликовал «Очерки мадьярской литературы», уделив в них должное внимание творчеству Шандора Петефи [1041, с 92, 93]. А. А. Митрак составил «Русско-мадьярский словарь» (1881) и «Мадьяро-русский словарь» (1922).

Закарпатцы знакомили также венгерскую общественность с культурным наследием украинского и русского народов. Историк Ю. Жаткович (1855—1920) перевел на венгерский язык ряд сочинений И. Я. Франко, Марко Вовчок, Ю. А. Федьковича, М. М. Коцюбинского, опубликовал обзор украинской литературы от И. П. Котляревского и до конца XIX в. на венгерском языке. Другой закарпатец — М. Финцицкий (1842—1916) перевел на венгерский язык сочинения И. С. Тургенева, Н. В. Гоголя и других русских писателей, собирал и публиковал на венгерском языке русский и украинский фольклор.

После буржуазной революции 1848—1849 гг. на новую ступень поднялись градостроительство и архитектура. В конце XIX в. в Ужгороде, Мукачеве ц других городах строились капиталистические предприятия и прибыльные дома, а вблизи городов — дачи буржуазии. В Чинадиеве в большом лесопарке в 1890 г. был сооружен охотничий дворец графов Шенборнов в стиле французского Возрождения.

Воссоздание исторических архитектурных стилей и эклектизм в большей мере характерны для архитектуры закарпатских городов конца XIX — начала XX в. В этом плане показательны здания филармонии в Ужгороде в мавританском стиле (бывшая синагога), комитатского дома в Берегове (1880), средней школы в Великих Лазах (1896) и другие сооружения в классическом стиле. В здании мукачевской ратуши (1904) средневековая архитектура сочетается с элементами модернизма. Произошли изменения и в сельском строительстве. Исчезали курные хаты и гражды. В быт жителей равнинных и предгорных районов прочно вошло трехкамерное жилище типа: хата (светлица), сени и хата (жилая комната). Для него характерна открытая или полуоткрытая галерея вдоль фасадной стены. Встречаются также галереи, расположенные и по фасаду, и по торцу.

Театральное искусство этого периода ограничивалось деятельностью небольших любительских трупп. Профессиональные мастера изобразительного искусства занимались преимущественно церковными росписями. Среди художников этого периода известны Ф. Выдра, И. И. Рошкович, Ф. Ховердле [898, с. 18—25]. В Закарпатье родились и некоторое время работали известные венгерские художники М. Мункачи, И. Ревес, Ш. Холлоши.

Крестьянский быт оставался на прежнем уровне. Свои нужды крестьяне удовлетворяли изделиями домашнего производства, обрабатывали землю деревянными орудиями, одевались в изготовленную домашним способом одежду, освещали жилища светильниками с овечьим жиром.

Пища, в частности гуцулов, состояла обычно из овсяного пресного хлеба, называемого «отсыпкой», и из овсяного киселя, а в праздники к этому добавлялись овсяные пироги с картофельной начинкой. В южной части Верховинні «отсыпку» заменял «токан», или «кулеша» — мамалыга — каша из кукурузы без всякого «помести», заправленная «житницей». Большая часть крестьян употребляла мясо и «солонину» (сало) только на рождество и пасху, а пищевые жиры обычно заменялись овечьей сывороткой. У многих не было средств даже на соль и уксус.

Первая мировая война привела к дальнейшему ухудшению положения рабочих и крестьян. Закарпатье стало не только прифронтовым районом, но и ареной военных действий. Большинство промышленных предприятий было военизировано. С помощью военных властей предприниматели вводили ненормированный рабочий день, беспощадно расправлялись с «бунтовщиками». Инфляция и непрерывный рост цен на продукты еще больше ухудшили положение рабочих.

Нехватка рабочей силы в сельском хозяйстве вызвала значительное сокращение посевных площадей. Трудовое крестьянство постоянно страдало от реквизиций и налогов. Ощутимыми были и военные «займы».

О тяжелом положении населения Закарпатья в годы войны свидетельствуют отчеты цензурной комиссии. «Нищета, голод, жалобы на нехватки составляют огромный процент корреспонденции, проходящей через мои руки»,— отмечал военный цензор в 1917 г. [802, с. 220].

Грабительская политика правящих кругов Венгрии обрекла трудящихся Закарпатья на голод. В многочисленных заявлениях о помощи указывалось, что дети и взрослые пухнут с голода, распространяется эпидемия брюшного тифа. По подсчетам униатской церкви, в январе 1918 г. только в шести округах Бережского комитата насчитывалось 48 311 человек голодающих [486, л. 21].

Эпидемии охватили все Закарпатье. В отчете Бережского комитата за первую половину 1917 г. сообщалось, что в 19 селах и 2 городах свирепствовала оспа, в 16 селах и 2 городах — брюшной тиф, в 18 селах и 2 городах — дизентерия и пр. [1264а]. «У нас всегда звонят колокола, много народа умирает от дизентерии»,— писали крестьяне с. Залужья [802, с. 224]. Люди гибли тысячами.

Жестокая эксплуатация народа, дискриминация его в области языка и культуры вызвали весной и летом 1915 г. массовое недовольство трудящихся на Великоберезнянщине. Население саботировало распоряжения властей. В 1916 г. рабочие Перечинского лесохимзавода и его филиала в Турье Быстрой, возмущенные грубостью и жестокостью администрации, выступили против нее.

Летом 1914 г. наджупан Ужанского комитата с тревогой докладывал министру внутренних дел Венгрии, что в украинских селах «повсюду проявляют симпатии к русским, надеются на их приход, открыто по этому поводу радуются» [164, л. 24, 26]. 6 августа 1914 г. главный советник Ужанского комитата по лесным делам доносил в Будапешт, что движение украинского населения направлено не только против государственной власти, но и против буржуазных порядков и частной собственности. Он приводил факты, когда крестьяне выступали против лесной охраны, захватывали пастбища (Дубринич, Порошково, Черноголова), и подчеркивал, что в селах даже маленькие дети говорят, будто бы с приходом русских будет покончено с панами и ростовщиками [164, л. 27, 28].

Освободительная борьба трудящихся края усиливалась с приближением русских войск к Карпатам. После занятия Галиции и Буковины русские войска 10 сентября 1914 г. подошли к Ужокскому перевалу и на протяжении сентября — октября овладели частью Великоберезнянского, Воловецкого, Свалявского, Иршавского, Воловского (теперь Межгорского) и Раховского округов. Закарпатцы проявляли симпатии к русским солдатам. Крестьяне указывали воинам тропинки через горные хребты, полонины, помогали фуражом, транспортом. Русские солдаты, которых царское правительство насильно погнало на империалистическую бойню, видели в трудящихся Закарпатья не врагов, а таких же, как и они, угнетенных рабочих и крестьян, сочувствовали закарпатской бедноте. Они делились с крестьянами последним куском хлеба, кормили многих бедняков на солдатских кухнях.

В 1915 г. на железнодорожных станциях Ужгород, Мукачево, Иршава население тепло приветствовало русских пленных. Женщины передавали им еду и одежду, а мужчины угощали табаком. Симпатии закарпатцев к русским и ненависть к австро-венгерским угнетателям проявлялись и в массовом уклонении от службы в армии, дезертирстве, добровольном переходе на сторону русских войск. С отступлением частей 8-й русской армии в начале 1915 г. многие закарпатцы добровольно вступали в ряды русских войск или просто отступали с ними в Россию. По неполным данным, только из Ведовского округа добровольно присоединились к отступающим частям 238 человек [1032, с. 53].

Венгерские власти жестоко расправились с населением за дружбу и симпатии к русским солдатам. Тысячи человек были арестованы и брошены в тюрьмы, немало из них казнены. Так, в октябре 1914 г. были заключены в тюрьму 800 украинцев из Воловца, Каноры, Верхних и Нижних Верецек (теперь Верхние и Нижние Ворота) и других сел [438, л. 1—3]. Их обвиняли в том, что они приветствовали русских как настоящих освободителей и указывали местопребывания венгерских войск. Кровавая расправа над населением за связь с русскими войсками состоялась в Ясине, Великом Бычкове, Торуне, Верховине-Быстрой, Вышней Апше (теперь Верхнее Водяное) [928, с. 22].

Несмотря на репрессии венгерского буржуазно-помещичьего правительства, недовольство трудящихся существующим порядком нарастало. Этому содействовали контакты с русскими военнопленными, работавшими на предприятиях и в поместьях. В 1918 г. в Среднянском округе их было более 2000, в Свалявском —1000 человек. Власти и клерикалы боялись общения населения с русскими военнопленными и всячески ему препятствовали. Бережений поджупан в отчете за 1916 г. писал, что русских военнопленных лучше разместить па полевых работах не там, где проживает украинское население, а в венгерских Тисагатском и Мезакасонском округах Закарпатья (ныне Береговский и Виноградовский районы) [420, л. 12].

В 1916 г. и в начале 1917 г. на восточном фронте, благодаря разъяснительной работе большевиков, братались солдаты русской и австро-венгерской армий. Сотни закарпатских украинцев перешли на сторону русских. Под влиянием Февральской буржуазно-демократической революции возросло количество отказов служить в армии и дезертирств с фронта, усиливался отпор военно-грабительскому режиму Австро-Венгрии.

Весной и летом 1917 г. в крае ширились выступления рабочих против произвола администрации и военных комендатур, за повышение заработной платы. Крестьяне отказывались платить налоги, оказывали сопротивление представителям власти при реквизиции скота и хлеба.

Начало коренному перелому в исторической судьбе трудящихся Закарпатья положила Великая Октябрьская социалистическая революция. Весть о победе Великого Октября в России пробудила к активной политической жизни широкие народные массы, подымая их на решительную борьбу против «своих» и чужеземных поработителей.

Уже первые сообщения о героическом свершении мужественного рабочего класса России во главе с Ленинской партией большевиков, о первой в мире социалистической революции были встречены с большой радостью и воодушевлением населением городов и сел Закарпатья. Об этом событии писала даже либеральная буржуазная пресса. Так, газета «Унгвари кезлень» («Ужгородские известия») 9 ноября 1917 г. информировала читателей о том, что в Петербурге вспыхнула большевистская революция, что там провозглашены декреты о мире и земле. В Мукачеве, Берегове, Сваляве и других городах рабочие в знак солидарности с революционным пролетариатом России устраивали митинги я демонстрации, проходившие под лозунгами «Долой войну!», «Да здравствует российская революция!». Так, в январе 1918 г. состоялась стачка рабочих Мукачевских табачной фабрики и кирпичного завода, которая нашла широкий отклик во всем крае [659, с. 511]. Новый размах приобрели революционные выступления трудящихся Закарпатья с середины 1918 г. В этом большую роль сыграло массовое возвращение более 7 тыс. бывших военнопленных из России после подписания Брестского договора. Многие из них были очевидцами и непосредственными участниками исторических октябрьских событий, прошли хорошую закалку в России. Известно, что по инициативе В. И. Ленина была создана Федерация иностранных групп при ЦК РКП (б), среди них 24 марта 1918 г.— и группа венгерских коммунистов [887, с. 25, 26]. В ее состав входили и многие закарпатские интернационалисты, в т. ч. И. Мондок, Ю. Чегиль, Ю. Калинин, Б. Биро, В. Половка, Я. Ковач, И. Локота, М. Юдкович, М. Руснак, Й. Надь, В. Железняк, И. Яцура, С. Попович, П. Кираль и др. В. И. Ленин дал высокую оценку пропагандистской деятельности бывших военнопленных: «Сотни тисяч военнопленных из армий, которые империалисты строили исключительно в своих целях, передвинувшись в Венгрию, в Германию, в Австрию, создали то, что бациллы большевизма захватили эти страны целиком» [10, с. 148].

Стремясь воспрепятствовать агитационно-пропагандистской и организационной деятельности бывших военнопленных, распространению ими марксистско-ленинской литературы, большевистских газет, листовок, которые они привозили с собой, власти попытались изолировать их от трудящихся. С этой целью создавались специальные концентрационные лагеря. В одном из таких лагерей в Радванке под Ужгородом насчитывалось около 2,5 тыс. человек. Но эти драконовские меры не помогали. Революционизирующее влияние Октябрьской революции невозможно было приостановить. В авангарде революционно-освободительной борьбы трудящихся Закарпатья шли рабочие промышленных предприятий, сельский пролетариат.

В конце 1918 г. произошли революционные выступления рабочих Перечинского лесохимического завода, принадлежавшего акционерному обществу «Бантлин», а также завода того же общества в селе Турья Быстрая [190, л. 1-5].

Почти одновременно началось вооруженное выступление в Великих Лучках Мукачевского района, где крестьянская беднота захватила имение графа Шепборна. Для подавления выступления был направлен карательный военный отряд, который жестоко расправился с его участниками. Крестьянские выступления имели место во многих селах Иршавского, Хустского, Тячевского и других районов.

В конце 1918 — начале 1919 гг. в большинстве округов Закарпатья местные органы власти фактически были парализованы. Во многих городах и селах население обезоружило жандармов, изгнало нотаров, униатских попов, а их имущество конфисковало. В отдельных районах была прервана телефонная связь, не работала почта. Этот взрыв революционного движения народных масс явился показателем глубоких сдвигов в их революционном сознании.

В ноябре 1918 г. в Венгрии в обстановке быстрого созревания революционной ситуации была создана Коммунистическая партия. Из 15 членов Центрального Комитета партии двое — Эрне Сайдлер н Отто Корвин — были из Закарпатья. В состав Компартии Венгрии входила и группа коммунистов Закарпатья, которой руководил секретариат, созданный при ЦК Компартии Венгрии [786, с. 12].

Создание группы коммунистов Закарпатья имело большое значение для дальнейшего развития и углубления революционной борьбы трудящихся края, превращения ее из стихийной в организованную. В Закарпатье начали создаваться коммунистические организации. Первая такая организация появилась в Мукачеве в конце 1918 г., а в начале 1919 г.— в Берегове, Сваляве, Севлюше, Хусте, Рахове, Косинах и некоторых других населенных пунктах Закарпатья. К тому времени в крае насчитывалось 600—800 коммунистов, выходцев из революционно настроенных рабочих, крестьян, прогрессивной интеллигенции [786, с. 12]. Коммунистические организации объединяли трудящихся различных национальностей — украинцев, венгров, словаков, румын, евреев и др. Своей неутомимой деятельностью они поднимали пролетарские массы на борьбу за свержение власти буржуазии и помещиков, проводили организаторскую и организационно-массовую работу среди населения, направляя его возросшую политическую активность в революционное русло.

Когда же в конце 1918 г., в результате поражения в первой мировой войне и подъема рабочего и национально-освободительного движения, усилившегося под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции, Австро-Венгерская империя распалась, в городах и селах Закарпатья впервые стали создаваться такие действенные органы революционной борьбы, как рабочие, крестьянские, а местами и солдатские Советы. Руководящую роль в Советах играли коммунисты, бывшие военнопленные и левые социал-демократы. Они нацеливали деятельность Советов на борьбу за установление Советской власти в крае, за воссоединение Закарпатья со страной Великого Октября.

Советы сыграли большую роль в деле объединения всех революционных интернациональных сил среди многонационального трудящегося населения Закарпатья — украинского, венгерского и других, которые плечом к плечу сражались против своих общих классовых врагов.

В ходе массового революционного подъема небывалый размах приобрело национально-освободительное движение трудящихся Закарпатья, высшим проявлением которого была борьба за воссоединение с Советской Украиной. Движение это охватило все районы края. Уже в конце ноября 1918 г. в одном из донесений Худлевского нотарского управления Ужгородского района подчеркивалось, что «народ считает себя тождественным с украинской нацией и желает воссоединиться с пей» [160, л. 107]. В декабре того же года Совет Мукачевского района принял решение, в котором говорилось: «Мы находились в железном ярме, от которого и сейчас не можем освободиться, поэтому хотим к вам присоединиться» [604, л. 6]. «Мы, народ Синевира (Межгорский район — прим, авт.), единодушно заявляем, что хотим к Украине присоединиться и с нею вместе жить» [604, л. 3]. Такие заявления провозглашались многими революционными Советами Закарпатья. Они отражали непреклонное стремление угнетенных масс трудящихся Закарпатской Украины к воссоединению со Страной Советов [933, с. 13, 14].

В обстановке массового создания революционных Советов и усиления борьбы трудящихся за воссоединение со своими братьями по ту сторону Карпат местная буржуазия и реакционное духовенство начали создавать свои организации. Они также назывались «советами». Буржуазия через свои «советы» пыталась отвлечь внимание масс трудящихся края от борьбы за воссоединение с Советской Украиной, воспрепятствовать нарастанию революционной борьбы.

Однако революционная инициатива широких масс трудящихся срывала эти планы. Трудящиеся на заседаниях своих Советов недвусмысленно требовали воссоединения с Украиной «без господ и панов», где «земля, фабрики и заводы принадлежат тем, кто на них трудится» [659, с. 67—70].

Важным событием в истории освободительного движения трудящихся Закарпатья является Всезакарпатский съезд, состоявшийся в Хусте 21 января 1919 г. В его работе приняли участие 420 делегатов из 175 населенных пунктов края. Среди делегатов были рабочие и крестьяне [937, с. 116]. Делегаты съезда решительно заявили: «Не нужны нам ни господа, ни попы, хотим к Украине». Это требование делегатов Хустского съезда нашло широкий отклик и поддержку среди трудящихся Закарпатья. Они поднялись на борьбу за осуществление своей извечной мечты. Делегация закарпатских украинцев побывала в Харькове и изложила подлинную волю трудового люда Закарпатья представителям Советской Украины [805, с. 83].

Воспользовавшись затруднением венгерского правительства, войска буржуазной Чехословакии по указанию Антанты и США в начале января 1919 г. оккупировали западную часть Закарпатья. Одновременно войска боярской Румынии начали оккупационные акции в юго-восточной части края [785, с. 17].

Между тем самоотверженная борьба рабочих и крестьян нарастала и увенчалась победой. 21 марта 1919 г. в Венгрии победила пролетарская революция и была провозглашена Советская республика. А 22—24 марта 1919 г. власть Советов была установлена и на большей части территории Закарпатья, кроме отдельных сел Ужгородщины, Тячевщины и Раховщины, которые еще в январе 1919 г. были оккупированы чешскими и румынскими войсками. Советская власть просуществовала в Венгрии 133 дня, а в Закарпатье до 40 дней. Однако это историческое событие имело исключительно важное политическое значение. Созданные в Чопе, Берегове, Севлюше, Хусте жупные директориумы взяли полноту власти в свои руки. Венгерское Советское правительство уделяло особое внимание правильному решению украинского национального вопроса, поскольку украинцы Закарпатья были самым многочисленным национальным меньшинством в Советской Венгрии. В газете «Непсава» в статье «Право народа Русской Краины на самоопределение» подчеркивалось, что только социалистическая революция несет порабощенным народам национальное освобождение [1276]. Решение национального вопроса нашло свое юридическое закрепление в Конституции Венгерской Социалистической Федеративной Советской Республики, принятой 23 июня 1919 г. первым Всевенгерским съездом Советов. Всем национальностям, проживавшим на территории Советской Венгрии, обеспечивалось полное национальное равноправие и свободное применение родного языка во всех государственных учреждениях; была запрещена расовая или национальная дискриминация [751, с. 116].

Центром новой административной единицы — Русской Краины в составе Советской Венгрии стало Мукачево. Делами Русской Краины (Закарпатья) в правительстве Советской Венгрии ведал Русинский народный комиссариат. На территории Русской Краины вместо жупных Советов избирались окружные Советы. На первом этапе были созданы три таких Совета [1238]: Ужанский с центром в селе Среднем (так как Ужгород был оккупирован), Бережский с центром в Мукачеве и Мараморошский с центром в Хусте. Каждый из окружных Советов должен был избрать по 12 делегатов на краевой съезд Русской Краины, а также делегатов на I Всевенгерский съезд Советов [786, с. 17].

С 7 по 15 апреля 1919 г. в Закарпатье были проведены выборы в местные Советы рабочих, солдат и крестьян, в которых с энтузиазмом приняли участие все трудящиеся, получившие впервые в истории края возможность пользоваться избирательным нравом. Они избрали также делегатов в районные и окружные Советы. 14 апреля был избран Бережский, а несколько позже — Мараморошский и Ужанский окружные Советы. Для руководства текущими делами Советы создавали исполнительно-распорядительные органы — директориумы, а последние — управления, отделы и комиссии.

В соответствии с проектом «Конституции Русского Края», высшим органом власти должен был стать краевой съезд Советов. Однако наступление интервентов помешало его созыву [649, с. 43—48].

Выборы в местные Советы Закарпатья проходили в условиях острой классовой борьбы. Контрреволюционные элементы и духовенство развернули бешеную кампанию против Советской власти, запугивая малоискушенных в политике людей.

После победы пролетарской революции на территории Закарпатья начали создаваться объединенные организации Социалистической партии. Венгрии, куда входили коммунисты и левые социалисты. К концу марта 1919 г. эти организации существовали во всех окружных центрах, а также других городах и селах Закарпатья. Их работой руководил Русско-краевой партийный комитет (секретариат), находившийся в Будапеште. Активное участие в деятельности комитета принимали И. Мондок и Э. Сайдлер [923, с. 31].

Много усилий в налаживании работы местных органов Советской власти в Закарпатье приложили активисты И. Балаж, Я. Голгоци, А. Герпан, Д. Звонарь, Ю. Калинин, Д. Катко, М. Логойда, Ф. Молнар, М. Панько, А. Розингер, В. Сепеши, И. Тангел, 3. Фабиан, М. Фегер, Ю. Чегиль, Н. Чобан, Я. Шербан и сотни других [928, с. 61, 62, 73, 103]. Их организаторская и массово-политическая работа имела большое значение для мобилизации масс на строительство новой жизни [923, с. 31].

С установлением Советской власти трудовой народ стал хозяином средств производства. С конца марта в Закарпатье и во всей Венгрии началась национализация банков, транспорта, промышленных предприятий и мастерских, где работало более 20 человек. Заработная плата рабочих повышалась на 25 и больше процентов. Везде устанавливался 8-часовой рабочий день. На фабриках и заводах создавались контрольные рабочие советы или рабочие комиссии. Производством руководили специальные уполномоченные — производственные комиссары. Они заменяли бывших директоров [926, с. 15].

Впервые в истории Закарпатья было ликвидировано землевладение помещиков. Советская власть провозгласила землю собственностью тех, кто на ней работает. Однако в решении аграрного вопроса Советским правительством Венгрии была допущена ошибка — земля не была разделена среди безземельного и малоземельного крестьянства [937, с. 140, 141].

Но тем не менее, проводимые органами Советской власти в Закарпатье аграрные преобразования значительно улучшали положение крестьян, батраков и поденщиков, составлявших подавляющее большинство населения. Крестьяне верховинских районов бесплатно получили полонинские пастбища. На Свалявщине, Мукачевщине и Береговщине безземельные и малоземельные крестьяне, веками мечтавшие о земле, сами, еще до установления Советской власти, начали делить графскую и помещичью землю и имущество [659, с. 512].

Советская власть освободила большую армию батраков, поденщиков, безземельных и малоземельных крестьян от беспощадной эксплуатации со стороны помещиков. Она положила конец их политическому бесправию, делала все для улучшения материального положения сельскохозяйственных рабочих. В Закарпатскую Украину из Будапешта прибывали продовольственные товары, посевное зерно, одежда [848, с. 43, 44].

Деятельность органов Советской власти в Закарпатье была разнообразной. Они занимались вопросами жилищными, здравоохранения, народного образования. Жилые дома национализировались и передавались в распоряжение квартирных комиссий и домоуправлений. По решению Советского правительства были ликвидированы все титулы и ранги, сословные привилегии. Для рабочих и бедных крестьян вводились бесплатные приемы в больницах. Начала осуществляться программа всеобщего обязательного обучения детей до 14-летнего возраста. При Советах депутатов организовывались отделы просвещения и школьные комитеты, в состав которых входили родители и учителя. Дети трудящихся получали материальную помощь, началась ликвидация беспризорности. Церковь была отделена от государства.

Большое значение для культурного строительства в Закарпатье имело распоряжение Советского правительства об упорядочении украинского правописания. Издавались газеты на венгерском и украинском языках, в т. ч. «Руська правда», «Червона Україна», «Береги Мункаш» («Бережений рабочий»), «Мункачи непсава» («Мукачевское народное слово»), «Угочаи мункаш» («Угочанский рабочий»). Печатались также в большом количестве листовки, прокламации, обращения, брошюры. В них широко освещалась и разъяснялась политика Советского правительства, пропагандировались идеи дружбы народов, пролетарской национальной солидарности, сообщалось о достижениях советского парода, осуществившего первым пролетарскую революцию [649, с. 23, 24, 28].

Важное место в деятельности органов Советской власти занимали вопросы защиты революционных завоеваний, сохранение общественного порядка. Трудящиеся Закарпатья с большим энтузиазмом отозвались на призыв Советского правительства Венгрии вступить в ряды Красной Армии. В ряды венгерской Красной Армии вступило около В тыс. добровольцев из Закарпатья. Из них были сформированы 2-й Мукачевский красногвардейский полк, началось формирование Русинской дивизии. Большую работу по формированию частей из добровольцев сыграли коммунисты, в частности такие видные деятели революционного движения в Закарпатье, как Я. Голгоци в Мукачеве, Я. Шербан в Берегове.

В апреле 1919 г. при ЦК Социалистической партии Венгрии была создана Международная (интернациональная) социалистическая — коммунистическая федерация. В составе ее 15 секций были также русская, украинская, русинская (закарпатоукраинская). Каждая из них внесла свою долю в общее дело защиты Советской власти в Венгрии.

Стремясь во что бы то ни стало преградить путь проникновению революции на Запад, мировая буржуазия спешно стала организовывать агрессию с целью задушить Советскую власть в Венгрии. При этом особое внимание было обращено на Закарпатье, имевшее важное стратегическое значение. 16 апреля 1919 г. интервенцию против Венгерской Советской республики начала боярская Румыния, а 27 апреля — буржуазная Чехословакия. Румынская армия наступала в направлении Тячев — Хуст — Севлюш, а чехословацкая — на Чоп — Мукачево. Отряды венгерской Красной Армии и трудящееся население оказали мужественное сопротивление интервентам. В частности, жестокие бои с румынскими оккупантами вела 5-я дивизия венгерской Красной Армии. На ее участке 20—21 апреля произошло крупное сражение на подступах к Севлюшу, в районе сел Великая Копаня и Королево [659, с. 195]. Но силы были неравные и румынская армия, оккупировав Севлюш, продолжала наступление в направлении Берегова. Жестокое сражение произошло в районе Чопа между вооруженной до зубов чехословацкой оккупационной армией и 65-й бригадой венгерской Красной Армии. В этом сражении проявили себя части Русинской дивизии.

Народы Советской России и Советской Украины сделали все возможное, чтобы помочь пролетариату Венгрии и Закарпатья защитить завоевания Советской власти. Выполняя указание В. И. Ленина, Красная Армия начала наступательные действия в районах Галиции, Бессарабии и Буковины. Это имело большое значение для поддержки Советской Венгрии. В румынской армии возникла паника, ослабела ее боеспособность. А панская Польша и петлюровцы не смогли оказать действенной помощи венгерским контрреволюционерам. Однако в связи с осложнением положения на Восточном и Южном фронтах Страна Советов не смогла предоставить советской Венгрии, Западной Украине, Словакии (в июне 1919 г. была провозглашена Словацкая Советская Республика) непосредственную военную помощь. Этим воспользовались империалисты США и Антанты, которые при поддержке реакционных сил и своей агентуры — буржуазии и помещиков, клерикалов, социал-оппортунистов — усилили вооруженную интервенцию против Венгерской Советской Республики.

Еще раньше, к началу мая 1919 г., несмотря на мужественное сопротивление Красной Армии и Красной гвардии, на поддержку со стороны трудящихся, территория Закарпатья оказалась оккупированной румынскими и чехословацкими войсками. Восточную часть края захватила боярская Румыния, остальную — буржуазная Чехословакия [928, с. 117].

Оккупировав земли Закарпатской Украины, чешские и румынские войска при поддержке местных контрреволюционеров установили здесь кровавый режим военной диктатуры, который возглавил командующий чехословацкими оккупационными войсками французский генерал, душитель свободы Эннок. Сотни бывших красногвардейцев, десятки рабочих и крестьян, которые «сочувствовали большевизму», были арестованы и брошены в концлагеря Ужгорода, Королева, Сигета. Оккупанты ликвидировали все завоевания Советской власти, лишили трудящихся элементарных прав и свобод. В Ужгороде по инициативе чехословацких властей были созваны представители отдельных буржуазно-националистических советов. Они создали т. н. Центральную русскую народную раду, которая провозгласила присоединение Закарпатской Украины к Чехословацкой буржуазной республике. Деятели т. н. «Центральной народной рады не были избраны народом, не имели от народа и полномочий решать судьбу края. Воспользовавшись этим, вершители Парижской мирной конференции подписали 10 сентября в Сен-Жермене соглашение о присоединении Закарпатья к буржуазной Чехословакии [659, с. 12; 944, с. 26].

Правительство буржуазной Чехословакии с целью обмана народных масс и общественного мнения в своей стране и за рубежом опубликовало 18 ноября 1919 г. Генеральный устав, согласно которому в Закарпатье была создана «временная русская автономная Директория». Однако это было лишь фиговым листком, которым оккупанты пытались прикрыть свою колонизаторскую политику в Закарпатье. Ни Директория, ни назначение Г. Жатковича «временным губернатором» (26 апреля 1920 г.), ни, наконец, формальное объявление об отмене военной диктатуры (9 января 1922 г.) [927, с. 38, 39] не изменили сущности угнетательской политики империалистической буржуазии Чехословакии в Закарпатье.

Вместо предоставления автономии и политических прав трудовому населению Закарпатья, новые угнетатели начали свою деятельность с раздувания полицейско-жандармского и чиновнического бюрократического аппарата, строительства тюрем и т. п. Власть на местах принадлежала государственным чиновникам — начальникам нотарских и окружных управлений. Высшим административным органом было Гражданское управление во главе с вице-губернатором, которого назначило чехословацкое правительство из угодных и преданных ему лиц. Чиновнический аппарат в Закарпатье, выражавший волю и интересы чешских господствующих кругов, был наделен здесь гораздо большими полномочиями, чем в чешских землях [665, с. 32—41, 72—74, 166].

В составе буржуазной Чехословакии Закарпатская Украина оставалась самым отсталым уголком в Центральной Европе. Анализируя материалы переписи 1930 г., статистическое управление Чехословакии констатировало, что Закарпатье по отношению к занятому населению в промышленности и в сельском хозяйстве находилось на уровне, «типичном для европейского общества середины XVIII века» [691, с. 14]. В структуре народного хозяйства Закарпатья доля промышленности составляла всего 2,2 проц. В ней было занято от 2 до 3 проц. взрослого населения [863, с. 33].

Но господствующие круги ничего не предпринимали для того, чтобы исправить такое положение. В заявлении Закарпатского краевого комитета КПЧ от 1937 г. говорилось, что за все время господства в Закарпатской Украине чешская буржуазия не построила ни единого предприятия для переработки сырья [148, л. 131]. Даже каменная соль, добываемая в Солотвинских солерудниках, отправлялась в Чехию для помола и расфасовки, а потом как готовый пищевой продукт снова ввозилась в Закарпатье.

Закарпатская Украина была одним из самых крупных поставщиков ценных пород древесины в страны Центральной и Восточной Европы. Лесные богатства Закарпатья были превращены в источник легкого обогащения чешских капиталистов, стали объектом крупных махинаций и политических сделок. Ярким примером этого является создание акционерного общества «Ла-торица». В 1928 г. власти продали ему за 35 млн. крон имение австрийского графа Шенборна-Бухгейма (132 тыс. га земельных и лесных угодий стоимостью 400— 500 млн. крон). Газета «Руде право» справедливо назвала эту грязную аферу «лесной Панамой» [1277]. В этой афере, кроме чешского, принимал участие французский и бельгийский капитал. В ней были замешаны и члены чехословацкого правительства. «Латорица» подобно спруту выжимала из трудящихся Закарпатья последние соки, наживая огромные прибыли.

Такая же операция была проделана и с крупным имением графа Телеки — оно было отдано в «долгосрочную аренду» монашескому ордену мальтийских рыцарей, за спиной которых действовал английский капитал [1172].

В то же время господствующие круги ничего не сделали для ликвидации земельного голода в Закарпатье, где не менее 70 проц. крестьянских хозяйств были бедняцкими и полубедняцкими. В 1937 г. здесь 110 тыс. мелких крестьянских хозяйств владели в два раза меньшим количеством земли, чем 708 помещиков [148, л. 131]. Крупными владельцами были униатская и католическая церкви, монастыри.

Излишки крупных помещичьих латифундий, подлежавших изъятию по закону о земельной реформе, использовались опять-таки не для улучшения положения крестьянской бедноты, а как средство колонизации Закарпатской Украины, в первую очередь чешским кулачеством, и укрепления позиций аграрной партии. К 1932 г. в Закарпатье насчитывалось около 250 крупных колонистских хозяйств, входивших в 11 отдельных колонистских поселений, расположенных на самых плодородных землях Севлюшского, Береговского и Ужгородского округов [908, с. 48, 49].

В результате такой открыто грабительской политики со стороны господствующих кругов Чехословакии социально-экономическое положение трудящихся Закарпатья оставалось крайне тяжелым. Их постоянными спутниками были массовая хроническая безработица, безземелье и малоземелье. Закарпатье характеризовалось самым низким жизненным уровнем, самой высокой смертностью в Европе. Подавляющее большинство его населения влачило нищенское существование. Катастрофические последствия имел в Закарпатье экономический кризис, охвативший в начале 30-х годов буржуазную Чехословакию. Он нанес сокрушительный удар по слаборазвитой экономике.

В состоянии полного разорения оказалось сельское хозяйство, которое занимало ведущую роль в отставшей на целые столетия экономике края. Кризис поставил в катастрофическое положение основную массу трудящегося крестьянства, большинство которого составляла сельская беднота. В годы кризиса цены на скот, продукцию земледелия снизились в два — три раза, а налоги на арендные платежи, как и задолженность крестьян, быстро росли. Из 102 промышленных предприятий пятая часть закрылась, а большинство из оставшихся работали с перерывами, длившимися по нескольку месяцев в году. В полный упадок пришли ремесло и торговля. Все это привело к тому, что в Закарпатье 70—80 проц. городского и сельского пролетариата оказалось безработными. Общее количество безработных в разгар экономического кризиса превысило 110 тыс. человек.

Значительно ухудшились условия труда рабочих, занятых на производстве. Их заработная плата сократилась на 50—70 и больше проц. Особенно низкой была заработная плата лесорубов, сельскохозяйственных рабочих, строителей, т. е. самой многочисленной в Закарпатье категории рабочих, выполнявших тяжелый, малоквалифицированный физический труд.

Разрушительные последствия экономического кризиса предупредили дальнейший упадок экономического развития Закарпатья. Несмотря на это, в 20—30-х годах здесь по сравнению с предыдущим периодом значительных размеров достигло строительство. Оно диктовалось прежде всего военно-стратегическими соображениями чешских империалистических кругов, для которых Закарпатье было местом, связывавшим Чехословакию с ее союзницей по военному пакту — боярской Румынией. Кроме того, чешская буржуазия была заинтересована в том, чтобы привязать Закарпатье с его сырьевыми ресурсами к чешским землям и создать более благоприятные условия для ограбления этой «окраины» республики. За период с 1920 по 1933 г. в Закарпатье было проложено свыше 170 км асфальтированных дорог и 400 км других путей, сооружено 129 мостов, в т. ч. 114 железобетонных и один железный. В Ужгороде, Мукачеве, Хусте и других населенных пунктах строились административные здания, целые «колонии» жилых домов для непомерно раздутого административного персонала; сооружались тюрьмы и казармы, но отнюдь не школы и больницы, в которых так нуждались трудящиеся Закарпатья [908, с. 31—42]. Социально-экономический гнет сопровождался усилением политического бесправия трудящихся Закарпатья. Даже те права и свободы, которые провозглашала конституция буржуазной Чехословакии, были урезаны. В отличие от чешских земель, в Закарпатье оставались в силе старые австро-венгерские реакционные законы. К ним власти прибегали всегда, когда им это было выгодно для преследования и запрещения прогрессивных организаций, срыва собраний и демонстраций трудящихся. Эти законы как бы дополняли известный реакционный закон «Об охране республики», принятый 8 марта 1923 г., на основании которого в Закарпатье проводились жестокие репрессии и преследования коммунистического и рабочего движения, прогрессивных организаций, печати, активных борцов за права и свободы трудящихся [785, с. 82].

Все это вызывало гнев и возмущение каждого честного человека. Венгерский публицист Золтан Фабри, посетив в 1932 г. Верховину, написал книгу, которая явилась обвинительным актом буржуазного строя. Книга носила название «Легенда о голоде». Когда же цензура масариковской демократии во многих местах рукописи вычеркнула текст, автор отправил ее президенту Масарику с «дарственной» подписью»: «Примите от автора вместо «Легенды о голоде» «Легенду о демократии».

О том, как выглядела на Закарпатье буржуазная демократия, можно судить хотя бы по таким данным. В информации о 10-летней деятельности чехословацких властей на Закарпатской Украине указывалось, что за период с 1919 по 1927 г. включительно жандармерия применила оружие против рабочих и крестьян в 90 случаях. За этот же период было брошено в тюрьмы более 23 тыс. человек [302, л. 61]. Силой оружия были подавлены выступления рабочих и крестьян в Арданове, Сваляве, Берегове, Хусте, Турьей Пасеке, Воловце и многих других городах и селах.

Для укрепления своего господства чешская буржуазия искусственно поддерживала в Закарпатье, как и во всей стране, многопартийную систему. В крае действовало временами более 30 политических буржуазных и буржуазно-националистических партий. Особое положение занимала аграрная партия, которая фактически держала в своих руках весь чиновнический аппарат и играла главную политическую роль как официальный выразитель интересов чешской буржуазии и помещиков [665, с. 117—122].

Закарпатье терпело тяжелый национальный гнет, сопровождавшийся открытой чехизацией местного населения. В учреждениях в качестве официального языка республики был введен чешский язык. Даже употреблять название «Закарпатская Украина» на страницах газет и в выступлениях было запрещено.

В этих условиях рабочий класс и трудящееся крестьянство продолжали революционно-освободительную борьбу. Идеи Великого Октября, революционный опыт, который они приобрели в ходе борьбы за установление Советской власти и за время ее кратковременного существования, оказали мощное революционизирующее влияние на самые широкие слои трудящихся.

В ряде сел Закарпатья и после оккупации его продолжали свою деятельность директориумы и Советы, под руководством которых проводились собрания и забастовки трудящихся, выступления крестьянской бедноты за раздел земли. В Мукачеве и других районах распространялись коммунистические листовки [244, л. 5, 6; 246, л. 1]. В июне 1920 г., в связи с назначением реакционера Г. Жатковича — выходца из Закарпатья, принявшего гражданство США, верой и правдой служившего американским империалистам — губернатором края, состоялась невиданная до этого здесь общая политическая стачка, в которой приняли участие более 100 тыс. человек [777, с. 81].

Подъему революционного движения способствовали успехи Красной Армии на советско-польском фронте в 1920 г. Закарпатские пролетарии заявили решительный протест против политики чехословацкого правительства, оказывавшего помощь буржуазно-помещичьей Польше.

Рабочие-железнодорожники задерживали отправку военных грузов в Польшу, выводили из строя колеи, мосты. Рабочие Мукачева, Великого Бычкова, Перечина объявили забастовку. На ряде предприятий Свалявы, Ужгорода, Солотвина рабочие изгнали администрацию и взяли управленце в свои руки. Ширилась борьба трудящегося крестьянства, которое захватывало помещичьи земли, государственные леса, изгоняло чиновников и жандармов [659, с. 13, 230, 270, 273].

Боевыми выступлениями трудящихся края руководили подпольные коммунистические и левые социалистические группы, действовавшие в Ужгороде, Мукачеве, Сваляве, Берегове, Перечине, Чопе, Севлюше, Хусте, Солотвийе, Великом Бычкове, Рахове и др. 21 марта 1920 г. в Ужгороде состоялся учредительный съезд коммунистов и левых социалистов, на котором была создана Международная социалистическая партия Подкарпатской Руси (МСП). В работе съезда приняло участие более 50 делегатов [659, с. 228, 229]. Она объединяла 69 партийных организаций коммунистов и левых социалистов. Во главе МСП стояли коммунисты И. И. Мондок, Э. Сайдлер, И. П. Локота, Н. И. Сидоряк, Э. Шафранко, Й. Гати, Бела Иллеш (известный венгерский писатель) [659, с. 501, 506, 513].

Создание МСП имело большое значение для дальнейшего развертывания революционного движения в Закарпатье. Под руководством МСП закарпатский пролетариат провел первомайскую демонстрацию в том же 1920 г. В ней приняло участие около 20 тыс. человек [659, с. 239]. Событием большого значения в революционной борьбе трудящихся Закарпатья явилось активное их участие во всеобщей политической стачке пролетариата Чехословакии в декабре 1920 г. в ответ на кровавую расправу над трудящимися Праги, устроившими демонстрацию протеста против белого террора [740, с. 340]. 16 декабря по призыву Международной социалистической партии пролетариат Ужгорода, Мукачева, Свалявы, Перечина, Берегова, Хуста, Солотвины, Великого Бычкова с красными флагами, под пение революционных песен, вышел на улицы в знак солидарности с борьбой чешского пролетариата. Бастующие требовали повышения заработной платы, конфискации помещичьих земель и передачи их крестьянам, установления рабочего контроля над производством на крупных предприятиях, ликвидации военной диктатуры и отмены чрезвычайного военного положения, освобождения политических заключенных [659, с. 297, 306, 307]. В ряде районов Закарпатья стачку поддержали сельскохозяйственный пролетариат и беднейшее крестьянство. В Хусте, Тячеве, Тересве, Ясине и Рахове во время декабрьской забастовки власть на короткое время перешла в руки рабочих Советов. Стачка продолжалась по 20 декабря. Попытка чешских легионеров и жандармов разогнать демонстрантов при помощи оружия встретила отпор со стороны рабочих [777, с. 89]. Событием огромной важности в истории революционно-освободительного движения в Закарпатье явилось создание Коммунистической партии Чехословакии на Учредительном съезде, состоявшемся 14—16 мая 1921 г. В ее состав вошла Международная социалистическая партия как краевая организация [785, с. 60, 61]. Историческую роль в создании КПЧ сыграл В. И. Ленин, его советы, встречи с Б. Шмералем. А. Запотоцким и другими видными деятелями коммунистического движения Чехословакии. Вспоминая об этих встречах, А. Запотоцкий отмечал, что В. И. Ленин в ходе обсуждения вопросов развития коммунистического движения вел речь и о Закарпатье [785, с. 63].

В июне 1921 г. в Ужгороде состоялась конференция представителей рабочих, на которой был создан Совет профессиональных союзов Закарпатья, избран краевой секретариат. Конференция приняла резолюцию о присоединении к Профянтерну [659, с. 514]. В том же году была создана и краевая организация коммунистической молодежи [785, с. 65]. Все это свидетельствовало о том, что в революционно-освободительном движении трудящихся Закарпатья произошли существенные сдвиги.

Коммунисты проводили большую агитационную и организаторскую работу среди рабочих и крестьянства. Значительную роль в сплочении трудящихся масс и повышении их сознательности сыграла коммунистическая пресса Закарпатья — газеты «Правда» (с 1922 г.— «Карпатська правда») и «Мункаш уйшаг».

Коммунисты Закарпатья были организаторами многих выступлений рабочих и беднейшего крестьянства в защиту своих прав и свобод. Одно из самых массовых выступлений пролетариата Закарпатья состоялось в марте 1921 г. В июне 1922 г. бастовали рабочие Мукачева, Берегова, Свалявы, Ужгорода, Долгого. В ряде городов, в частности в Мукачеве и Берегове, имели место стычки с полицией [659, с. 514, 515; 785, с. 54, 60].

Период 1921—1923 гг. характеризовался распространением крестьянского движения. Крестьяне требовали раздела земли, а в ряде мест и насильственно захватывали ее, отказывались выплачивать аренду, за выпас, за пользование лесом и сенокосом. В Грушеве, Дулове и Россоше произошли вооруженные столкновения крестьян с жандармерией. Особенно крупных масштабов достигло вооруженное выступление крестьян с. Арданева в июне 1921 г. Его поддержали крестьяне соседних сел. Для подавления восстания были брошены армейские части [659, с. 339—343].

Экономические и политические выступления в Закарпатье проходили под знаком солидарности с народами Советской России. Во время первомайских праздников 1922 г., в которых приняло участие более 30 тыс. трудящихся, главными лозунгами были: «Да здравствует Советская Россия!», «Да здравствует Коммунистическая партия!», «Долой буржуазные общественные порядки!» [1162].

В январе 1924 г. трудящиеся края с чувством глубокой скорби встретили весть о смерти В. И. Ленина. В дни всенародного траура газета «Карпатська правда» подчеркивала, что идеи ленинизма освещают путь трудящимся всего земного шара. В городах и селах состоялись траурные митинги и демонстрации, па которых рабочие и крестьяне клялись быть верными ленинскому учению, бороться за торжество идей Ильича [660, с. 4, 19—21].

Краевая партийная организация широко популяризировала среди трудящихся марксистско-ленинскую литературу. На страницах газет «Карпатська правда», «Мункаш уйшаг», «Голос життя», «Працююча молодь» систематически печатались отрывки из трудов классиков марксизма-ленинизма, отдельные выступления В. И. Ленина.

С 1925 г. крайком партии ежегодно организовывал «Ленинские недели» и «Ленинские месяцы», во время которых распространялись труды В. И. Ленина, проводился прием в члены партии и в ряды комсомола.

В обстановке революционного подъема 16 марта 1924 г. впервые состоялись выборы в чехословацкий парламент. И хотя власти сделали все возможное для того, чтобы обеспечить успех партиям правительственной коалиции и прежде всего аграрной партии, выборы закончились победой коммунистов. За кандидатов КПЧ в Закарпатье проголосовало более 100 тыс. избирателей, или 39 проц. от всех поданных голосов. Депутатами были избраны И. Н. Мондок, Н. И. Сидоряк, Э. Шафранко, Й. Гати идр. [785, с. 92, 93]. Успех коммунистов горячо приветствовали на многолюдном митинге рабочие Праги [888, с. 135].

Советская печать детально освещала ход выборов в Закарпатье, передавала привет от коммунистов СССР «далеким братьям и товарищам», желая им дальнейших успехов в борьбе [1198].

В 1924 г. в Закарпатье состоялись массовые выступления трудящихся в день празднования 1 Мая. В демонстрациях, организованных коммунистами, участвовало около 40 тыс. человек [1163].

Напуганные исходом выборов и нарастанием массовых выступлений, власти усилили террор и репрессии против революционно настроенных рабочих и всех трудящихся. Поводом для этого послужили антивоенные выступления 2 и 3 августа 1924 г., вылившиеся в мощную волну протестов против милитаристской политики империалистов. В ней приняло участие 60 тыс. человек. На подавление этих выступлений власти бросили жандармские отряды, полицию. В Сваляве они спровоцировали кровопролитие, жертвой которого стали трое рабочих [1273]. Это злодеяние властей вызвало бурю негодования во всей Чехословакии. По призыву ЦК КПЧ в поддержку трудящихся Закарпатья была проведена неделя солидарности.

15 ноября 1925 г. снова состоялись выборы в чехословацкий парламент. Несмотря па террор, за коммунистов было подано около 76 тыс. голосов [17, л. 15—51; 18, л. 1—11].

Большую помощь коммунистам Закарпатья оказывали в эти трудные годы Исполнительный комитет Коминтерна, а также ЦК КПЧ и ЦК КП (б) У. Один из выдающихся руководителей коммунистов Украины, деятель международного коммунистического и рабочего движения Д. 3. Мануильский, находясь по заданию Исполнительного комитета Коминтерна в Чехословакии, лично встречался с руководителями Закарпатского краевого комитета КПЧ, давал им ценные советы. Летом 1925 г. край посетил активный участник Великой Октябрьской социалистической революции, работавший в то время полпредом СССР в Чехословакии В. А. Антонов-Овсеенко [785, с. 105].

Опираясь на эту помощь и поддержку, коммунисты Закарпатья решительно боролись против оппортунистов в краевой коммунистической организации.

Важную роль в развитии революционно-освободительного движения в Закарпатье сыграли решения V съезда КПЧ (февраль 1929 г.) [790, с. 146, 147], а также IX партийной конференции Закарпатской краевой коммунистической организации, состоявшейся в начале февраля 1929 г. Летом 1929 г. в Мукачеве на расширенном заседании крайкома были обсуждены итоги работы съезда и намечены задачи по реализации его решений, избрано новое руководство Закарпатского краевого комитета КПЧ. Первым секретарем крайкома был избран Э. Клима. В состав крайкома вошли И. Локота, Н. Сидоряк, П. Терек, И. Туряница, М. Жупник, П. Варга, С. Габерман, С. Ципф и др. Позднее в состав крайкома, после возвращения из Харькова, где находился на учебе, был избран также А. А. Борканюк, который с 1933 г. возглавил Закарпатскую коммунистическую организацию [838, с. 8, 10]. Уже весной 1929 г. под руководством коммунистов в Закарпатье было организовано ряд стачек и других выступлений рабочих и крестьянской бедноты [660, с. 419-421, 428].

Одним из наиболее массовых выступлений была стачка виноградарских рабочих Закарпатья весной 1929 г. Стачка началась в Береговском округе и вскоре переросла во всеобщую, охватив Севлюшский, Мукачевский, Ужгородский округа. В ней приняли участие более 10 тыс. рабочих [660, с. 10]. Борьба рабочих, длившаяся месяц, закончилась частичным успехом. Они добились значительного повышения их заработной платы.

В мае 1929 г. в стачечную борьбу вступили 320 рабочих Ужгородской фанерно-мебельной фабрики «Мундус», а в сентябре того же года — более 500 рабочих лесохим-завода «Клотильда» в Великом Бычкове. Наряду с этими имели место стачки строительных рабочих, сплавщиков леса.

Подтверждением возросшей активизации революционной борьбы в Закарпатье явились выступления трудящихся 1 августа 1929 г. в связи с 15-й годовщиной начала первой мировой войны. В этот день, несмотря на массовые аресты и репрессии, по всему Закарпатью состоялись многолюдные демонстрации в знак протеста против милитаристской политики правящих кругов. Демонстрации проходили под лозунгами «Долой империалистическую войну!», «Слава Советскому Союзу и социалистическому строительству!», «Слава Коминтерну!» [660, с. 466-470].

Острой политической борьбой сопровождалась подготовка к парламентским выборам в ноябре 1929 г. Несмотря на безудержную кампанию против коммунистов, Закарпатская коммунистическая организация получила 40 тыс. голосов избирателей, оставаясь влиятельной политической силой в крае [660, с. 493].

Экономический кризис, охвативший в 1929—1933 гг. весь капиталистический мир, особенно губительно отразился на положении пролетариата, который терпел от резкого снижения заработной платы и от роста безработицы. Заработная плата рабочих, особенно неквалифицированных, составлявших абсолютное большинство закарпатского пролетариата (лесорубов, рабочих лесопильных заводов, сельскохозяйственных рабочих и т. д.) в годы кризиса не превышала 20—40 проц. [122, л. 77—79; 275, л. 38, 39]. По сравнению с докризисным периодом ухудшились условия труда рабочих. Их права, завоеванные в упорной борьбе с капиталом, в условиях кризиса были сведены на нет. В 1932—1933 гг., даже по официальным данным, количество безработных составляло 110 тыс. человек [785, с. 134].

Кризис нанес тяжелый удар по отсталому сельскому хозяйству Закарпатья, поставил в катастрофическое положение десятки тысяч мелких и средних крестьян, мелких торговцев, ремесленников.

Тяжелый экономический гнет дополнялся наступлением эксплуататоров на политические права трудящихся края, усилением национального гнета. Не только Закарпатская краевая коммунистическая организация, но и Другие прогрессивные массовые организации рабочих и трудящихся подвергались жесточайшему преследованию.

Стремясь в крови потопить борьбу трудящихся, жандармерия и полиция не раз прибегали к оружию. В июле 1931 г. ими была учинена зверская расправа над участниками стачки строительных рабочих в Хусте; 18 февраля — над крестьянами с. Турьи Пасеки; 2 марта 1933 г,— над голодными и безработными в Воловце. Но и в этих условиях трудящиеся Закарпатья продолжали мужественную борьбу.

Высшей формой классовых боев на данном этапе были политические стачки и демонстрации, массовые «голодные походы». О накале этих боев свидетельствует хотя бы тот факт, что только в зимние месяцы 1931—1932 гг. в крае состоялось 140 демонстраций и голодных походов, сопровождавшихся, как правило, стычками с полицией и жандармерией [838, с. 167]. В результате упорной борьбы десятки тысяч семей рабочих и безработных, крестьянской бедноты были спасены от смерти.

Действенную помощь трудящимся Закарпатья в эти трудные годы оказали рабочий класс Чехословакии, руководимый Коммунистической партией, все прогрессивные силы страны. В 1932 г. в Праге был создан Комитет спасения трудящихся Закарпатской Украины, в состав которого вошло 26 прогрессивных деятелей страны во главе со Зденеком Неедлы и Юлиусом Фучиком. Комитет направил несколько вагонов продовольствия для голодающих рабочих и крестьян Закарпатья [1278; 1199]. Это было одно из многочисленных ярких проявлений пролетарского интернационализма. Об ужасающих бедствиях и лишениях трудящихся Закарпатья узнала мировая общественность, поднявшая свой голос в их защиту.

Исключительно важную роль в деле революционно-освободительного движения трудящихся Закарпатья сыграли их связи с трудящимися Советского Союза, которые постоянно расширялись и углублялись. Коллективы промышленных предприятий Киева, Харькова, Донбасса поддерживали тесные контакты с рабочими завода «Мундус» в Ужгороде, солекопами Солотвина, Мукачевской табачной фабрики, Великобычковского химкомбината и другими [786, с. 102, 103]. О них постоянно информировала периодическая печать. Только в 1929—1933 гг. на страницах центральных газет УССР было опубликовано около 250 статей о Закарпатье [786, с. 107].

Братские связи существовали между комсомольцами Закарпатья и рядом комсомольских организаций Украины, которые шефствовали над закарпатскими комсомольцами, организовывали сбор денежных средств для оказания им помощи. Комсомольцы Киева на собранные деньги приобрели литературу для редакции молодежной газеты «Працююча молодь».

Закарпатский крайком КПЧ провел огромную работу по популяризации успехов социалистического строительства в СССР и разоблачению антисоветской клеветы клерикалов и буржуазных националистов [830, с. 144—146]. Его деятельность была высоко оценена Коминтерном [846, с. 179—181].

В мае 1935 г. между Советским Союзом и Чехословакией был заключен договор о взаимной помощи. Это еще больше усилило тягу трудящихся Закарпатья к Стране Советов.

С приходом к власти в Германии гитлеровцев в 1933 г. над Европой нависла угроза фашизма и войны. Это не могло не сказаться и на внутреннем и внешнем положении Чехословакии, в т. ч. и Закарпатья. Ориентируясь на гитлеровскую Германию, чехословацкие реакционные круги сделали попытку пойти по пути упразднения и тех ограниченных прав и свобод, которые еще не были отняты у трудящихся. Особенно отчетливо это проявилось в Закарпатье. Придавая Закарпатью немаловажное военно-стратегическое значение, правящие круги усилили наступление на революционные силы с тем, чтобы очистить эту «окраину» республики от влияния коммунистов и подавить здесь классовую борьбу. В результате террор и репрессии достигли в крае таких размеров, что от буржуазно-демократической формы правления почти ничего не осталось. Даже выборы в местные органы самоуправления были отложены на неопределенное время. Почти все пролетарские организации были запрещены. Власти развернули массовые судебные процессы над участниками революционных выступлений. С 1933 по март 1935 гг. было осуждено более 1300 человек на долгие годы тюремного заключения и к большим денежным штрафам. Запрещены газеты «Карпатська правда», «Мункаш уй-шаг», «Голос життя». Коммунисты были лишены почти всякой возможности вести легальную работу. 88 старост-коммунистов, законно избранных трудящимися на выборах, были устранены от занимаемых должностей, а сельские представительства, которые находились под влиянием коммунистов, распущены. Краевая коммунистическая организация фактически вынуждена была перейти на полулегальное положение. Это еще больше вдохновило реакционные элементы в крае. Буржуазные и буржуазно-националистические партии (Христианско-демократическая партия, Русская национально-автономная партия, Автономный земледельческий союз и другие) выступали с единой политической платформой, суть которой сводилась к требованию предоставления Закарпатью автономии. Этим требованием они прикрывали свою предательскую деятельность, направленную на присоединение Закарпатской Украины к хортистской Венгрии.

Внутри страны все эти политические группы и группировки ориентировались на самые реакционные силы. Их общей политической платформой был звериный буржуазный национализм и шовинизм, оголтелый антикоммунизм и антисоветизм, неистовый клерикализм. С помощью этого оружия силы реакции сеяли смятение и разброд среди трудящихся масс, пытаясь отвлечь их внимание от борьбы за социальное и национальное освобождение, в защиту демократических прав и свобод.

В такой сложной и трудной обстановке Коммунистическая партия Чехословакии и ее Закарпатская краевая коммунистическая организация мобилизовали все силы на создание единства действий рабочих и широкого антифашистского фронта. Борьба велась под лозунгом: «Не отдадим Закарпатье ни внутренним, пи внешним фашистам!» [1190].

Опираясь на интернациональную солидарность всего чехословацкого рабочего движения, коммунисты Закарпатья сумели не только отразить наступление реакции в 1933—1934 гг., отбить наступление реакции на легальные формы деятельности коммунистов и других прогрессивных организаций, но еще больше усилить свое влияние в городе и на селе. Подтверждением этого были итоги парламентских выборов в мае 1935 г. Получив 79 400 голосов избирателей (почти 26 проц. от общего количества голосов), или вдвое больше, чем в 1929 г., Компартия добилась в Закарпатье самого крупного успеха по сравнению с другими политическими партиями. Тем самым выборы рассеяли иллюзии реакционных сил, будто бы им удалось ослабить революционную борьбу в крае.

Коммунисты Закарпатья умело сочетали политические требования с борьбой за жизненные интересы трудящихся. Под их руководством прошли крупные стачечные бои лесорубов Иршавщины (весной 1934 г.), Раховщины (весной 1935 г.), всеобщая стачка виноградарских рабочих (в мае — июне 1936 г.), массовые выступления против дороговизны и др. Всего в 1936— 1937 гг. в Закарпатье состоялось 75 стачек [805, с. 119].

Важное место в революционно-освободительном движении на данном этапе занимали выступления трудящихся в защиту их политических прав и свобод, против преследования коммунистической и других прогрессивных общественных организаций, деятелей коммунистического и рабочего движения. Так, осенью 1934 г. по инициативе коммунистов была проведена кампания по сбору подписей под требованием освобождения И. Ло-коты из тюремного заключения. По официальным данным, несмотря на чинимые препятствия, было собрано более 40 тыс. подписей [140, л. 86]. Такие кампании проводились и в последующие годы.

Трудящиеся Закарпатья приняли самое активное участие в международной кампании в защиту Г. Димитрова, Э. Тельмана и других деятелей международного коммунистического движения, ставших жертвой гитлеровских палачей, в поддержку борьбы патриотов Германии, Австрии, Венгрии против фашистской тирании. Славной страницей в историю пролетарской интернациональной солидарности трудящихся Закарпатья вошла их борьба в поддержку испанского народа, мужественно сражавшегося против фашистской коричневой чумы. Около 100 закарпатцев сражались в добровольческих отрядах против фашизма на испанской земле. Многие из них пали смертью храбрых на полях сражений. Среди них — один из бывших руководителей комсомола в Закарпатье И. Эберт, а также Ш. Сесак, Ф. Леца и др. [785, с. 227].

Огромное воздействие на подъем революционно-освободительного движения трудящихся Закарпатья, их борьбы за социальное и национальное освобождение имели успехи в строительстве социализма в СССР. С судьбами СССР, с успехами социализма, с расцветом Советской Украины они связывали свое будущее, свои чаяния о воссоединении с единокровными братьями в единой семье советских народов.

Коммунисты Закарпатья несли в народ слово правды о Советском Союзе, разоблачали антисоветскую и антибольшевистскую ложь и клевету, распространяемую буржуазно-националистической и социал-реформистской пропагандой.

В яркую демонстрацию любви к Советскому Союзу вылилось празднование в Закарпатье 20-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. Более 100 тыс. закарпатцев, несмотря на всяческие препятствия со стороны властей, социал-реформистских и других политических партий, подписались под посланием-приветствием советскому народу, внеся таким образом и свою долю в общее количество подписей (2,5 млн.), собранных в Чехословакии. Эти подписи вошли в «Золотую книгу», которую чехословацкая рабочая делегация 7 ноября 1937 г. вручила М. И. Калинину в Москве. В честь Великого Октября в городах и селах Закарпатья состоялись манифестации, торжественные вечера, в проведении которых активное участие принимали организации Союза друзей СССР.

Большое влияние на развитие революционного процесса в Закарпатье оказали события 1938 г., когда над Чехословакией нависла смертельная угроза со стороны фашистских агрессоров. Трудящиеся Закарпатья продемонстрировали свое единство и решимость дать отпор внешним и внутренним врагам народов Чехословакии [785, с. 239, 248, 249].

В мощную антифашистскую манифестацию вылились в Закарпатье первомайские демонстрации 1938 г., проходившие под лозунгами: «Долой поджигателей войны!», «Долой реакцию!», «Да здравствует Советский Союз — надежный оплот мира и всех трудящихся!», «Да здравствует единый рабочий и народный фронт!».

Свое отношение к фашистским агрессорам и их агентам в Закарпатье трудящиеся четко выразили во время частичных муниципальных выборов, которые проходили здесь в мае — июне 1938 г. В 60 населенных пунктах за коммунистов было отдано 6582 голоса, на 2443 голоса больше, чем во время предыдущих выборов, тогда как Русская национально-автономная партия потеряла две трети голосов, прохортистская партия Автономный земледельческий союз — половину голосов [785, с. 240].

Таким образом, в ходе острых классовых боев в Закарпатье произошли существенные сдвиги в деле достижения единства действий трудящихся, возглавляемых коммунистами, в усилении их политической активности и революционной сознательности как яркое подтверждение влияния идей Великого Октября на все сферы общественно-политической жизни.

Согласно переписи 1930 г. на территории Закарпатья проживало 858,7 тыс. человек, в т. ч. 528 тыс. украинцев [799, с. 412].

В 1938 г. в Закарпатье действовало 6 больниц, в которых медицинскую помощь оказывали 16 врачей и 38 субординаторов. Плата за лечение в сутки достигала от 20—23 до 70—75 крон, тогда как средняя заработная плата рабочего составляла от 8 до 10 крон в день. В то время в Закарпатье насчитывалось всего 316 врачей, подавляющее большинство которых занималось частной практикой [731, с. 591].

Значительные сдвиги в 20—30-х годах произошли в Закарпатье в области культурной жизни, что явилось также результатом, прежде всего, революционно-освободительной борьбы трудящихся масс. В 1938 г. в крае насчитывалось 792 начальные, 44 горожанские (неполные средние) школы и 8 гимназий, в которых 3320 учителей обучали 144822 ученика [861, с. 65]. В соответствии с чехословацкой конституцией право на образование формально имели все граждане страны независимо от их национальной принадлежности, вероисповедания и имущественного ценза. Но, разумеется, реакционные правители делали все, чтобы преградить детям трудящихся доступ к образованию. Достаточно сказать, что в 1927 г. 36 проц. детей крестьян и рабочих края осталось вне школы, а грамотность населения составила 51,67 процента [1012, с. 123].

Разжигая т. н. языковую борьбу между «автохтонами», «украинофилами» и «русофилами», господствующая чешская буржуазия проводила в Закарпатье политику принудительной чехизации украинского населения. По решению наивысшего административного суда Чехословакии от 28 июня 1925 г. украинский язык был признан «чужим» для украинского населения Закарпатья. В связи с этим постепенно закрывались украинские школы, а вместо них появлялись чешские. В 1931/32 учебном году почти каждая третья начальная школа в Закарпатье была с чешским языком обучения.

В 20—30-х годах в Закарпатье выходило более 80 газет и журналов. Подавляющее большинство их было органами буржуазных партий, но и те, что прикрывались лозунгами «беспартийности», в действительности защищали интересы правящих кругов.

Настоящим выразителем дум и стремлений трудящихся масс была только коммунистическая печать. Это, в частности, «Карпатська правда», «Мункаш уйшаг» (1920— 1938) —органы крайкома КПЧ, «Голос життя» (1929— 1938) — орган руководимого коммунистами Союза работающего крестьянства, комсомольская газета «Працююча молодь» (1926—1933), орган Красных профсоюзов «Карпатський пролетар» и др. В 30-х годах выходило литературно-публицистическое приложение к «Карпатській правді» — «Карпатська правда. — Прилога». Кроме того, почти ежегодно издавались Календари «Карпатської правди» типа литературно-художественных альманахов.

Значительную роль в развитии культуры и литературы в Закарпатье сыграл журнал «Наша земля» (1927— 1929). С 1923 по 1937 г. украинский писатель и педагог А. И. Маркуш на собственные деньги издавал в Тячеве журнал для детей «Наш рідний край», который знакомил читателей с природой, населением и культурой Закарпатья. В нем печатались также фольклорные материалы и стихотворения молодых поэтов.

В 20-х годах в Ужгороде был открыт первый в истории края профессиональный театр. Его первым директором был выдающийся украинский актер и режиссер Н. К. Садовский, находившийся в 1921—1923 гг. в Закарпатье. В Ужгороде и других городах края театр показал много спектаклей по произведениям классиков украинской, русской и зарубежной драматургии. Однако, лишенный какой-либо финансовой поддержки со стороны правительства, в 1930 г. он прекратил свою деятельность [805, с. 158, 159].

Заметных успехов в Закарпатье достигло изобразительное искусство. Закарпатские художники создали свою местную школу живописи, продолжавшую лучшие реалистические традиции мирового искусства. Здесь работали такие мастера кисти, как И. И. Бокшай, A.М. Эрдели, Э. Р. Грабовский, Ф. Ф. Манайло и ряд других, чье творчество уже в то время было известно далеко за пределами края [805, с. 160]. Коммунистическая печать («Карпатська правда», «Голос життя» и др.) популяризовала лучшие достижения украинской и русской классической и советской литературы. Благодаря ей здесь были хорошо известны произведения Т. Г. Шевченко, Марко Вовчок, Л. И. Глибова, В. С. Стефаника, И. Я. Франко, Максима Горького, B. В. Маяковского, В. Н. Сосюры и др. Их художественное слово способствовало повышению классовой сознательности трудящихся.

У истоков новой украинской литературы в Закарпатье стояли прозаики Л. В. Демьян, А. И. Маркуш, В. С. Бренджа-Донский, которые были наиболее видными представителями реалистической прозы этого периода. Активно включился в литературную жизнь 20-х годов и поэт Ю. В. Боршош-Кумятский. В досоветское время он издал 8 сборников стихов. Его поэзия гневно клеймила колонизаторскую политику в Закарпатье, призывала трудящихся к борьбе за правду и свободу. Почти одновременно с Ю. В. Боршош-Кумятским пришел в литературу сатирик и юморист Марко Бараболя (Иван Рознийчук). В своих произведениях он едко высмеивал т. н. языковую борьбу, разжигаемую представителями власти, гневно клеймил продажничество «вождей» буржуазных партий и группировок.

Демократический характер имело творчество Николаи Божук и Марии Тисянской. В 30-е годы первые книжки стихов напечатал Ф. М. Потушняк; со стихами и рассказами выступал А. М. Патрус-Карпатский.

С осени 1938 г. в истории трудового народа Закарпатья начался один из самых мрачных периодов. В сентябре 1938 г. в результате мюнхенского сговора империалистических хищников Чехословакия была отдана на растерзание фашистской Германии и ее союзникам по агрессии.

Создавшейся обстановкой поспешили воспользоваться реакционные силы Закарпатья в лице буржуазных и буржуазно-националистических партий. Выполняя волю своих зарубежных хозяев, готовящихся к расчленению Чехословакии, они стали искать пути для выработки общей платформы действий. С этой целью одна из групп буржуазных партий создала т. н. Русскую раду, которая объединяла бродиевцев, фенциковцев, карпаторусских аграрников. Группа этих политиканов вступила в союз с Венгерской объединенной партией.

Так был оформлен альянс политических партий, действовавших в Закарпатье заодно с хортистской Венгрией.

Украинские буржуазные националисты, в свою очередь, создали т. н. Украинскую народную раду, куда вошли Волошин, братья Бращайки и другие.

Стремясь ослабить силу народных масс в борьбе против фашистских захватчиков, эти изменники и предатели начали добиваться немедленного отделения Закарпатья от Чехословакии. 11 октября 1938 г. в Закарпатье было создано автономное правительство Подкарпатской Руси во главе с А. Бродием, который давно уже служил верой и правдой венгерским фашистам и прилагал все усилия для быстрейшего порабощения Закарпатья хортистской Венгрией. За свою деятельность 25 октября 1939 г. А. Бродий был арестован по распоряжению правительства Чехословакии, а новым премьером автономного правительства Закарпатья назначен А. Волошин [785, с. 254]. Волошин и его сподвижники начали с запрета деятельности Закарпатской краевой коммунистической организации, как и других массовых прогрессивных организаций трудящихся, конфискации их имущества и документации, закрытия всей коммунистической печати, массовых арестов и усиления репрессий и террора в крае.

По образцу и подобию гитлеровских фашистов волошинцы создали униатскую профашистскую партию Украинское национальное объединение (УНО), террористическую гвардию — Карпатскую сечь, которую вооружили и обучали эсэсовцы. Превратившись в послушную марионетку гитлеровской Германии, действуя под патронатством гитлеровцев, волошинское автономное правительство усилило действия, направленные на развал Чехословакии. Волошинцы провоцировали анти-чешские конфликты. Они развернули бешеную пропаганду о создании на базе «Карпатской Украины» «великой соборной Украины». Этим бредовым идеям волошинских горе-«завоевателей» была дана достойная отповедь на XVIII съезде ВКП(б).

Действия украинских буржуазных националистов, однако, пришлись по душе всей европейской реакции, которая видела в них еще один способ направить агрессию гитлеровской Германии на Восток, против СССР. Не остался в стороне от этой затеи п Ватикан, усилив пропаганду крестового похода «за освобождение Украины», подхваченную униатской церковью в Закарпатье. 2 ноября 1938 г. фашистские арбитры в Вене — министры иностранных дел Германии и Италии, рассмотрев притязания Венгрии на значительную часть территории Чехословакии, включая и территорию Закарпатья, решили спор в пользу хортистской Венгрии. В результате этого произвола 1523 кв. км (12,1 проц.) территории Закарпатья с населением 173 233 человека (23,88 проц.), включая Ужгород, Мукачево, Берегово, были отданы Венгрии [662, с. 500]. После венского арбитража националисты перебрались в Хуст, сделав его «столицей», и с еще большим рвением стали служить фашистской Германии. Волошинцы и возглавляемое ими «автономное правительство» широко распахнуло дверь для разных белогвардейцев, петлюровцев [662, с. 503]. Фактическим правителем Карпатской Украины был германский консул в Хусте Гофман. Его действиями руководило германское посольство в Праге. Перед ним отчитывались министры марионеточного правительства, он санкционировал его «распоряжения».

Коммунисты Закарпатья, уйдя в глубокое подполье, руководили борьбой против фашистских агрессоров и их ставленников. Эта борьба велась как на оккупированной хортистской Венгрией, так и на остальной территории Закарпатья. В городах и селах, оказавшихся под пятой венгерских захватчиков, коммунисты вели работу по разоблачению антинародной, реакционной сути хортистского режима.

Большую работу в условиях волошинского режима проводили коммунисты, возглавляемые А. А. Борканюком, И. И. Туряницей, С. Л. Вайсом, Д. П. Поповичем, Г. Феером, которые после захвата фашистской Венгрией Ужгорода нелегально переехали в Хуст.

Краевой комитет партии нацеливал трудящихся на борьбу против буржуазных националистов и их человеконенавистнической идеологии, за укрепление братского союза между трудящимися всех национальностей Чехословакии, за ориентацию внешней политики на миролюбивые силы во главе с Советским Союзом, против агрессивных действий гитлеровской Германии и ее сателлитов. Многим коммунистам удалось проникнуть в волошинские организации, где они проводили работу по разоблачению реакционной политики Волошина и его приспешников. Благодаря этому трудящиеся Закарпатья во многих населенных пунктах бойкотировали разыгранную правительством Волошина комедию выборов в «автономный сейм» Карпатской Украины, состоявшихся 12 февраля 1939 г. [924, с. 276].

С одобрения Берлина 14 марта 1939 г. волошинцы провозгласили «самостоятельность» Карпатской Украины, президентом которой стал А. Волошин, а премьер-министром — Ю. Ревай. Будучи верными холуями Гитлера, они обратились к нему с просьбой установить над «самостоятельной Карпатской Украиной» протекторат фашистской Германии. Однако Берлину к этому времени уже не нужна была игра ни в «протекторат», ни в «самостоятельность» своих марионеток. Еще 12 марта гитлеровская Германия дала свое согласие на захват Закарпатской Украины хортистской Венгрией, армия которой в ночь на 15 марта начала оккупацию края.

18 марта Закарпатье было полностью оккупировано фашистской Венгрией. Верховоды «самостоятельной Карпатской Украины» поспешно бежали через Румынию и Югославию в Германию, к своим покровителям [924, с. 283].

Советское правительство в ноте от 18 марта 1939 г. решительно осудило этот произвол хортистской Венгрии как нарушение элементарных прав населения Закарпатской Украины. Твердая позиция Страны Советов явилась большой моральной и политической поддержкой трудящихся Закарпатья в их борьбе против фашистского порабощения.

Оккупанты установили в Закарпатье режим полного экономического закабаления и кровавого террора, который приобрел особо жестокие формы в то время, когда военные действия приблизились к Карпатам [746, с. 442].

Для устрашения населения оккупанты в первые дни порабощения края без суда и следствия расстреляли сотни людей. В с. Криве Хустского района, где находился концлагерь, узников по 40—50 человек вывозили на берег Тисы, убивали, а трупы сбрасывали в воду [664, с. 385].

Почти шесть лет продолжался кровавый разгул фашистского террора в Закарпатье. Патриотами и антифашистами были переполнены концлагеря и тюрьмы, в которые часто были превращены даже школьные помещения. По неполным данным Чрезвычайной комиссии по расследованию зверств и преступлений, совершенных в период оккупации Закарпатья хортистской Венгрией, в тюрьмы и концлагеря было брошено 183 395 человек, из которых 114 982 человека замучены и расстреляны [582, л. 34, 35].

Фашисты начали грабеж Закарпатья, его природных богатств, сопровождавшийся жестокой эксплуатацией и разорением трудящихся. В 1940 г. по сравнению с 1939 г. количество вывезенного леса из Закарпатья в Венгрию возросло в два раза. Было демонтировано и вывезено оборудование Чинадиевской спичечной фабрики, Фридешевского металлообрабатывающего завода, кирпичных заводов, мебельных предприятий, Мукачевской табачной фабрики и др. На оставшихся предприятиях был введен военный режим. Рабочий день здесь длился по 10—12, а местами по 14—16 часов при заработной плате 2 пенге.

Непосильные налоги, произвол помещиков, кулаков и ростовщиков, постоянные реквизиции приводили к полнейшему разорению многих мелких и средних крестьянских хозяйств.

Положение трудящихся Закарпатья еще больше ухудшилось в связи с вступлением Венгрии в войну. На их плечи легли всевозможные военные поборы, увеличение налогового бремени, инфляция. В 1941—1944 гг. захватчики реквизировали 78,3 тыс. голов крупного рогатого скота, 22,4 тыс. лошадей, 25,6 тыс. свиней, 18,6 тыс. овец, 105,8 тыс. домашней птицы, 8.8 тыс. пчелосемей, 1128,8 тыс. цнт зерна, 130 тыс. цнт муки [664, с. 386, 387].

Усилился политический террор, сопровождавшийся разгулом венгерского национализма и шовинизма, преследованием всего, что было связано с украинской и вообще славянской культурой.

Сознание трудящихся отравляли угаром милитаризма, антисоветизма и антибольшевизма многие фашистские организации типа общества Берчени, «Зеленого Христа», «Пропаганды веры», молодежной полувоенной организации «Левенте» и др. Все прогрессивные политические организации были запрещены.

По замыслам оккупантов украинское население Закарпатья, составлявшее большинство населения края, подлежало денационализации и мадьяризации. Украинские школы закрывались. Из 430 народных школ 320 были мадьяризованы, а в 110 введен т. н. угрорусский язык [785, с. 263]. Из семи гимназий пять фашисты перевели на венгерский язык обучения. Уже в первые годы оккупации были закрыты горожанские школы в Иршаве, Воловце, Нереснице, Нижних Воротах, Ясине [805, с. 150, 151].

Борьба трудящихся Закарпатья под руководством коммунистов за свое социальное и национальное освобождение, за воссоединение с Украинской ССР не прекращалась. С марта 1939 г. в связи с тем, что члены бюро крайкома А. А. Боркашок, И. И. Туряница, С. Л. Вайс вынуждены были эмигрировать в Советский Союз, подпольный крайком партии возглавил И. Гавелка. Он и другие оставшиеся в крае партийные работники, действуя в глубоком подполье, развернули работу по налаживанию связей с подпольными группами и организациями. В Мукачеве была создана подпольная типография. В октябре 1939 г. коммунисты Закарпатья и юго-восточной Словакии были подчинены подпольному руководству Компартии Венгрии [838, с. 103]. В решении Коминтерна 16 августа 1940 г. отмечалось, что в Закарпатье действуют партийные комитеты (Ужгород), подпольные организации (Берегово, Мукачево) [785, с. 257].

Активно работали коммунисты-подпольщики в Севлюше и в окрестных селах. Нелегальные группы действовали также в Великоберезнянском районе. Немало забот оккупантам причиняли подпольные коммунистические организации в Великом Бычкове, Дубовом, Чопе, Перечине, Вилоке и других пунктах.

В 1939—1941 гг. в Воловецком, Воловском, Тячевском и других округах края действовали подпольные разведывательные группы [99, л. 52, 53, 55, 56, 58]. Они собирали данные о строительстве военных укреплений, о передвижении фашистских войск и прочее. Коммунисты Закарпатья сумели в условиях подполья выпустить ряд номеров газет. Они издавали также информационные бюллетени, листовки, которые распространяли среди трудящихся.

В сентябре 1939 г. героическая Красная Армия освободила Западную Украину и вышла на границу с Венгрией. Партийное подполье, воспользовавшись новой политической ситуацией, усилило свою деятельность. Коммунисты разъясняли трудящимся значение этого события в жизни украинского и всего советского народа, вселяли веру в неизбежность освобождения их из-под многовекового чужеземного порабощения. Поэт Закарпатья Д. О. Вакаров в своем стихотворении «Сентябрь 1939 года» писал:

Мы этот час так долго ждали,
Так много, много лет…
Я верю: скоро день настанет, исчезнут рубежи,
И между братьями не станет на севере межи [842, с. 62].

Начался массовый нелегальный переход трудящихся, особенно молодежи, в Советский Союз. К началу Великой Отечественной войны из Закарпатья в СССР перешло около 18 тыс. человек [663, с. 350]. Даже сами оккупанты вынуждены были признать, что переход трудящихся на территорию СССР стал «общекарпатским явлением» [357, л. 1].

Напуганные быстрым ростом недовольства и усилением революционно-освободительного движения патриотов-антифашистов и широких слоев трудящихся, оккупационные власти ожесточили репрессии. В августе 1940 г. была введена смертная казнь за «вооруженное насилие против органов власти», «организацию восстания или призыв к его осуществлению» [366, л. 7]. Весной 1940 г. начались массовые аресты коммунистов. К судебной ответственности было привлечено 395 человек [312, л. 8—20].

22 июня 1941 г. фашистская Германия вероломно напала на Советский Союз. На следующий день хортистская Венгрия разорвала дипломатические отношения с СССР, а 27 июня венгерская армия перешла границу и вступила в войну на стороне агрессора. С началом войны венгерское правительство приняло ряд репрессивных мер против трудящихся.

Однако сломить дух сопротивления оккупантам не удалось. Постоянную помощь патриотам-антифашистам, партийному подполью оказывало руководство Компартии Чехословакии и Компартии Венгрии в Москве. Здесь же была создана радиостанция «Голос Закарпатья», проводившая большую агитационно-пропагандистскую работу [23, л. 44]. Активными сотрудниками радиостанции были коммунисты Закарпатья С. И. Борканюк, Н. В. Климпотюк, С. Л. Вайс.

11 сентября 1941 г. в Москве состоялся Всеславянский митинг, на котором с пламенной речью выступил член Всеславянского комитета И. П. Локота, которому удалось нелегально перейти в Советский Союз. И. П. Ло-кота призвал трудящихся Закарпатья не подчиняться фашистам, саботировать их политику и действия, организовывать диверсии, создавать партизанские отряды.

Для дальнейшей активизации антифашистской борьбы и развертывания партизанского движения в Закарпатье 4 января 1942 г. возле Ясиней был высажен десант. Однако три патриота погибли в перестрелке с фашистами, а два попали в руки гестапо. Только А. А. Бор-канюку удалось добраться до Ясиней. Но 12 февраля 1942 г. и его арестовали. После длительных истязаний 3 октября 1942 г. он был казнен в будапештской тюрьме «Маргит-Керут». В предсмертном письме к близким и родным А. А. Борканюк выразил надежду, «что после этой войны наступит мир, который надолго, а может и навсегда сделает это несчастье невозможным». Советское правительство высоко оценило мужество и героизм А. А. Борканюка. В 1965 г. ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В том же 1942 г. в Великом Березном, Перечине, Великом Бычкове и других селах фашисты арестовали 137 человек. Из них 11 были осуждены к смертной казни, 15 — к пожизненной каторге, а остальные — к разным срокам заключения. 31 июля во дворе военной казармы в Ужгороде были повешены Р. Винер, А. Ленько, И. Планчак, Ш. Симкович, Д. Шенбергер, Г. Якубович. Остальным казнь заменили пожизненной каторгой [905, с. 162]. На место арестованных становились все новые и новые бойцы. В июле 1943 г. из СССР в Закарпатье выехала А. И. Туряница. Однако и она погибла от рук фашистов, не добравшись до родного края. В августе 1943 г. на полонину Менчул возле с. Драгова Хустского района приземлилась группа «За-карпатцы» во главе с венгерским интернационалистом Ф. Патаки, в состав которой входили С. Лизанец, И. Лов-га, М. Дякун, С. Чижмар, В. Чижмар и В. Цемпер. Она установила связь с подпольщиками Хустщины, Севлющины и Мукачевщины и быстро превратилась в разветвленную антифашистскую организацию. К концу февраля 1944 г. в активе группы насчитывалось более 190 человек, более 100 человек оказывали ей материальную помощь [413, л. 1, 2]. К антифашистской деятельности были привлечены патриоты сел Копашнёва, Нижнего Селища, Золотарева, Драгова, Велятина, а также Хуста. Значительную помощь разведчикам оказывали подпольщики Севлюша, Текова, Чернотисова, Вилока и некоторых сел Мукачевского и Раховского округов. Группе удалось установить контакты с закарпатскими патриотами-аптифашистами в Будапеште, где активно действовали Д. О. Вакаров, Ю. Логойда, И. Логойда, И. Вейконь, В. Орос, И. Логай.

Командование Красной Армии получало из вражеского тыла ценные данные о расположении фашистских сил, но в феврале 1944 г. на след разведчиков-партизан напала фашистская контрразведка. Место сбора партизан — дом вдовы А. Логойды — окружили жандармы. В перестрелке героически погибли С. Чижмар, С. Лизанец, В. Цемпер, а с ними и три члена семьи Логойды. После этого начались массовые аресты по всему Закарпатью. В застенки были брошены около 300 человек, 37 человек приговорены к расстрелу, а остальные — к разным срокам заключения. В апреле — июне 1944 г. в Мараморош-Сигете, Хусте, Севлюше, Чекове, Чернотисове фашисты расстреляли 30 патриотов [785, 281,282].

С приближением Красной Армии к Карпатам подпольная и вооруженная борьба против фашизма вступила в новую стадию. В развертывании освободительной борьбы большую помощь патриотам Закарпатья оказал Украинский штаб партизанского движения. Весной и летом 1944 г. начали формироваться и перебрасываться в тыл врага организованные партизанские группы. До конца сентября 1944 г. Украинский штаб партизанского движения отправил в Закарпатье для организации партизанской борьбы более 260 опытных партизан. В мае 1944 г. были десантированы на Береговщине партизанская группа им. Суворова из 11 человек (командир Г. М. Володин), а на Свалявщине — группа им. Ватутина, тоже из 11 человек (командир И. Г. Мельников); в июне — июле на Великоберезнянщине группы С. Сопилкова (15 человек), И. Маслова (16 человек), В. Лаврова (15 человек), И. Косика (14 человек), А. В. Ткан-ко (14 человек). В августе месяце на Береговщине высадились группы венгерских партизан Д. Я. Усты (23 человека), И. С. Прищепы (21 человек). На Хустщине высадилась военная разведывательная группа Я. Ванягина в количестве 16 человек. В сентябре месяце на базу А. В. Тканко приземлился отряд В. П. Русина (19 человек), а в октябре — отряды В. Буянова (21 человек), В. Хоменко (19 человек) и др. Всего в 1942— 1944 г. в край было заслано 20 отрядов и групп народных мстителей [1128].

Организаторским партизанским группам пришлось развертывать свою деятельность в исключительно трудных условиях, ввиду того, что в мае 1944 г. на территории Закарпатья объявлено чрезвычайное осадное положение [1237].

На базе партизанских групп вскоре выросли крупные партизанские отряды и соединения. Партизанский отряд Героя Советского Союза подполковника А. В. Тканко за четыре месяца боевых действий вырос в соединение, насчитывавшее 883 бойца, партизанские группы Д. Усты — И. С. Прищепы, В. П. Русина — в партизанские соединения, насчитывавшие по 250 человек. Всего в партизанских отрядах и соединениях к концу их боевых действий насчитывалось 1700 человек, которым помогали более тысячи подпольщиков из партизанского резерва. Партизаны активно действовали в 11 округах Закарпатья, то есть практически пламенем партизанской войны был охвачен весь край. За время деятельности партизаны Закарпатья осуществили более 130 боевых операций и диверсий, в результате чего уничтожено около 3 тыс. солдат и офицеров врага, 1359 захвачено в плен, подорвано 12 военных эшелонов и многое другое. В партизанской борьбе в Закарпатье участвовали партизаны 21 национальности из СССР и соседних стран — Венгрии, Чехословакии, Польши, Румынии.

В период массового партизанского движения в тех населенных пунктах Закарпатья, где действовали подпольные коммунистические группы и партизанские отряды, возникали подпольные Народные комитеты — сначала как органы руководства антифашистской борьбой, а вскоре — как первые органы власти трудящихся [730, с. 164].

Многие закарпатцы принимали активное участие в борьбе против фашистских агрессоров за освобождение родного края, сражаясь за его пределами. Так, в 1-м Чехословацком армейском корпусе под командованием Л. Свободы в августе 1943 г. из 3517 военнослужащих было 2210 закарпатских украинцев. Они храбро сражались под Соколово, в боях за освобождение столицы Советской Украины Киева, Белой Церкви, Жашкова и других городов и сел республики. Многие закарпатцы удостоены высоких советских и чехословацких правительственных наград, а уроженцу села Дулово Тячевского района С. Н. Вайде присвоено звание Героя Советского Союза [911, с. 194].

Закарпатцы сражались в партизанских отрядах и соединениях С. А. Ковпака, А. Ф. Федорова, А. М. Сабурова, Н. И. Наумова, И. П. Федорова, М. Г. Салая, Н. И. Шукаева, в межобластной антифашистской организации «Народна гвардія ім. Івана Франка», а также принимали участие в известном Карпатском рейде партизанского соединения С. А. Ковпака [785, с. 276—280]. Своей мужественной борьбой против фашистских захватчиков и поработителей трудящиеся Закарпатья оказывали посильную помощь героической Красной Армии в осуществлении ее священной освободительной миссии, ускорении долгожданного освобождения.

Навечно вошли в историю Закарпатья осенние дни 1944 г. Доблестные воины 4-го Украинского фронта под командованием генерал-полковника И. Е. Петрова, в состав которого входили 1-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника А. А. Гречко, 18-я армия под командованием генерал-лейтенанта Е. П. Журавлева, 8-я воздушная армия под командованием генерал-лейтенанта авиации В. Н. Жданова, а также 17-й отдельный гвардейский корпус под командованием генерал-майора А. И. Гастиловича и другие части, сломив сопротивление врага, протянули руку братской помощи измученному населению Закарпатья.

Операция по преодолению восточных Карпат продолжалась в течение двух месяцев [800, с. 58]. Первыми начали боевые действия по освобождению Закарпатья 18-я армия и 17-й гвардейский корпус. Трудная задача выпала на долю героев-освободителей. Им противостояли крупные вражеские силы — 7 пехотных дивизий венгерской армии, одна легкопехотная и две горнострелковые бригады немцев, много отдельных батальонов. К тому же на их пути, кроме сложных естественных преград, были мощные сооружения т. н. линии Арпада, которую венгерские фашисты сооружали в течение многих лет. Линия эта состояла из 99 опорных пунктов, 1100 дотов и дзотов, окопов длиной в 535 км, противотанковых рвов.

2 октября 1944 г. войска армии в составе 18-го гвардейского стрелкового корпуса, 95-го стрелкового корпуса и 17-го гвардейского стрелкового корпуса повсеместно перешли в наступление и в ходе тяжелых кровопролитных боев прорвали оборону противника по всей полосе действия, продвинувшись вперед на глубину до 18 км. При этом части 24-й стрелковой дивизии освободили ряд населенных пунктов, в т. ч. Вербяж, Ждэнево, части 351-й стрелковой дивизии — села Нижние Ворота, Воловец, Изки, Пилипец, Торунь, Репинное, 2-я воздушно-десантная дивизия — с. Подполозье. К 18 октября соединения 17-го гвардейского корпуса освободили Рахов, Кобылецкую Поляну, Великий Бычков, Солотвину и много других населенных пунктов. Одновременно 18-й гвардейский стрелковый корпус, действуя на правом фланге армии в районе Ужокского перевала, который особенно упорно удерживался немецкими и венгерскими войсками, к 16 октября, прорвав оборону противника на Ужокском перевале, освободил села Ужок и Волосянку.

Преодолев Водораздельный хребет, войска Красной Армии развили стремительные действия по освобождению Закарпатья. 18—26 октября 17-й гвардейский корпус, наступая вдоль р. Тисы, освободил Тячев, Хуст, Севлюш, Берегово, многие другие населенные пункты. 24 октября 30-й стрелковый корпус совместно с армейской механизированной группой освободил Сваляву, а 26 октября с 351-й стрелковой дивизией они вступили в г. Мукачево. 18-й гвардейский стрелковый корпус к 26 октября освободил Великий Березный, Дубринич и другие населенные пункты. Части 24-й стрелковой дивизии, наступая в Турянской долине, 27 октября освободили Перечни.

27 октября соединения 30-го и 18-го гвардейского стрелковых корпусов и армейская механизированная группа принесли долгожданную свободу жителям Ужгорода, а 28 октября соединения 17-го гвардейского стрелкового корпуса изгнали фашистов из Чопа.

Со слезами радости на глазах, колокольным звоном, сердечными объятиями, хлебом-солью, цветами в обстановке всенародного ликования встречали трудящиеся Закарпатья советских воинов.

Подвиг советских воинов в Карпатской операции высоко оценен партией и правительством. Москва трижды — 18, 27 и 30 октября 1944 г. салютовала доблестным освободителям Закарпатья. 17-му гвардейскому стрелковому корпусу и 138-й стрелковой дивизии за успешные боевые действия в Карпатах присвоено звание «Карпатских». Этого звания удостоены еще 40 соединении и частей. 8 полков и подразделений получили звание «Мукачевских» и 10 — «Ужгородских». За отличное выполнение заданий командования во время освобождения Закарпатья, мужество и героизм воинов 6 соединений и частей награждены орденами Красного Знамени, 7 — орденами Суворова, 5 — орденами Кутузова, 3 — орденами Александра Невского, 21 — орденами Богдана Хмельницкого и 19 — орденами Красной Звезды. Свыше 10 тыс. солдат, сержантов и офицеров были награждены орденами и медалями, около 30 получили звание Героя Советского Союза, среди них: генерал-майор М. И. Колдубов, подполковник И. А. Анкудинов, ст. лейтенант Ф. Н. Ижедеров, сержант Росул Исетов, рядовой В. П. Иваненко и другие.

Оценивая военную операцию по освобождению Закарпатья, Л. И. Брежнев писал: «Карпатская операция явилась серьезным испытанием для всего личного состава армии, от солдата до генерала. Это испытание выдержано успешно. Оно показало оперативность и высокую воинскую культуру нашего генералитета, сумевшего в сложных условиях горно-лесистого театра действий успешно решить вопросы как тактического, так и хозяйственного порядка» [117, л. 369].

В ходе освобождения Закарпатья враг понес огромные материальные и людские потери. Он потерял свыше 20 тыс. убитыми и ранеными. Свыше 20 тыс. вражеских солдат было взято в плен, уничтожено и захвачено сотни артиллерийских орудий и минометов, свыше 1000 пулеметов, более 12 тыс. винтовок и автоматов. Образцы храбрости, талант полководцев, высокие организаторские способности в боях за освобождение Закарпатья проявили военачальники: И. Е. Петров, А. А. Гречко, Е. П. Журавлев, А. И. Гастилович, В. Н. Жданов, С. Е. Колонии, И. И. Мельников, И. М. Афонин, А. Я. Веденин, Г. С. Лазько, Н. Г. Брилев, С. Ф. Фролов, Д. П. Подшивайлов, М. Г. Тетенко, С. М. Черный, И. И. Подопригора, Н. Т. Жердиенко, П. Г. Акулов, И. Ф. Хомич, В. Е. Васильев, Д. А. Ольховенко, И. М. Мо-рус, И. Ф. Дударев, Ф. А. Прохоров и другие.

В борьбе за освобождение края погибли 10 060 солдат и офицеров Красной Армии. 41 381 человек был ранен, 1806 пропали без вести [1118]. Трудящиеся Закарпатья вечно будут чтить память о бессмертных героях великой семьи братских народов Советского Союза. В ознаменование полного изгнания немецко-фашистских захватчиков с украинской земли на околице Ужгорода — на советско-чехословацкой границе — сооружен величественный монумент советскому воину-освободителю.

Освобождение Закарпатья Красной Армией явилось поворотным пунктом в истории его трудового населения.

Коммунистическая организация, выйдя из подполья, развернула Широкую политическую и организаторскую работу. По всему Закарпатью с первых дней освобождения стали создаваться Народные комитеты — органы подлинно народно-демократической власти.

Говоря об обстановке в крае в те дни, участник освобождения Закарпатья, Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежнев писал: «Атмосфера свободы пробудила к политической активности все население Закарпатской Украины. Оно встречало нас как братьев-освободителей. Повсюду создавались Народные комитеты, готовился их первый съезд» [11, с. 52].

В октябре — ноябре 1944 г. Народные комитеты были избраны во всех городах и селах Закарпатья. Выборы в Народные комитеты — впервые за всю историю существования Закарпатья — были действительно демократическими. Всем гражданам, которым ко дню выборов исполнилось 18 лет, независимо от пола, национальности, вероисповедания, профессии, занимаемой должности, была предоставлена возможность осуществить свои избирательные права: право избирать и быть избранным. В результате этого в Народные комитеты были избраны рабочие промышленных предприятий, лесорубы, крестьяне, учителя — все те, кто в дни фашистской оккупации доказал верность своему народу.

Во время выборов трудящиеся проявили большую активность и политическую зрелость. Они избрали в органы народной власти наиболее преданных борцов за народные интересы, несмотря на противодействие со стороны враждебных элементов [935, с. 72].

Народные комитеты объединили вокруг себя все трудовые слои населения для строительства новой жизни. Взяв власть в свои руки, трудящиеся массы Закарпатья решили тем самым вопрос о своем будущем, национальном и государственном возрождении. С первых дней после освобождения в крае развернулось массовое движение за выход Закарпатской Украины из состава Чехословакии и воссоединение ее с Советской Украиной.

В городах и селах проходили массовые собрания и митинги, на которых принимались решения, резолюции, петиции к ЦК ВКП(б), Советскому правительству и командованию Красной Армии с единодушным требованием воссоединения Закарпатья с Советской Украиной [664, с. 51, 53, 54]. В авангарде этого движения шли коммунисты.

В начале ноября 1944 г. Народные комитеты развернули большую работу по оказанию помощи Красной Армии. Более 30 тыс. закарпатцев добровольно вступили в ее ряды, а также в состав 1-го Чехословацкого армейского корпуса, чтобы ускорить разгром ненавистного фашистского врага, 15 тыс. из них были награждены орденами и медалями.

Рабочие и крестьяне сразу же активно включились в восстановление дорог и мостов, чтобы помочь продвижению советских воинских частей. Только в один воскресник в январе 1945 г. в Хусте на восстановительные работы вышло свыше 3 тыс. человек. Командование Красной Армии высоко оценило эту помощь населения [1099].

Проводилась работа по возобновлению деятельности коммунистической организации Закарпатья, понесшей тяжелые потери в годы фашистской оккупации. 13 ноября 1944 г. в Мукачеве состоялось партийное совещание. На нем был избран организационный комитет, которому поручалось провести подготовку по созыву конференции Коммунистической партии Закарпатской Украины.

19 ноября 1944 г. Первая конференция Коммунистической партии Закарпатской Украины начала свою работу в г. Мукачеве. В ней приняли участие 294 делегата, представлявших около 3500 коммунистов. Конференцию открыл председатель оргкомитета И. И. Туряница. Партийная конференция указала на историческое значение освобождения Закарпатья героической Красной Армией, подчеркнула единодушное стремление трудящихся края к воссоединению с родными братьями в Стране Советов и поставила перед коммунистами задачу на предстоящий период.

Первая партийная конференция коммунистов Закарпатья единодушно приняла резолюцию «О воссоединении Закарпатской Украины с Советской Украиной». Она провозгласила, что все коммунистические организации края объединяются в единую партию — Коммунистическую партию Закарпатской Украины. В состав Центрального Комитета КПЗУ вошли: С. И. Борканюк, C. Л. Вайс, И. М. Ваш, М. И. Гандера, И. М. Желизко, И. Ю. Керча, Н. В. Климпотюк, И. Д. Ледней, И. И. Лов-га, М. В. Мацканюк, И. Ю. Раточка, Д. М. Тарахонич, А. И. Тимко, И. И. Туряница, В. И. Фущич, Н. И. Черничко и другие — всего 24 человека. Первым секретарем ЦК КПЗУ был избран И. И. Туряница.

После создания КПЗУ движение за воссоединение вступило в решающую стадию. Народные комитеты под руководством партийных организаций развернули подготовку к Всезакарпатскому съезду Народных комитетов, которому предстояло создать единую централизованную власть для претворения в жизнь волеизъявления народных масс о воссоединении края с Советской Украиной. Инициатором созыва выступил Ужгородский городской Народный комитет, который обратился с письмом к Мукачевскому городскому и Хустскому окружному Народным комитетам с предложением создать организационный комитет по созыву съезда. 19 ноября 1944 г. в Мукачеве была образована комиссия, принявшая решение провести 1-й съезд Народных комитетов.

Исторический съезд Народных комитетов Закарпатской Украины открылся 26 ноября 1944 г. в зале мукачевского кинотеатра. Сюда со всех концов Закарпатья прибыло 663 делегата, в т. ч. крестьян — 258, рабочих — 178, интеллигенции — 172 и представителей других слоев населения — 55. Делегаты съезда представляли многонациональную семью народов Закарпатья — украинцев, венгров, словаков, немцев, румын и др. Это были подлинные избранники народа, представлявшие все трудовое многонациональное население Закарпатья.

На съезде, кроме делегатов, присутствовали 116 гостей — представителей армии-освободительницы. В их числе были начальник политотдела 18-й армии Л. И. Брежнев, командиры партизанских соединений и отрядов, Герой Советского Союза А. В. Тканко, В. П. Русин, И. С. Прищепа, Д. Я. Уста и другие.

В центре внимания съезда стоял вопрос о воссоединении Закарпатья с Советской Украиной. Идея о воссоединении прозвучала во всех выступлениях делегатов. «Мы требуем воссоединения Закарпатской Украины с Советской Украиной!», «Только воссоединившись с Советской Украиной в семье братских народов Советского Союза, мы обеспечим свободу национального развития, внутренний экономический расцвет!» — такова была воля делегатов съезда. И он осуществил ее. В единодушно принятом делегатами съезда Манифесте провозглашалось:

1. Воссоединить Закарпатскую Украину со своей великой матерью — Советской Украиной.
2. Просить Верховный Совет Украинской Советской Социалистической Республики и Верховный Совет Союза Советских Социалистических Республик включить Закарпатскую Украину в состав Украинской Советской Социалистической Республики.
3. Избрать Народную Раду Закарпатской Украины как единую центральную власть, действующую по воле парода на территории Закарпатской Украины.
4. Уполномочить и обязать Народную Раду Закарпатской Украины осуществить решение съезда о воссоединении Закарпатской Украины с Советской Украиной [648, с. 16].

Весь зал стоя приветствовал принятие Манифеста. Вспоминая эти волнующие минуты, Л. И. Брежнев писал: «Присутствуя затем на съезде, я видел, с каким огромным энтузиазмом было принято историческое решение о воссоединении Закарпатья с родным пародом» [11, с. 52]. Съезд принял также постановление о конфискации помещичьих земель и бесплатной их передаче безземельным и малоземельным крестьянам, рабочим и служащим. На съезде была избрана Народная Рада Закарпатской Украины из 17 человек, которая 27 ноября избрала Президиум и 11 уполномоченных Народной Рады по разным отраслям государственного управления и народного хозяйства. Председателем Народной Рады Закарпатской Украины был избран И. И. Туряница. Всюду проходили многолюдные демонстрации и собрания, на которых закарпатцы единодушно одобряли исторический Манифест.

17 декабря 1944 г. в Мукачеве состоялся Первый съезд молодежи Закарпатской Украины, в работе которого приняли участие 552 делегата и 218 гостей. Съезд провозгласил создание Союза молодежи Закарпатской Украины и определил его задачи на ближайший период [664, с. 126]. Съезд горячо одобрил Манифест о воссоединении Закарпатья с Советской Украиной и наметил меры по налаживанию работы среди молодежи [1096]. В том же месяце состоялись съезды женщин в Севляоше и работников искусств в Ужгороде, конгресс учителей в Мукачеве, подтвердившие единство закарпатцев, их непреклонное стремление к воссоединению с единокровными братьями [941, с. 40, 41].

Лондонское эмигрантское правительство Чехословакии, однако, не желало считаться с волей украинского населения Закарпатья. Его эмиссары прибегали к прямым провокациям, создавали «сельские управы», где преобладали кулацкие элементы или их подголоски. Была попытка даже создать «центральный орган власти» — земскую управу, делегация назначала военных комендантов, начавших преследовать активистов, запрещать распространение коммунистических газет и т. д. Это не могло не вызвать возмущения трудящихся Закарпатья. Поэтому Народная Рада издала декрет о прекращении каких-либо отношений с уполномоченными лондонского правительства [1086], и они в январе 1945 г. вынуждены были покинуть пределы Закарпатья [935, с. 72].

Опираясь па поддержку населения, Народная Рада приступила к осуществлению широкой программы социально-экономических и политических преобразований. Для охраны общественного порядка и борьбы с врагами народа были созданы милиция, новые судебные органы, прокуратура.

Неоценимую помощь в строительстве новой жизни оказывали трудящимся Закарпатья политработники 18-й армии: А. П. Буряченко, И. Г. Вепринцев, А. И. Вишняк, Н. С. Демин, С. М. Захаров, С. Е. Колонии, И. Г. Кошлев, Ф. П. Монастырский, А. Т. Мусатов, С. И. Першин, С. С. Пахомов, С. М. Пемов и другие во главе с начальником политотдела 18-й армии Л. И. Брежневым. «Теперь политработники поистине не знали ни дня, ни ночи,— вспоминает Л. И. Брежнев о том незабываемом периоде в истории Закарпатья.— Шли бои, и ни на минуту не прекращалась партийно-политическая работа в войсках. Вместе с тем надо было помочь местным товарищам, коммунистам, вышедшим из подполья, налаживать новую жизнь. Одно за другим проходили крупные политические мероприятия: партийная конференция, профсоюзный съезд, молодежная, женская конференции» [11, с. 52].

Новая жизнь в крае начиналась в трудных условиях. Оккупанты уничтожили 86 промышленных предприятий. Только в лесной промышленности было разрушено 260 помещений и сооружений, сожжено и разрушено 24 лесопильных и деревообрабатывающих завода, 232 водонапорные башни, вывезли или уничтожили большую часть паровозов, платформ [111, л. 182].

5 декабря 1944 г. Народная Рада издала декрет о ликвидации прав Чехословацкого и Венгерского государств па территории Закарпатья. Все земли, леса, железные дороги, фабрики, заводы, шахты национализировались и переходили в собственность трудящихся [1085]. Тысячи крестьянских семей получили землю. Им было бесплатно передано 59 200 хольдов земли, помещичий скот, сельскохозяйственный инвентарь и другое [36, л. 115].

Однако классовые враги не хотели мириться с поражением. Кулаки и их подголоски пытались саботировать весеннюю посевную кампанию 1945 г. с тем, чтобы сельская беднота, получившая землю, не смогла ее обработать. Коммунисты через земельные общины организовывали помощь беднякам, вдовам и сиротам в проведении весеннего сева.

Большую помощь освобожденному Закарпатью оказывало командование Красной Армии. Из фондов 4-го Украинского фронта для населения было выделено (бесплатно или по низким ценам) 433 тыс. пудов зерна, 9 тыс. пудов соли, 500 тыс. литров керосина, 450 лошадей [664, с. 4].

Военно-санитарное управление фронта открыло во всех окружных центрах и многих селах 150 медицинских пунктов, которые оказывали медицинскую помощь более 64 тыс. человек [664, с. 4].

Трудящиеся других областей Советской Украины, как родные братья, делились с закарпатцами всем, чем могли. Они прислали 9600 тонн продовольственного зерна, 200 тонн сахара, 100 тонн сельди, 300 тонн нефти, па 600 тыс. рублей швейных изделий, на 700 тыс. руб. кожаной обуви, 200 тонн хозяйственного мыла, 1000 ящиков спичек, на 100 тыс. рублей трикотажа и ниток [785, с. 331]. За этими цифрами — тысячи спасенных от смерти, возвращенных к жизни людей. Они — яркое подтверждение жизненной силы пролетарской солидарности и братского единства.

С первых дней освобождения Закарпатья народная власть энергично взялась за восстановление разрушенного оккупантами народного хозяйства. Она провела ряд мероприятий, направленных на осуществление политических и социально-экономических преобразований.

Органы народной власти сумели вовлечь самые широкие массы трудящихся в борьбу за восстановление разрушенного фашистами народного хозяйства края. Несмотря па нехватку специалистов, технического оборудования, сырья и материалов, опыта руководства народным хозяйством, темпы восстановительных работ постоянно возрастали. На 1 мая 1945 г. 174 предприятия уже давали продукцию. На них работало 16 039 рабочих [785, с. 325].

Большие социальные преобразования осуществлялись на селе. Народная власть впервые в истории края взялась за ликвидацию безземелья. Декретом Народной Рады от 19 марта 1945 г. были установлены ограничительные нормы землепользования, а свыше 10 325 га конфискованных земель предназначались для распределения между безземельными и малоземельными крестьянами [785, с. 327]. В начале 1945 г. состоялось частичное переселение крестьян с Верховины на урожайные низинные земли. В течение года сюда переселились 1472 семьи, которым было выделено 15 000 хольдов земли [785, с. 327].

Налаживалось здравоохранение. К середине апреля 1945 г. в Закарпатье уже работало 50 амбулаторий, 7 больниц, осуществлявших бесплатную медицинскую помощь населению.

Большое внимание уделяла Народная Рада культурным преобразованиям. Был издан декрет об отделении школы от церкви. В 1944/45 учебном году открыто 560 начальных и 30 горожанских школ.

Действенную помощь в культурных преобразованиях оказало трудящимся Закарпатья правительство Советской Украины. Оно помогло укомплектовать школы прибывшими из Советского Союза педагогами. Школы получили 378 тыс. экземпляров учебников. Для библиотек из Советского Союза к началу 1945 г. поступили 31,5 тыс. экземпляров художественной и политической литературы. В населенных пунктах начали демонстрироваться советские кинофильмы [863, с. 24,25]. Чрезвычайно ценной была помощь кадрами. ЦК КП (б) У по просьбе местных партийных органов и Народных комитетов уже в первые месяцы после освобождения прислал в Закарпатье сотни опытных партийных, советских, комсомольских работников, квалифицированных специалистов народного хозяйства, образования, культуры, здравоохранения. Они помогали трудящимся края осуществлять коренные социально-экономические преобразования, воспитывать кадры из местного населения. Много поучительного почерпнули трудящиеся из поездок делегаций трудящихся Закарпатья в города и села СССР.

Героическая победа советского народа над фашизмом дала возможность практически решить вопрос о воссоединении Закарпатья с Советской Украиной. Правительство Советского Союза, идя навстречу единодушным просьбам трудящихся Закарпатья, начало переговоры об этом с правительством Чехословацкой Республики. 29 июня 1945 г. в Москве был подписан Договор между СССР и Чехословацкой Республикой о воссоединении Закарпатской Украины с УССР в составе СССР [796, с. 271].

«Мы уверены,— заявил после подписания договора председатель чехословацкого правительства Зденек Фирлингер,— что воссоединение Закарпатской Украины со своей Родиной будет на пользу обеим странам, что узы, связывающие нас с вашими украинскими братьями под Карпатами в прошлом, еще сильнее скрепят наши братские дружеские отношения со всеми народами Советского Союза» [653, с. 11]. История подтвердила правдивость этих слов.

30 июня 1945 г. седьмая сессия Верховного Совета УССР приняла Закон о воссоединении Закарпатской Украины с Советской Украиной. «Воссоединение Закарпатской Украины с Советской Украиной,— говорилось в обращении сессии,— осуществлено благодаря тому, что советский народ никогда не забывал о своих единокровных братьях, что Коммунистическая партия большевиков, паше Союзное Правительство всегда стремились осуществить извечную мечту украинского народа — воссоединиться в едином государстве» [664, с. 295]. Седьмая сессия Верховного Совета Украинской ССР выразила самую сердечную благодарность великому русскому пароду [664, с. 296].

Воссоединение Закарпатья с Советской Украиной ознаменовало завершение объединения всех украинских земель в едином Украинском Советском государстве. Это было выдающееся событие в истории украинского народа, в жизни всех народов СССР. Оно открыло трудящимся Закарпатья путь к экономическому и культурному развитию.

Весть о решении сессии Верховного Совета УССР вылилась во всенародное ликование. Рабочие, крестьяне, трудовая интеллигенция, мужчины и женщины, старики и дети в праздничном убранстве, с красными флагами и лозунгами устраивали митинги, демонстрации, многолюдные собрания, на которых принимались резолюции и письма в адрес Советского правительства и Коммунистической партии с выражением благодарности за счастье и свободу. И это понятно. Ведь с этого дня они стали полноправными гражданами великого Советского Союза.

На фабриках и заводах, в колхозах и учебных заведениях, научных учреждениях всей республики состоялись многолюдные митинги. Рабочие, колхозники, интеллигенция заявляли, что они принимают в свои ряды закарпатских братьев.

Договор между Советским Союзом и Чехословацкой Республикой о Закарпатской Украине 22 ноября 1945 г. был ратифицирован Национальным собранием Чехословакии, а 27 ноября — Президиумом Верховного Совета СССР [1231]. 22 января 1946 г. Президиум Верховного Совета СССР принял указ о создании в составе Советской Украины Закарпатской области с центром в г. Ужгороде. На территории Закарпатья создавались 13 округов. Два города — Ужгород и Мукачево — были отнесены к городам областного подчинения. С 25 января 1946 г. в Закарпатской области введено законодательство Украинской Советской Социалистической Республики [1231]. Началась новая эпоха в истории воссоединенного Закарпатья — построение советского социалистического общества.

Еще раньше — 15 декабря 1945 г.— ЦК ВКП (б) принял Коммунистическую партию Закарпатской Украины в состав ВКП (б), что явилось проявлением высокого доверия к закарпатским коммунистам. Тем же решением был создан Закарпатский обком КП (б) У и утверждено бюро обкома [785, с. 333, 334].

Став гражданами Советского Союза, трудящиеся Закарпатья 10 февраля 1946 г. впервые получили возможность использовать свои политические права — избирать и быть избранными в высший орган Советского государства. В этот день они приняли участие в выборах в Верховный Совет СССР. За кандидатов в Совет Союза Верховного Совета СССР отдали свои голоса 95,8 проц. избирателей, а в Совет Национальностей — 92,1 проц. Первыми депутатами Верховного Совета СССР от Закарпатской области были избраны И. И. Туряница, И. М. Ваш, В. П. Русин, А. И. Петрище.

9 февраля 1947 г. состоялись выборы в Верховный Совет УССР. В этот день из 98,97 проц. избирателей, принимавших участие в выборах, 98,58 проц. отдали свои голоса за кандидатов блока коммунистов и беспартийных. Депутатами Верховного Совета УССР стали А. М. Билусяк, И. И. Демшин, С. М. Микуланинец, И. Д. Петрущак, Г. П. Пинчук, Д. И. Попович, А. А. Селянчина, И. И. Туряница, В. И. Черничко [1146]. Большим событием в политической жизни области были также выборы в местные Советы депутатов трудящихся, состоявшиеся 21 декабря 1947 г. Почти 100 проц. избирателей отдали свои голоса за кандидатов блока коммунистов и беспартийных. В местные органы власти было избрано 7677 человек, среди которых почти одну треть составляли женщины [1146]. Отеческую заботу проявили о трудящихся самой молодой области ЦК ВКП (б) и ЦК КП (б) У. В декабре 1945 г. в ЦК КП (б) У создан отдел по западным, Измаильской и Закарпатской областям с целью оказания им всесторонней помощи в осуществлении социалистических преобразований [785, с. 565].

В середине 1946 г. в Закарпатье было направлено около 1200 инженеров, техников, плановиков, экономистов, бухгалтеров и других специалистов [14, л. И—83]. Они сыграли исключительно важную роль в деле укрепления органов местного административного управления, в налаживании работы хозяйственных организаций, школ, культурно-просветительных учреждений, здравоохранения.

С воссоединением Закарпатья, благодаря помощи советских народов, в крае были созданы все условия для решения в кратчайший период коренных задач: индустриализации области, коллективизации сельского хозяйства и осуществления культурной революции. Конкретные задачи, касающиеся развития экономики и культуры Закарпатья, были определены в «Законе о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946—1950 годы».

В течение 1946—1950 гг. вопросы восстановления и ускоренного развития экономики и культуры области обсуждались более 20 раз ЦК КП (б) У и Советом Министров Украинской ССР, а четыре раза они были предметом обсуждения ЦК ВКП (б) [865].

Развиваясь в едином народно-хозяйственном комплексе страны и республики, опираясь на помощь и опыт других областей Украины, всех братских республик, область в исторически короткий срок сделала гигантский скачок от многовековой отсталости в век современной индустрии, передового сельского хозяйства, социалистической культуры.

Одной из самых главных задач, которые стояли перед трудящимися, была индустриализация области. Эта задача успешно решалась. На XVI съезде КП (б) У, состоявшемся в январе 1949 г., отмечалось, что в Закарпатье создано и реконструировано 116 фабрик и заводов, полностью восстановлены заводы лесопильной, деревообрабатывающей промышленности, увеличились лесоразработки. К концу 1950 г. по сравнению с 1945 г. количество действующих фабрик и заводов возросло в 7 раз, а выпуск продукции — более чем в 10 раз. За это время в строй вступило 5 новых лесозаводов, достигла довоенного уровня промышленность строительных материалов, была организована местная промышленность, реконструирована пищевая. Появились новые отрасли промышленности: угледобывающая, обувная, трикотажная.

Благодаря помощи советских народов-братьев осуществлены большие работы по реконструкции предприятий лесохимической промышленности. Оборудование для них поступало из Москвы, Новосибирска, Минска, Урала, Казахстана, Башкирии.

Одной из первых социалистических строек в области и ярким проявлением помощи советских народов трудящимся Закарпатья была Раховская картонная фабрика. За один 1946 год для ее сооружения из различных концов страны поступило 260 вагонов механизмов, оборудования, цемента, арматуры, других материалов [585, л. 39; 586, л. 2—6; 587, л. 108-110, 112,113]. Советские люди оказали помощь в создании энергетической базы области. С помощью прибывших специалистов из других областей республики были отремонтированы существовавшие и построены новые электростанции. В результате этого в 1948 г. по сравнению с 1946 г. производство электроэнергии возросло в 2,3 раза. В 1949 г. было начато строительство Теребле-Рикской гидроэлектростанции мощностью 27 тыс. киловатт.

Составной частью энергетической базы области явилась буроугольная промышленность, шефство над которой взяли шахтеры Донбасса. Они оказали помощь как оборудованием, так и квалифицированными специалистами [13, л. 203]. В результате добыча бурого угля возросла с 5 тыс. в 1945 г. до 259,4 тыс. тонн в 1950 г. Происходили изменения и в сельском хозяйстве. На протяжении 1945—1947 гг. безземельным и малоземельным крестьянским хозяйствам было бесплатно передано 68,5 тыс. га помещичьей, церковной и монастырской земли [731, с. 350]. Для проведения осенью 1945 и весной 1946 г. сева крестьянским хозяйствам государство предоставило заем в количестве 38,3 тыс. цнт семян масличных, овощных и кормовых культур, 12 тыс. тонн минеральных удобрений, более чем на 1,5 млн. рублей сельскохозяйственных машин. Народному хозяйству области было передано также около 1100 голов крупного рогатого племенного скота.

Одновременно с этим в области развернули работу по коллективизации сельского хозяйства: читали лекции, проводили беседы, массовые собрания крестьян. Постепенно трудящиеся крестьяне убеждались в правоте ленинских слов о том, что «жить по-старому… нельзя, и такое расхищение человеческих сил и труда, какое связано с мелким отдельным крестьянским хозяйством, дальше продолжаться не может» [9, с. 357].

В январе 1946 г. 20 крестьян Закарпатья приняли участие в республиканском совещании передовиков сельского хозяйства. Они побывали в передовых колхозах Киевской области и стали хорошими пропагандистами и агитаторами за колхозный строй. По инициативе одного из участников совещания В. В. Мишко и коммунистов Яворова Ужгородского района 13 марта 1946 г. здесь был организован первый в области колхоз, ныне «Авангард». В него вступило 15 бедняцко-батрацких хозяйств. Месяц спустя в пригороде Мукачева — Восвигове организована сельскохозяйственная артель им. Димитрова, в которую объединилось 23 хозяйства. Весной 1946 г. в области были также организованы 24 832 супряги и 4 совхоза.

Опираясь на богатый опыт, накопленный партией в деле проведения коллективизации, в июне 1946 г. бюро обкома партии приняло решение о создании земельных общин [786, с. 164]. Это дало возможность сплотить более бедные слои села, приобщить к активной хозяйственно-политической жизни середняка, пресечь подрывную деятельность кулачества. К началу 1947 г. в области было организовано 630 земельных общин, охвативших 108,9 тыс. крестьянских хозяйств [21, л. 83].

В борьбе за коллективизацию сельского хозяйства важную роль сыграли проведенные в ноябре 1948 г. экскурсии-поездки колхозников и крестьян-единоличников западных областей, включая и Закарпатскую, в колхозы и совхозы, на промышленные предприятия восточных областей республики. Так, более 100 закарпатцев ознакомились с хозяйствами 12 колхозов в Запорожской области, посетили Днепрогэс, завод «Запорожсталь», экспериментальную базу филиала Всесоюзного института электрификации сельского хозяйства [786, с. 165], побывали и в колхозах Киевщины. Все увиденное убедило их в бесспорных преимуществах коллективного хозяйствования. Возвратившись домой, участники поездки сразу же вступили в колхозы. Они объездили более 300 сел, где выступили с отчетами о своей поездке, рассказали о том, что они увидели собственными глазами.

Большую роль в пропаганде колхозного строя сыграли областные газеты «Закарпатська правда», «Закарпатская Украина», позднее переименованная в «Советское Закарпатье», «Молодь Закарпаття», окружные газеты. На своих страницах они публиковали серии статей и материалов под рубрикой «Что дал колхозный строй советскому крестьянству», помещали письма колхозников из других областей Украины.

С целью оказания трудящемуся крестьянству области помощи сельскохозяйственными машинами и инвентарем в 1946 г. здесь было организовано 9 машинно-тракторных станций, в которых насчитывалось 100 тракторов, 90 сеялок, 24 молотилки, 29 автомашин, 9 автопередвижных мастерских, 310 тракторных и конных плугов и другая техника.

В результате проведенной партийными организациями организационной и массово-политической работы колхозное движение в Закарпатье ускорило темпы. Так, если к началу 1948 г. в области было 27 колхозов, то к концу ноября 1948 г. их стало 188. Они объединяли около 10 200 крестьянских хозяйств [564, л. 27]. Весной 1949 г. насчитывалось уже 478 колхозов, объединивших 65 проц. крестьянских дворов, пользовавшихся 70 проц. всей пахотной земли. Ужгородский, Мукачевский, Береговский, Виноградовский округа стали округами сплошной коллективизации. В 1950 г. коллективизация в области была завершена. В колхозы объединились 112 550 крестьянских дворов, что составляло 95,2 проц. хозяйств, было обобществлено 97,2 проц. всей пахотной земли [24, л. 334; 565, л. 15].

Важным этапом в колхозном строительстве страны было укрупнение мелких колхозов. После укрупнения в Закарпатье стало 294 колхоза [786, с. 168].

Советская власть передала колхозам в вечное пользование 224,4 тыс. га пахотной земли, 133,9 тыс. га пастбищ, 123, 3 тыс. га сенокосов, почти 52 тыс. га лесов — всего 573,4 тыс. га [676, с. 20].

Перестройка сельского хозяйства Закарпатья на социалистической основе представляла собой сложный процесс и проходила в условиях, когда кулачество, духовенство и остатки украинских и венгерских буржуазных националистов пытались во чтобы то ни стало сорвать организацию колхозов, распространяли клевету на колхозный строй, запугивали крестьян. Враги колхозного строя совершили террористические акты против организаторов колхозов в Тячевском, Мукачевском, Раховском и других округах [786, с. 167]. Но трудящиеся массы дали решительный отпор проискам врагов и еще теснее сплотились вокруг родной Коммунистической партии.

Проявляя постоянную заботу об организационно-хозяйственном укреплении колхозов, партийные органы направили в села 350 коммунистов. К концу 1950 г. в области насчитывалось 225 колхозных парторганизаций и 1633 коммуниста-колхозника. В колхозах действовали 294 комсомольские организации [16, л. 4; 1240]. В процессе преобразований во всех сферах жизни быстро менялись люди, формировалось их политическое сознание, отношение к социалистическому образу жизни, к коллективному труду. На промышленных предприятиях ширились социалистическое соревнование, патриотические начинания. Широкую поддержку в Закарпатье нашел призыв трудящихся Москвы и Ленинграда выполнить послевоенную пятилетку за четыре года, а план 1948 г.— к 31-й годовщине Великого Октября. Важную роль в развертывании социалистического соревнования сыграло обращение в марте 1947 г. донецких шахтеров к свалявским лесорубам. Знатные донецкие шахтеры депутаты Верховного Совета УССР Г. Запорожец, забойщик Е. Пастухов, рабочие Н. Лукичев, А. Денисенко, бурильщик П. Малинов писали закарпатским лесорубам, что от их поставок леса многое зависит в деле восстановления Всесоюзной кочегарки [786, с. 161]. Письмо это нашло горячий отклик среди лесорубов Закарпатья. Лесорубы Свалявщины обязались отгрузить в Донбасс сто вагонов сверхпланового леса «в честь неразрывной дружбы», как отмечалось в ответном письме донецким рабочим [1158].

В области появились последователи стахаповского движения. Этому в значительной мере способствовала проводимая на предприятиях работа по повышению профессиональной квалификации тружеников — курсы по повышению квалификации, кружки технического минимума, в частности стахановские школы, стахановские «вторники», обмен опытом работы и другие формы обучения. Это дало возможность подготовить многотысячную армию кадровых рабочих, успешно использовавших новую технику, поступавшую со всех республик страны. Испытав радость социалистического труда, рабочие брали обязательства — задания пятилетки выполнить досрочно.

С энтузиазмом работали труженики колхозных полей, добиваясь высоких производственных показателей, что было достойно оценено Советским правительством. За высокие трудовые успехи в 1946—1950 гг. 1034 человека были награждены орденами и медалями, в т. ч. 24 человека за получение высоких урожаев удостоены высокого звания Героя Социалистического Труда, 50 человек стали кавалерами ордена Ленина.

Среди первых в истории Закарпатья Героев Социалистического Труда были Ф. И. Ганчев, А. М. Ладани, П. Г. Пенчев, И. С. Борат, Ю. М. Рубиш, М. И. Като, М. М. Русинко и др. В 1950 г. их плеяда пополнилась новыми мастерами высоких урожаев — Героями Социалистического Труда К. Й. Чотари, Э. И. Шошем, Г. И. Раконца, Ю. С. Мишію, Г. А. Павлюк.

Одновременно с социалистическими преобразованиями в промышленности и сельском хозяйстве происходили крупные изменения и в области благосостояния и культуры трудящихся. За короткое время в области была создана широкая сеть лечебных учреждений, оказывавших медицинскую помощь бесплатно. В 1950 г. здесь действовало 60 больниц. Население обслуживали 693 врача и 2110 человек среднего медицинского персонала [785, с. 176]. На базе местных минеральных источников организовывались санатории и дома отдыха.

Вместо старых школ и гимназий были созданы начальные, неполные средние и средние школы. В 1945/46 учебном году в области действовали 559 начальных, 182 неполные средние и 17 средних общеобразовательных школ, в которых на родном языке (украинском, русском, венгерском и молдавском) обучалось почти 113 тыс. учеников. Кроме того, было открыто 7 техникумов и училищ, 7 ремесленных и 33 вечерние школы. Для работы в этих школах только в 1945/46 учебном году в Закарпатье было направлено 883 учителя. На них опирались партийные и советские органы Закарпатья в переподготовке и повышении квалификации учителей из местной интеллигенции. Одной из первоочередных задач была ликвидация неграмотности трудящихся — тяжелого наследия многовекового чужеземного порабощения края. В 1945/46 учебном году в области было создано более 233 школ грамоты, 255 групп по ликвидации неграмотности и 521 группа для малограмотных. Ими было охвачено 19 830 неграмотных и малограмотных [22, л. 60]. Для школ грамоты было прислано 35 тыс. экземпляров учебников, переданных обучавшимся бесплатно [15, л. 81]. На протяжении 1946— 1950 гг. обучено грамоте 43 094 неграмотных и 61 725 малограмотных. Эта работа проводилась и в последующие годы [786, с. 172].

18 октября 1945 г. гостеприимно открыло дверь первое в истории края высшее учебное заведение — Ужгородский государственный университет. Его студентами стали сыновья и дочери трудящихся области. По поводу этого события буржуазная печать в одной из заметок «Советские шутки в Закарпатье» писала: «В Ужгороде открыта гимназия, которую местное неграмотное население назвало университетом». Действительность, однако, быстро доказала, что это были не «шутки», а настоящая забота Советской власти о духовном развитии трудящихся Закарпатья [1056, с. 83]. Исключительно важную роль в обеспечении учебного процесса в университете играла помощь преподавательскими кадрами. Уже в первом учебном году сюда из Киева прибыли 37 преподавателей и ассистентов. В становлении и развитии Ужгородского университета помогли Академия наук СССР и Академия наук УССР, Московский, Киевский, Харьковский, Саратовский, Львовский университеты и другие вузы.

Вскоре после воссоединения Закарпатья в августе 1945 г. было создано областное книжно-газетное издательство, которое стало выпускать общественно-политическую, производственно-техническую, сельскохозяйственную, художественную и другую литературу.

В деле подъема культурно-образовательного уровня широких народных масс Закарпатья большое значение имела деятельность клубов и библиотек. В 1950 г. во всех селах области работали библиотеки или хаты-читальни, при домах культуры и клубах насчитывалось более 1300 кружков художественной самодеятельности с общим количеством участников 18 160 человек. Систематически проводились городские, районные и областные смотры художественной самодеятельности. На республиканском смотре (январь 1951 г.) Закарпатская область заняла второе место [1061, с. 65].

Большое значение для развития культурной жизни трудящихся Закарпатья имело создание Закарпатского государственного украинского музыкально-драматического театра, который в день годовщины Великого Октября в ноябре 1946 г. начал свой первый сезон спектаклем «Под каштанами Праги» по пьесе К. М. Симонова. Осенью 1947 г. на базе Белгород-Днестровского театра в Мукачеве был создан русский драматический театр [580, л. 5]. В начале 1946 г. основана областная филармония, в состав которой вошел Закарпатский народный хор (до 1948 г.— Закарпатский государственный ансамбль песни и танца).

Плодотворную работу развернули областные отделения Союза художников и Союза писателей Украины, созданные в 1946 г. Вокруг них стали сплачиваться талантливые мастера искусства и литературы. В числе первых членов этих союзов были художники Й. И. Бок-шай, А. А. Коцка, Ф. Ф. Манайло, В. И. Свида и А. М. Эрдели, писатели Ю. А. Гойда, А. И. Маркуш, Ф. М. Потушняк и другие.

В 1947 г. начало работать областное радио. В каждом населенном пункте области открывались государственные учреждения. В 1946 г. работало 388 хат-читален, 94 сельских клуба, И окружных домов культуры, областной Дом народного творчества, 482 сельских и 1б окружных библиотек [785, с. 173].

Глубокие социалистические преобразования, осуществленные в Закарпатье к началу 50-х годов, открыли широкий простор для дальнейшего развития всех отраслей народного хозяйства, быстрого подъема материального благосостояния и культурно-образовательного уровня населения области.

Являясь составной частью хозяйственного организма Советского Союза, Закарпатье быстро превратилось из отсталого в прошлом края в индустриально развитую область. В 50-е годы вступили в строй Буштынский, Тересвянский и Должанский деревообрабатывающие комбинаты, Воловецкий, Великобычковский, Корнавский и Ясинянский лесопильные заводы, Мукачевская мебельная фабрика, Иршавский комбинат гнутой мебели, Береговский мебельный комбинат, новые шахты по добыче бурого угля, швейная фабрика и фабрика химчистки в Ужгороде и ряд других предприятий. В марте 1955 г. была пущена первая очередь Раховской картонной фабрики, а с декабря 1955 г. она заработала на полную мощность [581, л. 1].

Настоящей стройкой дружбы стала Теребле-Рикская ГЭС. На ее строительных площадках работали уральские экскаваторы, сталинградские трактора, минские автосамосвалы, челябинские бульдозеры, читинские компрессоры, московские электромоторы, ленинградское оборудование, насосы из Узбекистана, транспортеры, породоотбойные машины и пневматические инструменты из республик Прибалтики и прочее.

В сооружении первенца социалистической индустрии в Закарпатье принимали участие украинцы, русские, венгры, белорусы, румыны, армяне, грузины — представители 50 национальностей.

В 1956 г., в дни работы XX съезда КПСС, впервые дала электрический ток Теребле-Рикская ГЭС [1057, с. 74]. С пуском этой электростанции мощность закарпатской энергосистемы удвоилась.

На базе местного сырья быстрыми темпами развивалась пищевая промышленность. Строились хлебопекарни, маслозаводы, винзаводы, цехи по переработке плодов и овощей, плодоконсервные заводы, проводилась большая работа по наращиванию производственных мощностей старых предприятий, их реконструкции и техническому переоснащению, что способствовало не только быстрому увеличению объема производства, но и улучшению качества выпускаемой продукции, улучшению условий труда рабочих. Были реконструированы лесохимические заводы. В результате валовой выпуск продукции Свалявского лесохимического завода в 1957 г. по сравнению с 1947 годом увеличился в 5,8 раза, а Перечинского — в 13 раз.

Осуществлялась концентрация и специализация производства, а также реконструкция предприятий. Были объединены мебельные артели, на базе которых создавались новые крупные предприятия. В 1957 г. предприятия лесоперерабатывающей промышленности были объединены в трест «Закарпатлес», лесозаготовительной — в трест «Закарпатлеспром», пищевой — в областное управление продовольственных товаров. В 1958 г., вступил в строй Свалявский лесокомбинат. Одновременно осуществлялось техническое переоборудование промышленности области. В Закарпатье из многих промышленных центров страны поступали техника, промышленное оборудование. Рабочие Москвы, Горького и Минска присылали автомашины, Харькова, Луганска и Красноярска — паровозы и вагоны. Молодой области оказывали помощь Ленинград, Челябинск, Киев, Свердловск, Днепропетровск, Львов, Одесса, Казань и многие другие города Советского Союза.

Вместе с техникой прибывали специалисты, передававшие богатый опыт передовых методов труда лучших; предприятий страны. Между трудящимися Закарпатья и трудящимися многих областей братских республик установились дружественные связи, деловые контакты.

В свою очередь из Закарпатья в Донбасс шел крепежный лес и пиломатериалы. Мебелью Мукачевской мебельной фабрики обставлены гостиница Москвы «Метрополь», Дворец культуры московских автомобилестроителей, комфортабельные каюты океанских и речных пароходов, квартиры многих тысяч тружеников.

С большим патриотическим подъемом выполняли трудящиеся Закарпатья заказы строителей Казахской в Куйбышевской гидроэлектростанций и других крупных строек страны [1241; 1242; 1243]. Многие закарпатцы выехали на строительство Каховской ГЭС. Преобразования, происшедшие в промышленности, позволили к концу 50-х годов приступить к решению более сложных задач, связанных с дальнейшим развитием этой отрасли народного хозяйства. Важным достижением в индустриализации Закарпатья явилось строительство предприятий, положивших начало таким отраслям промышленности, как приборостроение, станкостроение, электроэнергетика. Среди предприятий, вступивших в строй в конце 50-х — первой половине 60-х годов, были Ужгородский механический завод, Ужгородский авторемзавод, заводы «Мукачевприбор», «Ужгородприбор», специализированные цехи дерево-стружечных плит на Свалявском и Тересвянском деревообрабатывающих лесокомбинатах, завод железобетонных конструкций и многие другие.

Важным шагом на пути дальнейшего развития промышленности области явилось выполнение заданий, намеченных планом развития народного хозяйства на 1966—1970 гг. На развитие промышленности в годы восьмой пятилетки плодотворное влияние оказали осуществление на новой основе отраслевого принципа управления промышленностью и строительством, а также введение в соответствии с решениями сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС и XXIII съезда партии новой системы планирования и экономического стимулирования. За пятилетие объем промышленного производства Закарпатья увеличился на 75 проц. (вместо 56 проц. по плану). При этом 60 проц. прироста было получено за счет повышения производительности труда, возросшей на 42 процента [29, л. 13].

В восьмой пятилетке интенсивно расширялись действовавшие и строились 60 новых промышленных предприятий и цехов, в т. ч. Свалявский стеклотарный, Береговский майоликовый и перлитный, Иршавский винодельный заводы, Ужгородский экспериментальный завод газотранспортных турбоустановок. Большое внимание уделялось индустриализации ранее экономически отсталых горных районов — Воловецкого, Межгорского, Раховского и Тячевского.

На качественно высшую ступень своего развития поднялась промышленность области в последующие годы, что явилось результатом осуществления взятого XXIV и XXV съездами КПСС курса на интенсивные методы ведения хозяйства, повышение эффективности производства, рост производительности труда и ускорение научно-технического прогресса.

За годы девятой пятилетки построены 62 промышленных комплексно-механизированных и автоматизированных предприятия и крупных цеха. Промышленность освоила более тысячи новых образцов продукции. В 1975 г. в области выпускалось 170 промышленных изделий с государственным Знаком качества против 16 — в 1972 году [1122].

Ускоренными темпами развивались отрасли промышленности, определяющие научно-технический прогресс в народном хозяйстве. Так, объем производства на предприятиях станкостроительной промышленности возрос в 1,7 раза.

В девятой пятилетке проведено объединение мелких и средних родственных предприятий в крупные объединения, что создало лучшие возможности для внедрения достижений науки и техники, повышения качества производства. Среди таких объединений — «Закарпатлес», Закарпатское обувное производственное объединение, Закарпатское производственное объединение молочной промышленности, Закарпатское производственное объединение мясной промышленности и другие.

Еще более динамично развивалась экономика области в десятой пятилетке. В народное хозяйство области в том пятилетии было вложено свыше 1,5 млрд, рублей, или на 43 проц. больше, чем в девятой пятилетке [1140]. За это время построено 28 новых промышленных объектов. Объем промышленного производства по сравнению с предыдущей пятилеткой увеличился на 44,8 проц. при плане 42,7 проц. Прирост промышленной продукции составил около 600 млн. рублей.

Последовательно проводилась работа по повышению технического уровня производства, внедрению новой техники, улучшению качества продукции. За годы десятой пятилетки освоено 1214 новых видов изделий, в т. ч. 96 — впервые в СССР. К концу 1980 г. в промышленности области действовало 420 поточных, 727 механизированных поточных и 87 автоматических линий. В производство внедрено свыше 62 тыс. рацпредложений и изобретений, за счет которых достигнуто среднегодовой экономии 67 млн. рублей и условно высвобождено 10 тыс. человек. Выпуск изделий с государственным Знаком качества увеличился за пятилетие в 8 раз [1140]. В области работало более 500 комплексных творческих бригад и общественных конструкторских бюро.

Невиданные преобразования в ходе социалистического строительства произошли в сельском хозяйстве Закарпатья. С завершением коллективизации трудящееся крестьянство Закарпатья, влившись в единую семью колхозных тружеников страны, стало жить ее интересами. Важную роль в укреплении колхозного строя сыграло начавшееся в 1950 г. укрупнение колхозов. К концу 1965 г. в области насчитывалось 148 колхозов и 16 совхозов. Это создало благоприятные условия для использования сельскохозяйственной техники, передовых методов агробиологической науки, широкого развертывания социалистического соревнования.

Выполняя решения партии и правительства по подъему сельского хозяйства, Закарпатский обком Компартии Украины в конце 1954 г. направил на постоянную работу в деревню из партийного и советского аппарата, предприятий и учреждений около 550 коммунистов. По зову партии 80 колхозов возглавили тридцатитысячники, многие из которых зарекомендовали себя умелыми организаторами колхозного производства. Важную роль в организационно-хозяйственном укреплении колхозов области сыграли созданные здесь в начале 1950 г. политические отделы при МТС, которые за время своего существования (1950—1953 гг.) многое сделали для улучшения организации колхозного производства, повышения трудовой дисциплины в колхозах области, обслуживания колхозов со стороны МТС, создания и укрепления партийных и комсомольских организаций, политического воспитания крестьянства. Эти же цели преследовало издание при МТС газет. Окрепла материально-техническая база МТС. В 1953 г. они имели 657 тракторов, 37 зерновых комбайнов, 23 картофелекопателя, 537 зерновых сеялок, 59 силосорезок и много других машин [673, с. 107].

Вместе с технической оснащенностью крепла и материально-техническая база колхозов. К началу 1958 г. они приобрели около 32 тыс. единиц различных сельскохозяйственных машин и инвентаря, аппаратуры и оборудования. В 1959 г. на полях области работало 1128 тракторов и 143 комбайна различных марок, а в 1965 г.— 3864 трактора и 172 зерноуборочных комбайна [510, л. 68, 69].

В сельское хозяйство области все шире внедрялась электроэнергия. В 1957 г. были электрифицированы все совхозы и 133 колхоза [675, с. 336, 337]. Это не только облегчало труд колхозников, но и повышало культуру производства.

Принятые меры способствовали увеличению производства сельскохозяйственной продукции. В 1956—1960 гг. возросла средняя урожайность зерновых по сравнению с 1951—1955 гг. на 8,6 цнт. Большое внимание уделялось повышению продуктивности животноводства. В 1961—1965 гг. на 100 га сельскохозяйственных угодий было произведено мяса 119, молока — 496 центнеров. Качественно новый этап в развитии сельского хозяйства области начался после мартовского (1965 г.) Пленума Центрального Комитета КПСС. Претворение в жизнь решений мартовского Пленума ЦК КПСС дало возможность партийным, советским и сельскохозяйственным органам Закарпатской области определить структуру посевных площадей, исходя из местных особенностей, возобновить нарушенные севообороты, разработать и внедрить на основе достижений науки и передового опыта прогрессивную агротехнику, наметить меры по увеличению производства зерна и продукции животноводства.

Резко увеличились капиталовложения в развитие сельского хозяйства. Так, если в 1961—1965 гг. в сельское хозяйство области было вложено менее 70 млн., то за пять лет десятой пятилетки — 440 млн. руб. государственных и колхозных средств. Неделимые фонды колхозов в 1980 г. составили 479 млн. руб. против 152 млн. руб. в 1965 году.

За это время значительно возросла энерговооруженность сельского хозяйства области. В 104 колхозах и 52 совхозах работает около 5 тыс. тракторов, потребление электроэнергии в сельском хозяйстве увеличилось по сравнению с 1965 г. в 6,5 раза.

Много внимания уделялось мелиоративным работам: осушению, отводке паводковых вод, регулированию рек, строительству водозащитных сооружений, водохранилищ, насосных станций, шлюзов и других гидрообъектов. С этой целью в 1973 г. был создан «Закарпатводстрой». После майского (1966 г.) Пленума ЦК КПСС государственные капиталовложения в мелиоративные сооружения достигли 116,9 млн. рублей. Было осушено почти 150 тыс. га угодий, из них свыше 110 тыс.— гончарным дренажом. В 1980 г. мелиоративные земли занимали почти 40 проц. всех сельскохозяйственных угодий. Только за годы десятой пятилетки было осушено 44,5 тыс. га переувлажненных земель и введены в действие орошаемые участки общей площадью 4,8 тыс. гектара.

Техническое перевооружение производства, осуществление мелиорации и химизации земель, повышение квалификации кадров, внедрение передовых методов труда в колхозах и государственных хозяйствах — все это дало ощутимые результаты. Так, если в первые пять лет коллективного хозяйствования средняя урожайность зерновых составляла 12,1 цнт, то в восьмой пятилетке — 21,4, в девятой — 33,1 цнт, десятой — 35,5 цнт с одного гектара.

Особенно много сделано по повышению урожая кукурузы. Средняя ее урожайность в годы десятой пятилетки составила 68,9 цнт зерна с 1 га. Коллективы 30 хозяйств, бригад и звеньев собрали по 100 и больше цнт, а механизированное звено дважды Героя Социалистического Труда Ю. Ю. Питры вырастило на каждом гектаре по 113,7 цнт зерна кукурузы на площади 118 га [1140].

Осуществлены мероприятия по увеличению производства овощей, картофеля и других продовольственных культур. В 1980 г. 75 проц. овощей производилось в специализированных хозяйствах. Действуют два тепличных комплекса и пленочные теплицы общей площадью 75 га. Сооружаются еще три комбината по выращиванию овощей.

Садоводство и виноградарство сосредоточено в основном в специализированных хозяйствах Закарпатского совхозвинтреста, а также Иршавского и Тячевского производственно-аграрных объединений и в ряде колхозов. Они выращивают около трех четвертей всего валового сбора фруктов и 80 проц. винограда. Закарпатье издавна славится прекрасными винами. На различных международных конкурсах закарпатские виноделы завоевали 50 медалей. Среди вин области хорошо известны «Трояпда Закарпаття», «Рислінг», «Променисте», «Берегівське», «Середнянське», «Квіти Полонини» и другие.

В области осуществляются меры по дальнейшему подъему общественного животноводства на основе перевода его на промышленную основу. Углубилась специализация хозяйств по откорму крупного рогатого скота и свиней. Па специализированные хозяйства приходится более половины произведенного колхозами и совхозами молока. Хозяйства горной и предгорной зон специализируются на производстве шерсти, баранины, брынзы. Производство яиц и птичьего мяса сконцентрировано в специализированном производственном объединении по птицеводству, куда входят Закарпатская и Мукачевская птицефабрики.

С целью укрепления кормовой базы в 1965—1980 гг. в области построено 5 межхозяйственных и два государственных комбикормовых завода, которые производят ежегодно более 300 тыс. тонн комбикормов.

Из 13 районов Закарпатья 9 — горные и предгорные. Поэтому для подъема их экономики, как и в целом колхозов и совхозов области, большое значение имеет развитие подсобных промыслов. На колхозных промыслах н подсобных предприятиях ежегодно производится различных товаров народного потребления почти на 100 млн. рублей.

Интенсивное развитие народного хозяйства области потребовало повышения уровня современного строительства. Сейчас оно ведется четырьмя строительными трестами, межколхозным объединением по строительству, областным межколхозным дорожно-строительным трестом и другими организациями. Начиная с 50-х годов в строительстве широко применяются железобетонные конструкции, поступающие из различных концов страны. Вместе с тем создается строительная база в области. В Ужгороде, Мукачеве, Рахове, Виноградове, Берегове и других местах построены заводы, цех крупнопанельного строительства в Мукачеве, обеспечивающие потребности области в сборном железобетоне.

О темпах развития строительства в области говорят такие данные. Если в 1946—1950 гг. объем строительно-монтажных работ составил 72 млн. рублей, то в 1976— 1980 гг.— уже 831,2 миллиона.

В неразрывной связи с промышленностью и строительством развивался транспорт. За годы Советской власти лишь на развитие железнодорожного транспорта области государство выделило свыше 200 млн. рублей. Были проложены новые стальные пути, которые связали станции Великий Бычков и Солотвино, пограничные участки Батево — Еперешки (ВНР), Ужгород — Кошице (ЧССР), заканчивается строительство второй колеи на наиболее перегруженном участке — Чоп — Лавочное. В октябре 1962 г. на советско-чехословацкой границе вблизи станции Чоп сомкнулась контактная линия двух братских стран — Чехословакии и Советского Союза, в результате чего вступила в строй одна из наибольших трансевропейских электрифицированных магистралей — Москва—Киев—Львов—Чоп—Прага. В Чопе и Мукачеве выросли светлые корпуса локомотивных депо, которые по сути являются высоко-индустриальными предприятиями, где производится ремонт электровозов и тепловозов.

Построены новые станции — Доманинцы, Ужгород-2, Соловка. В Чопе сооружен первый в пашей стране парк западноевропейской колеи с механизированной горкой. На месте разрушенных старых вокзалов возведены повыв. В 1980 г. закончено строительство международного вокзала в Чопе, который был включен в число олимпийских объектов.

Через станцию Чоп ныне проходят поезда, связывающие Москву со столицами трех братских социалистических стран — Прагой, Будапештом, Белградом. Из областного центра отправляются поезда в Москву и Харьков, фирменный поезд «Закарпаття» — в столицу республики Киев. На пригородных линиях курсируют электропоезда, комфортабельные дизельные поезда.

В досоветский период в области почти не было автомобильного транспорта. За годы Советской власти сеть автомобильных дорог выросла до 3,3 тыс. километров, проложена новая автострада через Карпатские перевалы. Трудящихся обслуживают около 250 легковых таксомоторов. С 1973 г. грузовой парк начал пополняться мощными автомобилями Камского автозавода. И если в 1960 г. транспортом всего народного хозяйства было перевезено 19 млн. тонн грузов, то в годы десятой пятилетки ежегодные перевозки превысили 60 млн. тонн.

Быстрыми темпами развивается пассажирский транспорт. Автобусным сообщением охвачено более 80 проц. населенных пунктов области. Автобусы ежедневно перевозят около 360 тыс. пассажиров, или свыше 130 млн. человек в год.

Действует современный аэропорт, оснащенный комплексом наземного технического радиоэлектронного оборудования. Ужгород имеет воздушное сообщение с Москвой, Киевом, Ригой, Минском, Кишиневом и почти со всеми областными центрами республики.

С развитием промышленности и транспорта рос рабочий класс, насчитывавший в 1980 г. более 127 тыс. человек. Вырос отряд квалифицированных инженерно-технических работников. Одним из основных источников пополнения рабочего класса стала сельская молодежь. Только за период с 1950 по 1959 г. было подготовлено рабочих и служащих, включая механизаторские кадры сельского хозяйства, более 20 тыс. человек. Кроме того, на курсах повышения квалификации обучались 42 тыс. рабочих и служащих. К концу 1965 г. в области насчитывалось 1200 специалистов сельского хозяйства с высшим и средним образованием. Технический прогресс, рост квалификации рабочих, развертывание всенародного социалистического соревнования — все это способствовало успешному выполнению плановых заданий промышленностью и сельским хозяйством области. В 1954 г. труженики полей и ферм Закарпатья завоевали право на участие во Всесоюзной сельскохозяйственной выставке. Участниками выставки были Мукачевский, Виноградовский, Воловецкий и Хустский районы, 66 колхозов, 57 животноводческих ферм, две МТС, 39 школ и кружков юннатов — всего 189 предприятий, учреждений и организаций и 751 передовик сельского хозяйства; многие из них за достигнутые успехи были отмечены дипломами и наградами.

В 1957 г. колхозники Закарпатья, идя навстречу 40-й годовщине Великого Октября, включились в соревнование за получение высоких урожаев сельскохозяйственной продукции. В соревновании участвовало 343 молодежных звена, 233 из которых включились во Всесоюзное соревнование за получение высоких урожаев кукурузы. Более 220 звеньев вырастили урожаи кукурузы по 50 и более центнеров с гектара.

Самоотверженный труд хлеборобов Закарпатья получил высокую оценку партии и правительства. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 февраля 1958 г. за успехи, достигнутые в деле увеличения производства и заготовки зерна, винограда, фруктов, молока, мяса, шерсти и других сельскохозяйственных продуктов, Закарпатская область награждена орденом Ленина. 1126 передовиков сельского хозяйства были удостоены орденов и медалей СССР, в т. ч. 64 человека — ордена Ленина. Героями Социалистического Труда стали Ю. Ю. Питра, М. М. Алечко, А. И. Спивак и другие, а знатная звеньевая А. М. Ладани — дважды Героем Социалистического Труда.

Вручены награды и премии 30 колхозам, а также Береговскому и Свалявскому районам — участникам Всесоюзной сельскохозяйственной выставки 1958 г. 187 передовиков удостоены Почетных грамот, золотых и серебряных медалей и премий. Более 800 колхозников Закарпатья посетили в том же году выставку.

К концу 50-х годов относится и зарождение в стране движения за коммунистическое отношение к труду. Оно нашло отклик и в Закарпатье. В 1959 г. в этом движении участвовало 575 коллективов, насчитывавших 5,5 тыс. рабочих [28, л. 12]. А к середине 60-х годов в нем приняло участие около 5 тыс. бригад, более 1000 цехов и свыше 200 предприятий, где трудилось более 100 тыс. человек.

Свалявскому лесокомбинату в ноябре 1962 г. за высокие технико-экономические показатели в социалистическом соревновании, за ритмичную работу и соблюдение морального кодекса строителя коммунизма было присвоено звание предприятия коммунистического труда. Широкую поддержку нашли в области такие патриотические начинания, как гагановское движение, движение за «украинский час», соревнование рабочих и инженерно-технических работников за сокращение времени на изготовление продукции, за экономию средств и материальных ценностей.

Одним из первых инициаторов гагановского движения в Закарпатье был коммунист И. В. Чуса — бригадир комплексной бригады лесорубов Усть-Чорнянского лесокомбината. В сентябре 1966 г. И. В. Чусе за высокие достижения в труде и организаторскую деятельность было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

Массовое социалистическое соревнование развернулось в честь знаменательных дат — 50-летия Великого Октября и 100-летия со дня рождения В. И. Ленина, в котором приняло участие около 100 тыс. тружеников. К концу 1969 г. 3676 рабочих выполнили свои пятилетние задания и начали работать в счет 1971 г. По-коммунистически работало 5 предприятий, 586 цехов, участков и смен и 2556 бригад, которые объединяли 37,6 тыс. рабочих.

Идя навстречу 100-летию со дня рождения В. И. Ленина, труженики промышленности Закарпатья 22 апреля 1970 г. выполнили задания пятилетки по объему производства, а в октябре того же года — и по выпуску важнейших изделий. Сверх плана было выработано продукции на 120 млн. рублей [1149].

По итогам республиканского и всесоюзного соревнования в честь Ленинского юбилея 14 производственных коллективов области заняли первые, два— вторые и шесть — третьи места. Им были вручены переходящие Красные знамена и денежные премии. Лучшие предприятия области, передовики производства, ударники коммунистического труда занесены в Книгу трудовой славы, на областную, городскую и районные Доски почета.

По случаю 100-летия со дня рождения В. И. Ленина Мукачевский мебельный комбинат и колхоз «За нове життя» Иршавского района удостоены Ленинской юбилейной почетной грамоты ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР, Совета Министров СССР и ВЦСПС, колхоз «XXII партз’їзд» Мукачевского района — ордена Ленина, Великобычковский лесокомбинат им. Локоты, Береговский винзавод и колхоз «Шлях до комунізму» Береговского района награждены Ленинской юбилейной почетной грамотой ЦК Компартии Украины, Президиума Верховного Совета УССР, Совета Министров УССР и Укрсовпрофа, а Солотвинский соле-рудник — Памятным знаменем ЦК Компартии Украины, Президиума Верховного Совета УССР, Совета Министров УССР и Укрсовпрофа. За успехи в выполнении восьмой пятилетки Свалявский и Великобычковский лесокомбинаты удостоены ордена Трудового Красного Знамени. Более 950 лучших работников сельского хозяйства области были награждены орденами и медалями, а доярка колхоза «Заповіт Ілліча» Межгорского района А. М. Бобинец и председатель колхоза «Прикордонник» Виноградовского района А. А. Биров удостоены высшей награды — звания Героя Социалистического Труда. Свыше 37 тыс. человек вручена юбилейная медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина».

В обстановке огромного политического и трудового подъема отмечали трудящиеся Закарпатья знаменательное событие в истории нашей Отчизны — 50-летие образования Союза Советских Социалистических Республик. По инициативе партийных организаций в честь этого события труженики промышленности выполнили годовой план к 25 декабря 1972 г., а труженики полей собрали в среднем по 33,3 цнт с гектара при обязательстве — 27 цнт. Государственный план закупок зерна был выполнен на 197 проц. [786, с. 258].

Родина высоко оценила самоотверженный труд закар-патцев, организаторскую и идейно-политическую работу областной партийной организации. Коллективы Со-лотвинского солерудника и Мукачевской дистанции пути, колхоза «Прикордонник» и совхоза им. Шевченко Виноградовского, колхоза им. Чапаева Мукачевского районов и Закарпатской государственной сельскохозяйственной опытной станции были награждены Юбилейным почетным знаком ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР, Совета Министров СССР и ВЦСПС. Ряд коллективов предприятий и колхозов отмечены Юбилейной Почетной грамотой ЦК Компартии Украины, Президиума Верховного Совета УССР, Совета Министров УССР и Укрсовпрофа.

24 февраля 1973 г. в г. Чопе состоялась встреча Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева с руководящими работниками области. Советы и рекомендации Л. И. Брежнева об использовании резервов увеличения производства зерна, в частности кукурузы, хозяйском использовании земли, повышении культуры земледелия нашли широкий отклик среди тружеников села. Эти советы и предложения были широко обсуждены во всех звеньях и бригадах, на фермах, в отделениях совхозов. Труженики полей и ферм единодушно поддержали высказанные Л. И. Брежневым положения и, стремясь внести свой вклад в досрочное выполнение пятилетки, взяли на себя повышенные обязательства. В 1973 г. они собрали рекордный урожай кукурузы — по 71 цнт зерна с гектара.

За трудовые успехи, достигнутые в девятой пятилетке, сотни колхозников и работников совхозов были награждены орденами и медалями. Бригадиру колхоза «XXII партз’їзд» Мукачевского района А. Д. Пеце, звеньевой колхоза им. Ленина того же района М. Ю. Козар и доярке колхоза им. Кирова Виноградовского района М. А. Ракопца было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

На новые трудовые свершения вдохновили тружеников закарпатского села исторические решения XXV съезда КПСС, быть делегатами которого высокая честь выпала передовикам сельского хозяйства области М. А. Гомбе, П. И. Кляпу и М. Ю. Козар.

Широкий размах приобрело социалистическое соревнование в годы десятой пятилетки. Если к началу 1976 г. в соцсоревновании принимало участие 285 тыс. человек, то в конце 1980 г.— около 423 тыс. человек. В движении за коммунистический труд принимало участие соответственно 171,5 тыс. и более 233 тыс. человек.

После XXV съезда КПСС было одобрено 110 инициатив и починов по развертыванию социалистического соревнования за достойную встречу 60-летия Великого Октября и досрочное выполнение заданий десятой пятилетки.

Важнейшим событием в жизни трудящихся области, как и всей страны, явилось празднование 60-летия Великого Октября и принятие новой Конституции СССР. Трудящиеся Закарпатья впервые в истории принимали участие в обсуждении проекта Основного Закона пашей страны, и это особенно вдохновило их. На пленумах партийных комитетов, собраниях партактива, сессиях местных Советов, открытых партийных собраниях трудящихся, обсуждавших проект новой Конституции СССР, присутствовала 721 тыс. человек. В обсуждении проекта Конституции приняли участие почти 32 тыс. человек; они внесли более 960 различных предложений, дополнений и замечаний к проекту. Кроме того, более 300 предложений содержалось в 3 тыс. писем граждан, поступивших в те дни в прессу, на радио и телевидение. Принятие новой Конституции СССР было встречено трудящимися Закарпатья с огромной радостью и воодушевлением.

Проявляя высокое политическое сознание, работая с полной отдачей сил на благо Отчизны, трудящиеся Закарпатья внесли достойный вклад в выполнение заданий десятой пятилетки. Коллективы 150 предприятий, совхозов и колхозов, 1600 цехов, участков, отделений, бригад и ферм — всего 83 тыс. тружеников перевыполнили плановые задания и социалистические обязательства, в т. ч. 95 предприятий, организаций, колхозов и совхозов; 600 цехов, бригад, участков и ферм, свыше 12 тыс. отдельных производственников задания пятилетки выполнили ко дню 110-й годовщины со дня рождения В. И. Ленина. В авангарде этих трудовых свершений были инициаторы многих трудовых починов, коммунисты — дважды Герой Социалистического Труда Ю. Ю. Питра, Герои Социалистического Труда И. В. Чуса, В. Ю. Шорбан, А. Д. Пеца, М. Ю. Козар, С. М. Мочконг и А. А. Ткалич, лауреат Государственной премии СССР и Государственной премии УССР В. М. Янцо, Т. А. Цветкова, депутат Верховного Совета СССР 10-го созыва И. М. Скупка и другие.

Самоотверженная работа тружеников Закарпатья в прошлом пятилетии высоко оценена партией и Родиной. Свыше 2,3 тыс. человек удостоены орденов и медалей Союза ССР, а работнице Ужгородского фанерномебельного комбината И. М. Скучке присвоено звание Героя Социалистического Труда. Завод «Ужгородприбор» награжден орденом «Знак Почета». Город Ужгород, Свалявский район, Виноградовский керамический завод, колхозы «Нове життя» Береговского, «Жовтнева перемога» Виноградовского, имени XVI съезда КП (б) Украины Воловецкого и имени Шевченко Свалявского районов, Закарпатская птицефабрика имени 50-летия СССР награждены переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ. 22 трудовых коллектива и передовика производства занесены на Всесоюзную Доску почета Выставки достижений народного хозяйства СССР, на республиканскую Доску почета и в республиканскую Книгу трудовой славы [1141].

За годы Советской власти в Закарпатье произошли огромные социальные преобразования. Развивались города и поселки городского типа, изменилось соотношение городского и сельского населения. Так, если в 1946 г. городское население составляло 20,7 проц., а сельское — 79,3 проц., то в 1980 г.— соответственно 38,5 и 61,5 процента.

В Закарпатье, где в досоветский период о квалифицированных кадрах не могло быть и речи, если не считать одиночек, выросла большая армия специалистов средней и высшей квалификации, общей численностью свыше 92 тыс. человек. В народном хозяйстве области занято около 25 тыс. инженерно-технических работников. Интенсивно происходит пополнение кадрами специалистов тех отраслей, которые определяют научно-технический прогресс. Около 6 тыс. специалистов, или в 2,7 раза больше, чем их было в 1965 г., заняты в сельском хозяйстве — это агрономы, зоотехники, экономисты, плановики, ветеринары, технологи сельскохозяйственного производства.

Коренным образом улучшилось благосостояние и культурный уровень всех социальных групп, что было обусловлено неуклонным ростом социалистического производства, заботой Коммунистической партии о благе трудящихся самой молодой области. Повышается заработная плата рабочих, колхозников, служащих. Гак, если среднемесячная заработная плата рабочих и служащих в 1950 г. в промышленности составляла 60,9, в 1965 г.— 84,7 руб., то в 1970 г. она достигла уже 111,7 [674, с. 132], а в 1980 г.—141,8 руб. [1138]. Еще быстрее росла оплата труда колхозников. Только за годы десятой пятилетки она увеличилась на 25,7 проц.

В 1980 г. сбережения трудящихся в сберкассах превысили 567 млн. руб., а их вкладчиками состояло свыше 433 тыс. граждан.

Ярким показателем повышения благосостояния трудящихся области является рост их покупательной способности. Если в 1950 г. общий объем розничного товарооборота всей государственной и кооперативной торговли, включая общественное питание, составлял 107,1 млн. рублей, в 1965 г.— 315,7 млн., то в 1970 г. он достиг уже 532,1 млн., а в 1980 г,— 941,9 млн. рублей. За десять лет товарооборот на душу населения в области возрос с 500 до 845 руб. [1146].

Население обслуживается разветвленной сетью предприятий розничной торговли и общественного питания. В области насчитывается свыше 3750 предприятий розничной торговли. Более 90 тыс. посадочных мест имеют 1883 предприятия общественного питания. На тысячу человек населения приходится 1182 кв. метра торговой площади в магазинах, а на каждых 12 человек — одно место в предприятиях общественного питания.

За годы Советской власти в Закарпатье построено около 1100 магазинов и предприятий общественного питания, сооружено значительное количество современных складов, холодильников, картофелеовощехранилищ. Торговые организации имеют 41 тыс. единиц холодильного и торгово-технического оборудования.

Важную роль в экономической и культурной жизни области играет потребительская кооперация. 74 проц. розничной торговой сети находится именно в сельской местности, на нее приходится 62,7 проц. товарооборота.

В улучшении благосостояния трудящихся области большое место отводится службе быта, которой в досоветский период практически не было. В ходе социалистических преобразований на базе мелких и полукустарных мастерских к концу 50-х годов было создано областное управление бытового обслуживания с 11 предприятиями. С тех пор бытовое обслуживание населения не только в городах, но и в селах шагнуло далеко вперед. В 1980 г. только в системе областного управления бытового обслуживания действовало 25 предприятий, в т. ч. 12 специализированных, 86 домов быта, 1263 ателье и 329 приемных пунктов. В них работало около 7 тыс. человек.

Одним из важнейших показателей роста благосостояния трудящихся является жилищное строительство. За годы Советской власти в жилищное строительство вложено свыше 700 млн. рублей. Всего построено свыше 180 тыс. квартир, а городской жилищный фонд увеличился в 3,5 раза, проделана огромная работа по его благоустройству. Проложены новые водопроводы в Ужгороде, в большинстве районных центров. 91 проц. городских квартир имеет газ, почти половина из них отапливается централизованно.

Улучшилось благоустройство городов, протяженность их улиц с твердым покрытием увеличилась в 10 раз, а их освещение — в 11 раз, площадь зеленых насаждений — в 6 раз. Коренным образом изменился вид таких городов, как Мукачево, Хуст, Берегово, Виноградов, Рахов, Тячев, Свалява.

Интенсивно развиваются поселки городского типа, которых в области насчитывается уже 27. 13 из них — Богдан, Вышково, Долгое, Дубовое, Ильница, Кобылецкая Поляна, Колочава, Майдан, Нижние Ворота, Поляна, Среднее, Турьи Реметы и Узловое — в течение последних десяти лет отнесены к категории поселков городского типа.

Изменили коренным образом свой облик закарпатские села. Курные хаты, столь типичные для досоветского Закарпатья, ныне можно увидеть разве только в областном музее народной архитектуры и быта. За 35 лет Советской власти построено и перестроено 140 тыс. домов, многие из которых имеют водопровод, канализацию. Природный и сжиженный газ получают 437 населенных пунктов. В сельской местности газифицировано свыше 36 тыс. квартир.

Не только города и поселки городского типа, но и села застраиваются ныне комплексно, по разработанным и утвержденным генеральным планам, в основе которых лежит принцип сближения города и деревни. Этими планами предусмотрены зонирование территории сел, обеспечение их жителей всеми видами культурно-бытового и социального обслуживания, рациональная прокладка инженерной сети, организация внешнего и внутреннего транспорта, перспективное развитие существующих и строительство новых промышленных предприятий, складских помещений и прочее.

До освобождения в Закарпатье действовало всего шесть больниц, в которых работало 45 врачей и 143 медицинские сестры. Один врач приходился па 18 тыс. человек населения. Медицинская помощь была платной и поэтому малодоступной для пролетарских масс и крестьянской бедноты. В крае, особенно на Верховине, свирепствовали туберкулез, базедова болезнь, трахома, дифтерия, полиомиелит. Половина детей в возрасте до 15 лет не выживала.

Советская власть приложила максимум усилий к тому, чтобы ликвидировать это ужасное наследие прошлого. Для подготовки медицинских кадров созданы средние медицинские училища, а в Ужгородском университете — медицинский факультет. Расширялась и совершенствовалась разветвленная система медицинских учреждений. В 1980 г. она насчитывала более 900 самостоятельных медико-санитарных учреждений, в т. ч. 91 больницу, 156 женских и детских консультаций, детских поликлиник и амбулаторий. Па 10 тыс. человек населения в 1980 г. приходилось 108 больничных коек — это больше, чем в любой самой развитой капиталистической стране Европы. В медицинских учреждениях работало свыше 3 тыс. врачей и 9,4 тыс. человек среднего медицинского персонала.

Особым вниманием окружены дети. В 1980 г. в области имелось свыше 640 детских дошкольных учреждений и свыше 300 пионерских лагерей.

Закарпатье славится и как край санаториев, курортов и массового туризма. Множество источников целебных минеральных вод, чудесный климат, красота Карпатских гор — все это стало достоянием человека труда. В 1980 г. в области функционировало девять санаториев, два дома отдыха, два пансионата, где ежегодно восстанавливают свое здоровье десятки тысяч человек со всех концов нашей Родины. В перспективе предусмотрено значительное расширение курортов «Карпати», «Поляна», «Шаян», «Гірська Тиса», «Верховина», «Синяк».

Кроме того, в Закарпатье имеется 11 санаториев и профилакториев промышленных предприятий и колхозов. Это позволяет дополнительно оздоровлять ежегодно около 10 тыс. рабочих и колхозников. В стадии строительства еще 9 санаториев-профилакториев.

Большой размах приобретает туризм. К услугам любителей путешествий 14 туристских баз и их филиалов, гостиниц, 5 горных приютов, бюро путешествий и экскурсий, прокатные пункты, канатно-буксирные подъемники, туристический автотранспорт. Они обслуживают ежегодно до полутора миллиона туристов.

За годы Советской власти в области осуществлена подлинная культурная революция. В короткий срок было покончено с неграмотностью. В 1980 г. всеми видами учебы были охвачены более 394 тыс. человек — каждый третий житель [1138]. Об образовательном уровне населения свидетельствуют данные переписи населения 1979 г.: почти 90 проц. работающих в городах и 73,5 проц.— в сельской местности имели неоконченное среднее, среднее, неоконченное высшее и высшее образование.

В 1980 г. в области действовали 722 общеобразовательные школы, в т. ч. 216 средних, 293 восьмилетние, 213 начальных, в которых обучалось свыше 194 тыс. учеников и работало 15,4 тыс. педработников. Только за годы десятой пятилетки открыта 21 средняя школа [1138]. 64 тыс. детей воспитывались в группах продленного дня. Развивается кабинетная система образования, по которой работает 95 проц. средних и 30 проц. восьмилетних школ. Обучение проводится с учетом национального состава населения: на украинском языке — 632 школы, на русском — 14, венгерском — 62, молдавском —14.

Успешно осуществляется переход к всеобщему среднему образованию молодежи. В последние годы практически все выпускники восьмых классов продолжают учебу в средних школах. Только за годы десятой пятилетки окончили среднюю школу 73,4 тыс. юношей и девушек.

Созданы условия для трудовой профессиональной подготовки учащихся. Более 21 тыс. учащихся проходят профессиональную подготовку по 23 производственным профессиям. Открыто 12 учебно-производственных комбинатов, 26 учебных цехов и участков непосредственно па предприятиях и две межшкольные учебно-производственные мастерские, в которых приобретают рабочие специальности около 12 тыс. учеников. Органически влились в систему учебно-воспитательной работы ученические учебно-производственные бригады и школьные лесничества, в которых трудятся свыше 32 тыс. юношей и девушек. Профессиональная ориентация учащихся приносит хорошие плоды. В 1980 г. в народное хозяйство пошло работать 63 проц. выпускников средних школ.

Ускоренными темпами развивается профессионально-техническое образование. Кадры для народного хозяйства готовят 17 профтехучилищ, в которых в 1979/80 учебном году обучалось свыше 11 тыс. юношей и девушек.

Большие изменения претерпело среднее специальное образование. В Закарпатье работают 15 техникумов и училищ, в которых в 1979/80 учебном году обучалось свыше 10 тыс. человек. Работали 32 музыкальные школы и их филиалы.

Партия и правительство высоко оценили самоотверженный труд лучших педагогов области. Более 2 тыс. из них удостоены орденов и медалей, 47 присвоено звание заслуженного учителя Украинской ССР.

Гордостью трудящихся Закарпатья является Ужгородский государственный университет— детище Советской власти. Университет имеет 11 факультетов, 64 кафедры, две проблемные лаборатории, библиотеку, книжный фонд которой превышает миллион экземпляров книг, учебно-экспериментальные лаборатории, анатомический, зоологический и микробиологический музеи, ботанический сад, станцию наблюдения за искусственными спутниками Земли, вычислительный центр, спортивный комплекс, оздоровительный лагерь и др.

В 1980 г. введена в эксплуатацию первая очередь нового учебно-лабораторного корпуса общей площадью свыше 12 тыс. кв. метров. Ведется подготовка к строительству новых корпусов для химического и биологического факультетов, общежитий, столовой.

В университете обучаются 9,5 тыс. студентов по 27 специальностям. Учебно-воспитательный процесс и научную работу ведут 600 преподавателей и научных работников, среди которых 39 докторов наук и профессоров, 343 кандидата наук. За годы существования университета его окончили свыше 24 тыс. человек.

Ужгородский госуниверситет — это также важный научный центр западного научного региона республики. В десятой пятилетке университет сотрудничал с 32 академическими и 8 отраслевыми научно-исследовательскими институтами. В последние годы усилились связи кафедр университета с научными учреждениями, промышленными предприятиями, колхозами и совхозами области.

Ужгородский госуниверситет стал также традиционным местом проведения всесоюзных, республиканских и межвузовских научных конференций и симпозиумов.

В области функционирует ряд научно-исследовательских учреждений. Среди них Ужгородский отдел Института социальных и экономических проблем зарубежных стран АН УССР, Закарпатское отделение Всесоюзного научно-исследовательского института метрологии измерительных и управляющих систем, филиал Одесского научно-исследовательского института курортологии, филиал Львовского научно-исследовательского института педиатрии, акушерства и гинекологии, Закарпатская областная научно-исследовательская станция, Горнокарпатская сельскохозяйственная опытная станция и другие.

В брошюре «Все в бой за лучшую жизнь на Закарпатье» А. А. Борканюк в начале 30-х годов с непоколебимой верой писал, что Советская власть после победы поднимет в крае культуру рабочих и крестьян на небывалый уровень. И эти слова пламенного борца за народное счастье сбылись. Достигнутые успехи Закарпатья за годы Советской власти в области культуры вызывают восхищение. В 1980 г. в области работало 776 домов культуры и клубов, 810 библиотек, книжный фонд которых превышал 7,5 млн. экземпляров, более 700 киноустановок.

Большинство культурно-просветительных учреждений имеют чудесные современные, хорошо оборудованные помещения. Лишь в годы десятой пятилетки сооружено около 50 домов культуры и клубов. Большую роль в коммунистическом воспитании играют Закарпатский краеведческий музей, Закарпатский художественный музей, Закарпатский музей народной архитектуры и быта, истории религии и атеизма, 130 музеев и музейных комнат, работающих на общественных началах, среди них 7 народных (Солотвинский соляных копей, Береговский интернациональной дружбы, Ясинянский А. А. Борканюка и др.). Важными очагами культуры являются архивные учреждения, в частности, Закарпатский областной государственный архив и Партийный архив Закарпатского обкома Компартии Украины. Закарпатский украинский музыкально-драматический театр (Ужгород), Закарпатский областной русский драматический театр (Мукачево), областная филармония, в составе которой Закарпатский государственный заслуженный народный хор УССР, эстрадный ансамбль «Венгерские мелодии», камерный оркестр и другие художественные коллективы несут передовую советскую культуру в массы. Музыкантов-исполнителей готовит Ужгородское музыкальное училище.

Ярким показателем культурного роста, расцвета духовных сил трудящихся области является художественная самодеятельность. В области имеется свыше В тыс. самодеятельных художественных коллективов, объединяющих более 100 тыс. любителей песни, музыки, танца, художественного слова.

Многие коллективы художественной самодеятельности по уровню исполнительского мастерства вплотную приблизились к профессиональным. 50 из них удостоены звания народных, среди них — широко известный за пределами области народный ансамбль песни п танца «Лесоруб» Великобычковского лесокомбината, заслуженный самодеятельный народный ансамбль танца УССР «Юность Закарпатья» клуба областного совета профсоюзов, Народная мужская хоровая капелла преподавателей Ужгородского госуниверситета и другие.

Во всей стране известна закарпатская школа живописи, которую достойно представляют народный художник Украинской ССР А. М. Кашшай, заслуженные деятели искусства А. А. Коцка, Г. М. Глюк, заслуженные художники УССР В. Г. Габда, Э. Р. Контратович, В. В. Микита, 3. И. Шолтес, И. М. Шутев, а также скульптурные композиции народного художника Украинской ССР В. Свиды и др. Областная организация Союза художников насчитывает 37 членов, при ней плодотворно работают десятки молодых талантливых художников.

Важным событием в культурной жизни области явилась выставка закарпатских художников в Москве по случаю 35-летия воссоединения Закарпатья в единой семье народов-братьев, получившая высокую оценку москвичей и гостей столицы.

Подлинный расцвет получило народное декоративпо-прикладное искусство. К нему из года в год приобщается все больше талантов, которыми так богато Закарпатье. В их числе — заслуженные мастера народного творчества Украинской ССР резчик В. М. Асталош, ковровщица Г. Визичканич, вышивальщицы М. К). Ше-регий, И. С. Дерцени, мастера народного творчества Украинской ССР М. И. Галас, В. И. Газдик и другие. Творческая жизнь советского Закарпатья была бы немыслима без деятельности литераторов. Закарпатская областная организация Союза писателей Украины объединяет 24 человека, которые трудятся в жанре прозы, поэзии, критики, литературоведения. Много одаренной молодежи объединяют литературные студии. Любовью и уважением читателей пользуются сочинения писателей Л. К. Балла-Бако, В. Ю. Вовчка, Ю. А. Гойды, И. В. Жупана, В. И. Ладыжца, Ю. В. Мейгеша, В. П. Полищука, Ф. М. Потушняка, М. Г. Тевелева, М. И. Томчания, П. В. Угляренко, И. М. Чендея и многих других мастеров художественного слова.

Неотъемлемой частью духовной жизни трудящихся является книгоиздательское дело. О масштабах, которых оно достигло в Закарпатье за годы Советской власти, красноречиво свидетельствуют такие показатели. За 35 лет своего существования издательство «Карпати» (основано в 1945 г., с 1964 г.— республиканское), выпустило более 3 тыс. названий книг, тиражом около 40 млн. экземпляров. Много раз издательство выходило победителем во всесоюзном и республиканском социалистическом соревновании. За успешное выполнение девятой пятилетки его коллектив был награжден переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ, за активную работу по коммунистическому воспитанию трудящихся — Почетной Грамотой Президиума Верховного Совета Украинской ССР. За плодотворную работу по коммунистическому воспитанию трудящихся, пропаганду идей дружбы народов и социалистического интернационализма в октябре 1978 г. издательство было удостоено ордена Дружбы народов.

На четырех языках — украинском, русском, венгерском и молдавском — ведутся радио- и телепередачи. На украинском, русском и венгерском языках выходят областные газеты; на украинском и венгерском — 13 районных газет.

Советская власть дала мощный импульс развитию физкультуры и спорта в Закарпатье. Об этом красноречиво говорят такие данные. В области насчитывается свыше тысячи коллективов физкультуры и 382,8 тыс. физкультурников (против соответственно 549 и 34 в 1948 г.). Во всех городах и районных центрах построены стадионы. В селах, школах и колхозах имеются футбольные поля, спортивные залы и другие спортивные сооружения. Введены в строй спорткомплексы в Берегове, при Ужгородском государственном университете и Ужгородской детско-юношеской спортивной школе № 2. В 1980 г. в области насчитывалось 37 стадионов, 244 спортзала, 19 плавательных бассейнов, 124 стрелковых тира и 2900 спортивных площадок.

Широкое развитие в области за последние годы получили зимние виды спорта, особенно в горных районах — Раховском, Межгорском и Воловецком. Здесь построены спортивные базы, работают детско-юношеские спортшколы. Заслуженную славу завоевали юные горнолыжницы из города Рахова — Елена Порукаева и Наталья Тур.

Большая дружба объединяет закарпатских спортсменов со спортсменами многих городов республики и всего Советского Союза. Ежегодно в Закарпатье прибывают на соревнования и сборы более 10 тыс. спортсменов из разных концов нашей Родины.

Тесные узы дружбы связывают спортсменов Закарпатья со спортсменами пограничных областей ЧССР, ВНР и СРР. Ежегодно облспорткомитеты этих областей обмениваются командами по разным видам спорта. Воспитанию трудящихся в духе ленинской интернациональной дружбы способствуют проводимые в области, начиная с 1971 г., месячники советских республик, фестивали интернациональной дружбы.

Таким является облик современного Советского Закарпатья. В крае, где веками разжигалась межнациональная вражда, ныне дружно живут и трудятся представители более 30 национальностей — украинцы, русские, венгры, румыны, словаки, немцы, армяне и др. Все они составляют единую дружную семью, принадлежат к новой исторической общности людей — советскому народу. Успешное разрешение национального вопроса на Закарпатье — один из ярких примеров торжества ленинской национальной политики КПСС, животворной дружбы народов.

За годы Советской власти трудящиеся Закарпатской области установили широкие и тесные связи с трудовыми коллективами братских республик, других областей УССР, а также с приграничными областями соседних социалистических стран — ЧССР, ВНР и СРР. Эти связи неустанно совершенствуются и углубляются, обогащаются новыми формами.

Традиционным уже стало творческое соревнование трудящихся Закарпатья и Северо-Осетинской АССР. Города и районы области соревнуются с побратимами Российской Федерации — городами Владимиром, Дмитровой, пятью районами Белгородской области, Динским районом Кубани. Коллективы крупных промышленных предприятий, научных и учебных заведений поддерживают тесные связи с соответствующими коллективами Москвы, Ленинграда, Омска, Минска, Риги и Киева.

Закарпатье поддерживает интернациональные связи с трудящимися многих стран, в первую очередь стран социалистического содружества. В 1968 г. создано областное отделение Украинского общества дружбы и культурной связи с зарубежными странами. Большую плодотворную работу проводят областные отделения общества советско-чехословацкой, советско-венгерской и советско-румынской дружбы, созданные в 1959 г., общества «СССР — Канада». Они объединяют более 200 коллективных и свыше 200 тыс. индивидуальных членов.

Отношения дружбы и сотрудничества проявляются в обмене опытом работы, в творческом соревновании. Тесные дружеские связи установились между трудящимися Закарпатья и породненных с ними Восточно-Словацкого края ЧССР, Сабольч-Сатмарской области ВНР и Сату-Марского уезда СРР. Каждый год проходит обмен делегациями промышленных и сельскохозяйственных коллективов, партийных, хозяйственных и профсоюзных работников, проводятся месячники дружбы, все шире развертывается соцсоревнование.

Трудящиеся области принимают активное участие в деятельности добровольных обществ. Большую работу по распространению знаний среди трудящихся, воспитанию их в духе марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма проводит областная организация общества «Знание», объединяющая 13,5 тыс. лекторов-ученых, специалистов народного хозяйства, новаторов производства, ученых и специалистов 24 народных университетов.

Созданная в 1960 г. областная организация Украинского общества охраны природы объединяет 250 тыс. человек.

С 1969 г. в области действует областная организация Украинского общества охраны памятников истории и культуры, объединяющая свыше 311 тыс. индивидуальных членов. Она проводит большую работу в деле пропаганды ленинской идеи охраны исторического и культурного наследия советского народа.

Социалистические преобразования в Закарпатье неотделимы от многогранной деятельности областной партийной организации, которая, постоянно совершенствуя методы организационной и массово-политической работы, направляет усилия рабочих, колхозников и интеллигенции на осуществление задач коммунистического строительства. В разное время областную партийную организацию возглавляли И. И. Туряница, И. Д. Компанец, И. М. Ваш, Ф. К. Щербак, Ю. В. Ильницкий. В 1980 г. первым секретарем Закарпатского обкома Компартии Украины был избран Г. И. Бандровский.

Начиная с XIX съезда КПСС, представители партийной организации Закарпатья принимают участие в работе всесоюзных партийных форумов. В работе XXVI съезда КПСС участвовали 13 человек, среди них— Г. И. Бандровский, М. Ю. Волощук, А. И. Вищур, Г. Й. Гойда, Ю. В. Левко, П. Г. Левчук, В. И. Масюк, И. П. Машков, Ю. Ю. Питра, Д. И. Плоскина, М. В. Русин, Б. В. Суховит, Г. П. Яковишин. На 1 января 1981 г. партийная организация Закарпатья насчитывала 41467 членов и кандидатов в члены КПСС.

Важные и сложные функции руководства государственным, хозяйственным и социально-культурным строительством выполняют местные Советы народных депутатов. Всего в районные, городские, поселковые и сельские Советы народных депутатов в 1980 г. избрано свыше 15,7 тыс. депутатов, в т. ч. 6655 коммунистов, 245 комсомольцев. Среди депутатов — 11 271 рабочий и колхозник, в т. ч. 7679 женщин. В составе областного Совета —150 депутатов, из них 94 члена и кандидата в члены КПСС; 79 рабочих и колхозников, 70 женщин.

Роль и значение местных Советов Закарпатья в период развитого социалистического общества и строительства коммунизма значительно возросли. Выполняя большую работу в деле расширения производства товаров народного потребления, интенсификации сельскохозяйственного производства, строительства и благоустройства населенных пунктов, местные Советы уделяют постоянное внимание удовлетворению социальных потребностей населения: культурно-бытовому и торговому обслуживанию, здравоохранению, укреплению дисциплины труда и правопорядка.

В 1980 г. Советы народных депутатов в честь XXVI съезда КПСС развернули в области массовое движение избирателей за образцовый общественный порядок и высокую культуру, в которое включились 600 населенных пунктов, 736 производственных коллективов. В своей деятельности Советы опираются на помощь широкой общественности. Созданы 2495 комиссий, в которых трудятся 11 140 депутатов и активистов. Свыше 45,4 тыс. человек работают в органах народного контроля. Председателями Закарпатского облисполкома в разное время работали И. И. Туряница, И. М. Ваш, И. Г. Гарагонич, В. П. Русин. С 1974 г. председателем облисполкома работает М. Ю. Волощук.

Советская власть предоставила возможность трудящимся Закарпатья принимать самое активное участие в управлении государством. Вот уже в пятый раз они послали в высший орган власти — парламент страны — прославленного кукурузовода, звеньевого совхоза «За нове життя» Иршавского района дважды Героя Социалистического Труда Ю. Ю. Питру. Депутатом Верховного Совета СССР избрана также Герой Социалистического Труда подбиралыцица шпона Ужгородского фанерно-мебельного комбината имени Борканюка И. М. Скупка.

Депутатами Верховного Совета Украинской ССР в феврале 1980 г. избраны вязальщица Мукачевского трикотажного объединения М. М. Волонтир, председатель колхоза «Прикордонник» Виноградовского района Герой Социалистического Труда А. А. Биров, бригадир колхоза имени Ленина Мукачевского района Герой Социалистического Труда М. Ю. Козар, руководитель комсомольско-молодежного коллектива доярок колхоза «1 Травня» Раховского района А. И. Мазар (Дирда), председатель сельского Совета народных депутатов с. Келечина Межгорского района М. Ю. Пайдак, звеньевая комсомольско-молодежной бригады сада Советско-венгерской дружбы имени Ленина Береговского района Т. Й. Петраш, звеньевая по выращиванию кукурузы совхоза «Радянське Закарпаття» Иршавского района М. И. Шерегий, слесарь-сборщик Ужгородского механического завода Ю. В. Якица и другие.

Большую работу по вовлечению трудящихся в управление государством и производством, по мобилизации трудящихся на выполнение социалистических обязательств проводит многочисленный отряд профессиональных союзов. В области насчитывается более 472 тыс. членов профсоюзов, объединенных в 2740 первичных профсоюзных организациях.

Активным помощником партийной организации является областная комсомольская организация. В ее рядах к началу 1981 г. насчитывалось более 168 тыс. членов ВЛКСМ. Комсомольцы области являются застрельщиками социалистического соревнования.

Небывалых успехов добились трудящиеся Советского Закарпатья в кратчайший в истории период в великой семье народов-братьев Страны Советов. Гордые за свою Отчизну, они с большим патриотическим подъемом встретили грандиозные начертания исторического XXVI съезда КПСС в строительстве счастливого коммунистического завтра. 50 предприятий, 633 цеха и участка, 826 бригад, более 60 тыс. человек выполнили двух-

месячные задания первого года одиннадцатой пятилетки ко дню открытия XXVI съезда КПСС. В дни работы съезда многие трудовые коллективы взяли па себя повышенные социалистические обязательства. Исторические решения XXVI съезда КПСС открыли перед трудящимися области новые величественные перспективы. Развиваясь в общем народно-хозяйственном комплексе страны, Закарпатье сделает еще один важный шаг по пути формирования своего индустриального облика. Производство промышленной продукции намечено увеличить на 30—35 проц. Быстрыми темпами будут развиваться отрасли, определяющие научно-технический прогресс. Ведущая роль здесь будет принадлежать Ужгородскому заводу электродвигателей — одному из крупнейших предприятий, строящихся в рамках СЭВ в соответствии с «Основными направлениями экономического и социального развития СССР на 1981—1985 годы и на период до 1990 года».

Большие планы намечены на одиннадцатую пятилетку в деле дальнейшей интенсификации сельского хозяйства области. Планируется, в частности, создать образцовую материально-техническую базу химизации сельского хозяйства.

XXVI съезд КПСС подчеркнул, что в условиях зрелого социализма все более тесной становится взаимосвязь экономического прогресса общества с прогрессом социально-политическим и духовным. Поэтому важное место в предстоящем пятилетии в области займет решение таких проблем, как дальнейшее повышение благосостояния населения. Будет расширена сеть учреждений здравоохранения, проведен комплекс мероприятий по развитию службы быта, народного образования, укреплению материальной базы учреждений культуры. Все это вдохновляет трудящихся орденоносной Закарпатской области на самоотверженный труд во имя прекрасной цели — построения коммунизма.

1. И. Илъко, В. М. Керечанин, C. Ю. Пруница, Н. Н, Семенюк.